Кровавый рубин

— Ребята волноваться будут, — вздохнула она, хотя уже понимала, что выхода у них все равно нет.

— Я попробую отослать Лине смс. Связь здесь плохая, но, может быть, оно дойдет. Быстрее, Лу! Ветер крепчает, в таких условиях мы можем и штольню не найти, и тогда

Он не договорил, что «тогда», Лу и сама поняла. Больше времени на разговоры не тратили и до штольни добрались в рекордные сроки, пока ее еще было видно среди белого безумия.

Пока Стефан рубил лапник для настила, Лу, как муравей, тащила к штольне все, что казалось ей достаточно сухим и хрустящим. Когда возле входа выросли две приличные кучи веток, Лу, не тратя времени и не жалея себя, парой ловких движений перебросила это все внутрь пещеры.

— Уф, вот это треш! — громко прокомментировала она, когда они оба оказались в безопасности.

Стефан лишь устало усмехнулся и присел возле кучи веток, разжигая огонь. Когда костер наконец занялся, робко облизывая сухую кору, пространство внутри штольни преобразилось. Теплый оранжевый свет выхватил из темноты неровные стены, превращая глубокие тени в причудливые фигуры. Лу присела у огня, протягивая к нему замерзшие пальцы, и только сейчас почувствовала, как сильно ее бьет дрожь.

— Я мокрая, как лошадь после забега, — призналась она.

— Это, кстати, критичный момент, — заметил Стефан, тоже вытирая пот со лба. — Сейчас мы начнем остывать и терять лишнее тепло. И поскольку ты уже дважды не стесняясь передо мной раздевалась, я рискну предложить: нам нужно снять мокрые вещи.

— И что, голышом тут сидеть, что ли? — не поняла Лу.

— Надеть свитера и куртки. А вот майки снять, — терпеливо пояснил Стефан.

— А, ну это без проблем.

Лу быстро скинула куртку и свитер и, подпрыгивая от холода, потянулась за краем футболки. Стефан деликатно отвернулся и тоже принялся раздеваться.

— Трусы оставить можно? — послышался голос Лу.

Стефан тихо выдохнул. Наверняка она его специально провоцирует, нельзя же быть на самом деле настолько незамутненной.

— Можно. Не думаю, что через них ты потеряешь много тепла.

— У меня ж не стринги.

— Господи, Лу!

— Ладно-ладно, — она рассмеялась. — Не падай в обморок. Все, я готова.

Они развесили мокрые майки на палках, соорудили что-то вроде лежанки из еловых веток возле костра.

— Смс ушло, — сообщил Стефан, проверив телефон, и устало опустился на лапник. — Не знаю, доставят ли его из-за бури, но я написал, что мы в безопасности и остаемся в штольне до утра.

Он достал из рюкзака термос и два вафельных батончика. Лу благодарно приняла стаканчик, отхлебнула, чувствуя, как горячий чай обжигает губы и приятным теплом разливается по телу. Снаружи бесновалась метель, забивая вход белой пылью, но здесь, под защитой векового камня, стало почти уютно. Огонь с веселым треском пожирал сухие ветки, постепенно разгораясь сильнее, и Лу чувствовала, что согревается. Конечно, будь на улице минус двадцать, они бы и с костром околели до утра, но температура была всего лишь на пару градусов ниже нуля, а значит, шансы дожить до утра не такие и маленькие.

— Есть у тебя какая-нибудь новая информация о том, что ищешь? — поинтересовалась Лу, устав от тишины.

Стефан удивленно посмотрел на нее, не сразу понимая, о чем она, а когда понял, удивление на его лице сменилось недоверием. Должно быть, вспомнил ее истерику, когда она только узнала о том, зачем он ищет все эти артефакты. Лу тоже помнила и, по правде говоря, ей было даже немного стыдно. Вспылила тогда, потому что несколько суток почти не спала, едва не погибла в авиакатастрофе, затем целую ночь ехала по незнакомому лесу в окружении призраков. Тут у кого угодно нервы сдали бы, вот и она не выдержала. Она ведь искренне считала Стефана кем-то вроде фанатичного искателя сокровищ, и ее это устраивало. Даже когда узнала, что он ищет артефакты не для себя, а для какого-то заказчика, ее все равно все устраивало. В конце концов, она ведь тоже помогала ему не бесплатно, так почему Стефан не мог получать за свои поиски деньги? Но затем вскрылась правда: Стефан получает не деньги, а информацию. Четыре года назад его жена и маленький сын погибли в пожаре, только вот убитый горем муж и отец почему-то посчитал, что погибла одна жена, а сын выжил. Да, никто не нашел его тела, а детская и вовсе осталась нетронутой, но никаких следов вокруг дома не было, и куда исчез ребенок, никто не знал. Лу, как и 99,9 процента остальных людей, считала, что мальчик погиб. Но был еще 0,01 процента в виде Стефана, Лины и Крис, которые думали иначе. Стефан добывал заказчику различные старинные предметы, опасные и непредсказуемые, а заказчик давал ему информацию, позволяющую предположить, что могло случиться с ребенком. И разница между фанатичным искателем сокровищ и сломленным отцом для Лу была очевидна: последний не остановится ни перед чем и не пожалеет никого. Потому она и вспылила, а теперь немного стыдилась той вспышки. Но извиняться Лу не станет ни за что. В конце концов, Стефан тоже не извинился за то, что скрывал от нее правду, так почему она должна?

— Немного, — признался Стефан, даже внешне подбираясь. Внутри, должно быть, и вовсе натянулся, как струна.

— Расскажешь? Нам тут всю ночь сидеть, сам сказал. А уснуть едва ли сможем.

Стефан едва заметно выдохнул, будто понял, что Лу не собирается ни скандалить, ни издеваться. Сел поудобнее, протянул к огню руки.

— Ты знакома с теорией кротовых нор? — спросил он.

Лу нахмурилась.

— Я знакома только с теми, что газон все лето портят, но подозреваю, ты не про это. И если ты сейчас что-нибудь скажешь о моем образовании, я тебя ударю. Я, кстати, вообще могу тут завал устроить, из которого ты не выберешься, и сказать, что это трагическая случайность.

Стефан уставился на нее не мигая, а потом вдруг рассмеялся.

— Лу, ты не пробовала жить, никому не угрожая?

— Пробовала. Это скучно и неинтересно. Меня тогда не воспринимают всерьез.

— А с угрозами воспринимают?

— С угрозами боятся связываться.

Стефан покачал головой, больше никак не комментируя ее слова.

— На самом деле тут не в уровне образования дело. Кротовые норы — это вопрос довольно узкой специализации, так что то, что ты об этом не слышала, вполне нормально. Ты не физик. Я, впрочем, тоже, поэтому не могу сказать, что до конца разобрался в премудростях самой теории, но и в истории этому хватает доказательств.

— Доказательств чему? — моргнула Лу. Она все еще даже примерно не понимала, о чем он говорит и при чем тут поиски его сына.