Кровавый рубин

Гостиная пришла в движение. Дэн вскочил из-за стола, нечаянно задев его, и на пол посыпались свечи, осколки зеркала. Лу пыталась удержать тяжелую лампу, а Лина первой метнулась к окну и распахнула шторы.

За окном снова было светло, и свет зимнего дня, ворвавшийся в гостиную, показался ослепительно белым, почти болезненным. Лина зажмурилась на секунду, а когда открыла глаза, в комнате уже стояла неестественная, вакуумная тишина. Ветер снаружи стих так же внезапно, как и начался.

— Ты цела? — голос Лу дрожал от адреналина. Она все еще сжимала массивную лампу, кособоко замершую в ее руках.

— Порядок, — заверила Лина, оборачиваясь.

Гостиная походила на комнату из старого мультфильма про Сережку, только кота на люстре не хватало. Стол лежал на боку, осколки зеркала усыпали весь пол, перемешались с расплавленным воском, намертво влипли в старые доски, свечи раскатились по углам.

— А это еще что? — пробормотала Лу, наконец отпуская лампу.

Там, где несколько секунд назад стояла темная фигура, прямо за спинкой кресла Лины, на полу багровели отпечатки. Это были следы босых ног, но не четкие, а расплывчатые, будто кто-то вступил в лужу свежей крови, а потом прошелся по паркету. От них исходил резкий, железный запах, смешанный с ароматом сырой земли.

Следы вели не к двери, которая так и осталась закрытой, и не к окну. Два десятка тяжелых, липких отпечатков тянулись по диагонали через комнату и обрывались прямо у стены, оклеенной тяжелыми тиснеными обоями. Последний след наполовину уходил под плинтус.

— Оно что, сквозь стену прошло? — Лу обхватила себя все еще дрожащими руками.

Дэн подошел к стене вплотную, изучая обои. В этом месте рисунок из пышных цветов казался чуть более потертым, чем в остальной комнате. Дэн включил фонарик в телефоне, тщательно осмотрел каждый миллиметр обоев, проходя по ним не только взглядом, но и кончиками пальцев.

— Здесь дверь. — Он обернулся к девушкам. — Почти незаметная, видимо, тщательно маскировали. Я чувствую сквозняк. Прямо из-под обоев дует. И звук... послушайте.

Девушки подошли ближе и замерли. Из глубины стены доносился едва уловимый гул, похожий на шелест воды в трубах, но более ритмичный, будто живой. Словно дом дышал через эту перегородку.

— Зачем тут делать потайной ход? — задалась вопросом Лу.

— Да мало ли зачем, — отмахнулся Дэн. — Кто его знает, что было в голове у этого Верховодина хренову тучу лет назад! Важно то, что проход есть.

— И призрак пришел из него, — добавила Лина. — Это ведь была женщина, так?

Лу кивнула. Она видела образ лишь долю секунды, но была уверена, что разглядела и длинные волосы, и темное платье.

— Как она смогла войти в дом?

— Без понятия.

— Без разницы, как она смогла войти, но сейчас мы узнаем, откуда. — Дэн отыскал глазами тяжелую кочергу у камина.

— Денис, не надо, — запротестовала Лина.

— Почему? — удивился тот. — Мы на Крите дом по кирпичикам разбирали, государственную ценность, между прочим, а тут всего лишь старые доски.

— Давай хотя бы Стефана подождем, — поддержала Лину Лу.

— Тебе с ним спокойнее, чем со мной? — насмешливо приподнял бровь Дэн. — Зря.

Он пересек гостиную, взял возле камина кочергу и вернулся обратно, с размаху вогнал острую железяку в стену. Послышался сухой хруст старой дранки и штукатурки. Еще один удар — и дверь начала поддаваться. С натужным скрипом кусок стены шевельнулся и приоткрыл свою тайну: за дверью находился проход, из которого пахнуло холодом и сыростью. Кирпичные стены прохода были покрыты странным налетом, чем-то вроде черной плесени, которая блестела, как слюда.

Лу первой шагнула в проход, но Дэн резко дернул ее за плечо, возвращая обратно в гостиную.

— После меня, рыжая, — велел он, поудобнее перехватывая кочергу. — В темноте я ориентируюсь лучше. Годы тренировок.

— Под одеялом? — хмыкнула Лу.

— И под ним тоже, — подмигнул Дэн.

— Смотри не задень там кочергой лишнего. А то все твои тренировки прахом пойдут.

— А ты не каркай! Иначе без тебя пойдем, правда, доктор?

— Может, взять нормальные фонари? — вместо ответа предложила Лина. — Идти в подземелье этого странного дома с телефонами так себе идея.

— А вот это здраво! — согласился Дэн. — Видела, рыжая, как мозги работать должны? А тебе лишь бы на амбразуру сразу залезть.

— Да ты сам на нее с фонариком из телефона залезть собирался! — возмутилась Лу.

— А поди докажи теперь, — поддел Дэн, вручая ей кочергу. — Ждите, дамы, я сейчас.

Он быстро метнулся в комнату, где стояли сумки с привезенными вещами, и вернулся с тремя мощными фонарями, веревкой и топором.

Проход оказался настолько узким, что стены плечами задевала даже маленькая Лу, что уж говорить о Дэне. Разойтись тут двум людям и вовсе было невозможно. Каменный пол постепенно уходил вниз, давая понять, что они спускаются под землю. Лу догадывалась, куда именно ведет проход, и все равно надеялась, что ошибается. Чем глубже они спускались, тем отчетливее становился гул. Это уже не был шелест воды, это был тяжелый, механический ритм, от которого вибрировал пол под подошвами ботинок.

— Вы слышите? Там как будто... что-то работает, — прошептала Лу, невольно пригибая голову.

Ни Дэн, ни Лина не ответили, но по их напряженным позам Лу видела, что они тоже слышат и тоже настороже.

Тоннель закончился такой же деревянной дверью, как и та, что отделяла его от гостиной, но после нескольких ударов топором и она поддалась. Интуиция Лу не подвела: они пришли в лабораторию. Однако теперь здесь все изменилось. Вместо заброшенного пыльного подвала перед ними предстал оживший кошмар из прошлого.

Стеклянные реторты, которые раньше казались пустыми, теперь были наполнены кипящими, флуоресцирующими жидкостями. Вдоль стен по прозрачным трубкам с чавкающим звуком проталкивалась густая, темная субстанция. Она пульсировала в такт тому самому ритму, который они слышали наверху.

— Мать твою, — выдохнул Дэн, подходя к одному из сосудов.

— Денис — прошептала Лина, будто хотела остановить его.

Лу же вытащила телефон и включила камеру. Она понятия не имела, будет ли подвал таким же, когда вернется Стефан, и хотела записать видео для него в том числе.