Страница 129 из 158
Насколько их хватит — вот так передавать меня из рук в руки? Совать член в мою киску, зная, что внутри меня уже есть чужое семя? Смотреть, как я самозабвенно кончаю под другим? Сейчас это весело. Завтра горячо. И они говорят, что все взаимно. Но...
Будет ли оно так всегда?
И не словлю ли я отдачу за все эти крылатые качели? Ведь я любила их. По-настоящему любила! Мое тело до сих пор, не слушая вопли перепуганного будущим разума, хотело этих двух парней. Вот же я уже завелась не на шутку. По моему телу пробежала новая волна раскаленного жара. А по венам — крутой кипяток. Соски затвердели. И клитор запульсировал.
Это сознание уже нарисовало себе полыхающую от похоти картинку, где мои любимые звери просыпаются и снова меня берут. А вместе с тем, позвоночник пронзила молния почти животного страха, что уже завтра вся эта история любви закончится.
И мой мир рухнет, разлетаясь на мелкие осколки.
Черт, мне бы прочистить мозги. Хоть немного...
Я осторожно выпуталась из объятий своих парней, лишь на краткий миг цепляя взглядом братьев Ремезовых. Арсений спал крепко, уткнувшись носом в диванную подушку. Его дыхание было ровным, а сам он выглядел, словно молодой бог, пресытившийся объятьями сладкоголосых сирен. Кирилл же слепо пошарил рукой по тому месту, где только что лежала я, и тихо выдохнул. А я провела пальцами по его груди, чувствуя, как сильно и уверенно бьется сердце под ладонью. И улыбнулась, борясь с желанием разбудить его поцелуем...
Господи, ну вот почему они такие?
Такие...
Невероятные!
Босиком, на цыпочках, я пробежала по квартире в поисках ванной комнаты. Охнула на первых двух шагах — это резкие движения отзывались болезненно-сладким эхом в каждой клеточке моего тела. Бедра и складочки между ног ощутимо саднили. Колени были чуть ватными, слабыми. А сама я под завязку будто бы была заполнена пузырьками шампанского.
Пьяная...
Я оглянулась по сторонам.
Вау!
А квартира-то поражала воображение: высокие потолки, панорамные окна, через которые лился мягкий вечерний свет, темный паркет под ногами, стильная и явно дорогая мебель. На кухонном острове из белоснежного мрамора стояло ведерко со льдом — а в нем бутылка игристого. А еще коробка с белыми розами.
Ясно. Начать встречу с дикой оргии в планы у парней не входило. Но… Хотелось как лучше, а получилось, как всегда.
Я открыла одну дверь по ходу своего движения — пустая кладовая.
Вторая — гардеробная.
Третья — спальня.
А на четвертой я наконец-то выдохнула, обнаруживая то, что искала. Вошла в уборную и включила свет. Да уж — с размахом все тоже. Отдельно стоящая ванная у панорамного окна. Огромная душевая. Лежак рядом со столиком, на котором стоял поднос, а на нем графин с водой.
На полу — мягкий ковер с высоким ворсом.
Интересно, чья это жилплощадь? На съемную не было похоже. Слишком шикарно. Чересчур «с душой».
Я подошла к окну и слепо поглядела на город с высоты птичьего полета и обняла себя, чувствуя, как по коже ползут мурашки. А затем вздрогнула, понимая, что в комнате больше не одна.
Сильные руки подхватили меня за талию, прижимая к горячему, твердому телу. Твердому во всех местах! И понесли куда-то, пока не поставили у входа в душевую кабину. Рука Арса ударила по кнопкам, и водопад горячей воды хлынул вниз, постепенно заполняя комнату паром.
А я задрожала от чувственного, хриплого, немного сонного голоса парня, что обдал мое ухо своим горячечным дыханием, вызывая во мне мгновенный и запредельный выброс адреналина в кровь.
— Я скучал...
А затем он развернул меня к себе лицом. И я задохнулась от того темного желания, которого увидела в его голубых глазах. Его идеально прекрасные, чуть капризные губы были припухшие ото сна. И мне так нестерпимо захотелось их поцеловать.
И я не отказала себе в этом удовольствии.
Я привстала на носочках, обняла парня за плечи, пальчиками одной руки зарываясь в мягкие волосы на его затылке. А после сама коснулась его рта.
Нежно. Трепетно. Ласково.
Но всего этого не хватило даже на пару секунд. Потому что ураган по имени Арсений Ремезов просто сбил меня с ног и набросился на мои губы в голодном, развратном и максимально глубоком поцелуе. Он кусал меня. Трахал языком. Вылизывал изнутри. Толкался в меня и стонал в унисон со мной.
Это было так...
Вкусно!
Он пах раем. И на вкус был, словно трюфельная конфета.
Вот только посмаковать его как следует мне не дали.
В один момент Арсений перестал скользить руками по моему обнаженному телу. Он положил свои ладони мне на плечи и многозначительно надавил. Тяжело. Властно.
А я...
Я послушно опустилась перед ним на колени и открыла рот, сразу же принимая внутрь тяжелый, набухший член, с капелькой смазки на налившейся кровью головке. Задохнулась от размера на мгновение. Словила мощную и почти нестерпимую молнию похоти, что ударила меня между ног.
А затем обхватила ствол пальцами, ощущая под подушечками проступающие вены, пульсацию его плоти и раскаленную живую сталь.
— Соси его, Милана. Давай глубже, детка... Вот так! Вот так. Охуеть...
И я брала еще глубже. Помогала себе руками. Насаживалась на него. Облизывала полностью, кайфуя от солоновато-пряного вкуса. И сама все сильнее возбуждалась. Потому что слышала, как стонет Арсений. Как он шипит от наслаждения. Видела, как он закатывает глаза от эйфории и закидывает голову, путаясь пальцами в моих влажных волосах, сжимая их почти до предела в кулаках и направляя мою голову в нужном ему темпе.
— Умничка, детка... Еще!
Я почувствовала, как низ моего живота скрутило от почти нестерпимого ответного желания. Я уже была до безобразия мокрой и ждущей. Жаждущей! Соски ныли. Тело горело. Я задыхалась в этой унизительной позе — на коленях и с членом во рту.
Но в то же время продолжала делать то, что от меня хотел Арсений.
Я брала у него в рот.
Я тщательно обводила языком каждую венку. Глотала все глубже и глубже, ощущая, как головка упиралась мне в самое горло, из-за чего на глазах наворачивались слезы какого-то болезненного наслаждения.
И когда мне показалось, что все — терпения моего больше нет. Я просто чокнусь от перевозбуждения, если меня прямо сейчас не трахнут, Арс одним рывком поднял меня на ноги. А затем крутанул от себя, заставляя прогнуться в спине и упереться руками в матовое стекло душевой.
И да, я уперлась.
И выгнулась, подставляя попку, чувствуя, как член ритмично бьется по моим ягодицам. Дразнится.