Страница 128 из 158
И теперь Кир был передо мной. Сидел на подогнутых коленях и нежно целовал меня в губы, пока Арс пристраивался сзади. До боли сжал ягодицы, явно оставляя на нежной коже следы. Развел их до предела в стороны и толкнулся взмыленным стояком в мои уже растраханные его братом губки.
— Охуеть, Милана, я тебя сейчас затрахаю…, — шептал он позади меня, прихватывая меня за волосы и жестко накручивая хвост на свой кулак. Оттягивая его на себя так, что я выгнулась дугой, подставляя свою обнаженную грудь для жалящих поцелуев в Кира.
Для всего.
Арс входил в меня мучительно медленно, не торопясь. Растягивал, заполняя меня до предела. Обжигал. Позволил мне полностью прочувствовать это вторжение, каждым миллиметром ощутить себя принадлежащей ему. Обхватить его стеночками. Тесно. Жарко. Глубоко!
А затем он замер во мне. Повернул к себе мое лицо и тихо зарычал мне в губы:
— Нравится тебе вот так, малышка? Когда я внутри…
— Да, — скулила я, едва ли не хныкая, потому что Кир, губами лаская мою грудь, пальцами добрался на моей киски и принялся влажно кружить вокруг клитора, поджигая во мне новый виток полыхающей страсти.
— Я — в тебе. Чувствуешь?
— Да...
— Ты наша...
— Ты принадлежишь нам...
— Вся!
Я долго, протяжно застонала, почти жалобно.
— Вот так, маленькая... — шептал он мне, одной рукой обхватив меня за горло — не сильно, ровно настолько, чтобы я чувствовала его контроль. — Вот так, девочка... Хочешь, чтобы я двигался в тебе? Хочешь снова кончить для нас?
Почему?
Почему даже его слова накручивали меня на вертел страсти и поджаривали?
Почему от этого горячечного наглого шепота я снова завелась и потекла для них?
Ох…
— Хочу, — захныкала я и повела бедрами.
А затем всхлипнула тихо, когда Арсений начал размеренно меня брать. Сначала короткими, дразнящими толчками, потом все глубже. Резче. Пока не принялся вбиваться в меня с такой силой, что моя кровь превратилась в лаву, выжигая меня изнутри чистейшим кайфом.
Бам! Бам! Бам!
Я слышала, как шипит Арс, врезаясь в меня с пошлыми звуками. Хлопки его бедер о мою попку резонировали с моими стонами. И не было сил удержаться в этом вращающемся калейдоскопе запредельных ощущений.
Меня снова накрывало.
Стремительно!
От члена, который, словно поршень, накачивал меня ядом похоти. От пальцев Кирилла, которые кружили по моего клитору, нажимали на него, растирали. То нежно. То почти болезненно. И каждый раз меня било током, когда он покрывал меня всю огненными и влажными поцелуями. Везде: губы, шею, ключицы, соски...
— Боже..., — захныкала я, чувствуя, что второй оргазм уже почти перекрутил меня через свою мясорубку.
— Давай, детка...
— Кончай...
И я уже не могла сопротивляться. Мое тело само тянулось навстречу к таранящему меня члену. Я подмахивала, сама насаживаясь еще глубже. Выгибалась, безмолвно выпрашивая ещё.
И внутри меня все сладко дрожало и сжималось, горело, плавилось.
И бомба замедленного действия тикала, грозясь окончательно меня уничтожить...
Арсений ускорился. Я чувствовала, каким стальным он был внутри меня. Дыхание его потяжелело и стало рваным. Хватка на моих волосах и шее стала еще жестче.
Меня имели! Так грязно. И так прекрасно, черт возьми!
Молния влупила в позвоночник.
Потом еще раз и между ног.
И взрыв все-таки прогремел...
Я совершенно точно закричала. Громко, надсадно. Но Кир заглушил этот крик. Он выпил его. Впечатался в меня своим ртом и целовал до тех пор, пока я содрогалась на члене его брата, кончая снова и снова...
Казалось бы, бесконечно долго.
Тело продолжало сводить ослепительными судорогами. В низ живота хлынул кипящий свинец. И я бы совершенно точно свалилась кулем, если бы мои парни не держали меня крепко, позволяя до конца прочувствовать это мгновение чистого и неописуемого экстаза.
Где-то на грани реальности я ощутила, как из меня вынули член. Затем уложили на диван и обняли с двух сторон, позволяя дышать счастьем. Пальчики запутались в чьей-то шевелюре на затылке. Губы сами по себе расплылись в сытой и довольной улыбке.
Я выдохнула, когда меня всю укутали руками, а наши ноги переплелись между собой в немыслимый, мокрый, горячий, липкий от пота и любви клубок.
Да! Вот так...
Идеально!
— Хорошая девочка... — шептал мне Арсений, целуя мое мокрое от пота плечо.
— Любимая наша..., — легонько покусывал мои губы Кир.
Они оба и непрерывно гладили меня невесомыми, как перышко, прикосновениями — по спине, по бокам, по волосам, шептали что-то ласковое, бессвязное, пока я не перестала дрожать. Пока тело прекратили бить афтершоки пережитого экстаза.
Уже в дреме я ощутила, как кто-то накрыл нас большим и мягким пледом.
Я слушала и слышала, как стучат сердца моих мальчиков — быстро, гулко. Сильно! Потом все спокойнее. Медленнее...
Я уткнулась носом в шею Кирилла. Мурлыкнула, когда Арсений поцеловал меня в затылок.
И наконец-то без задних ног отрубилась...
Милана
А проснулась я как от толчка.
И тут же тихонько, едва слышно застонала оттого, что внутри меня протяжно заныли натруженные мышцы — сладко, тянуще, напоминая о каждом движении внутрь меня и каждом толчке.
Тело все еще было приятно уставшим. Живот свело короткой, но жаркой судорогой при воспоминании того, как именно меня встретили мои парни. А между ног тут же все запульсировало. Складочки были все еще горячими и набухшими. И мокрыми...
Боже!
Все это просто немыслимо. И еще пару месяцев назад не уложилось бы в моей голове. Но...
Я ведь приняла их по очереди так легко.
Сначала меня жестко отымел Арсений, растягивая до предела...
Потом меня взял и Кирилл. Мощно. Ритмично. Сладко.
А я кончала и кончала, сначала на одном члене, а затем и на втором. Хорошая девочка? Всего восемнадцать лет. Еще вчера я верила в розовых пони и в то, что обязательно встречу своего принца на белом коне, который полюбит меня и я его. А затем у нас родятся белокурые детишки.
Два сыночка и лапочка-дочка.
А теперь?
Я трахалась сразу с двумя парнями и не могла не задумываться о том, что это никак не вписывалось в картинку среднестатистической семьи, о которой я грезила. Да и что до братьев Ремезовых? Неужели они не перегорят от таких странных отношений через месяц?
Или через год?