Эхо темной крови

Это был самый сложный рассказ в моей жизни. Мне было так стыдно, что щёки с ушами горели непрерывно. Лицо Амелии же вытягивалось всё сильнее, а к концу повествования подруга закрыла рот рукой и просто смотрела на меня. Даже Мику сидел и внимательно слушал, будто понимал, о чём я рассказала. К концу рассказа о моём позоре Амелия хитро сощурилась, а я нервно поёрзала в кресле. Мягкая обивка будто превратилась в какие-то колючки.

— Полагаю, тебя можно поздравить? — улыбнулась подруга. — Я давно поняла, что он тебе нравится, но думала, что вы ещё сто лет будете ходить вокруг да около.

— Да с чем поздравить-то? — всплеснула я руками, а потом в них же и уткнулась лицом. — Не думаю, что я ему вообще могу быть нужна.

Послышался скрип дивана, после чего меня обняли нежные руки.

— Не могу придумать ситуации, в которой поцелуй в губы может значить что-то ещё, кроме «ты мне нравишься». Особенно после всех спасений, объятий, заботы, подарков и твоего собственного признания.

Я с недоверием вынырнула из рук и посмотрела на подругу. Амелия улыбалась.

— Зачем я могу быть ему нужна? Я низшая, с так себе фигурой, руки у меня из задницы, веду себя отвратительно и постоянно его позорю. А это моё ночное признание…

— Знаешь, Ирмис, в отличие от вас с Нией, я побуду хорошей подругой, — она щёлкнула меня по носу и облокотилась на спинку моего кресла. — Ты красивая молодая женщина, пусть и немного нервная. Это во-первых. Любят не за набор качеств, а потому что сердце рвётся к кому-то и не хочет отпускать. Это во-вторых. И Алистер — самый последовательный и благородный высший вампир из всех, кого я знаю. Маркус сто раз говорил, что он никогда не разменивается на лёгкие интрижки и уже давно ищет только серьёзные отношения. Это в-третьих. И после всего услышанного, на что угодно могу поспорить, что по его приезду вы станете парой.

Насупившись, я уставилась на туалетный столик, где лис рвал на кусочки чьё-то письмо с гербовой печатью.

— Ты в это не веришь, — догадалась она.

— Потому что это глупо, — хмыкнула я, — типичная история о серой мыши и крутом мужике. Знаешь, сколько низших из гарнизона мечтало бы к нему в кровать залезть? Я постоянно слышу такие разговоры. Да, большинство хотело бы таким образом продвинуться по службе, но это не имеет особого значения. Чем я-то лучше? Очередная низшая девочка.

— Ирмис, дорогая, — сжала она мою руку, — я тоже думала, что у нас с Маркусом отношения невозможны, вы меня, кстати, в этом активно убеждали.

— Неправда, — буркнула я.

Но нет, это правда. К моему стыду. Мы с Нией были уверены, что никаких отношений у Амелии с высшим вампиром быть не может. Думали, он её использует и убьёт, но она нас, к счастью, не послушала.

— Правда, правда, ты это прекрасно знаешь, — с укором посмотрела она. — Но вы ошиблись, а я теперь счастлива и люблю Маркуса больше жизни, даже невзирая на его отвратительный характер. И у вас всё получится.

Я слабо улыбнулась, но пока не могла решить, как относиться к её словам. Душа трепетала от мысли, что мы сможем быть парой, что Алистер выберет меня. Но вот сознание… оно давило любую надежду и говорило, что меня нельзя выбрать. Кого угодно, но не меня. Но всё же… всё же мне стало легче.

— А ещё меня очень заинтересовали твои странные ощущения и эти, как ты говоришь, ниточки. Сейчас ты чуешь что-либо?

Я задумалась, погружаясь в ощущения, после чего кивнула.

— Давай сходим по ближайшей, хочу кое-что посмотреть.

Пока Амелия переодевалась, я взяла меч, после чего мы вышли из поместья, и я сосредоточилась на ниточках, пытаясь определить ближайшую. Шли мы недолго, всего минут двадцать к озеру и ещё около десяти вдоль него. Я вынула меч, сказав Амелии идти сзади, а сама оглядывалась по сторонам на случай появления завесных тварей. К счастью, берег с этой стороны озера имел довольно мало растительности и хорошо проглядывался, потому врагам негде было затаиться. Выцветшее пятно мы заметили издалека.

Подходили к нему с опаской, я не выпускала меч, а Амелия поставила на нас защиту, но чем ближе мы подходили, тем страннее себя чувствовала. Пространство над пятном было более плотное, будто его можно было потрогать, и оно источало… не знаю, смерть? Но смерть естественную, будто ей может быть позволено быть тут, будто… она не мешает естественному течению вещей? Я даже не могла это сформировать внутри головы.

— Давай посмотрим изнутри, — сказала Амелия и протянула руку. — Только не отпускай меня. Не всегда получается стабильный переход без контакта.

Мне это не нравилось, но любопытство всё же пересилило, и я взяла Амелию за руку. Подруга сосредоточилась, и вот мы уже стояли в том же самом месте, только за завесой, в мире мёртвых, где властвовали зима и смерть. Воспоминания, как мы много месяцев войны выживали в этом мире без надежды на спасение, нахлынули и больно вгрызлись, и я будто снова оказалась там. В безнадёге, в отчаянии, в холоде, в бесконечной боли и потерях...

— Так, Ирмис, очнись, — потрясла меня Амелия за плечи, — мне тоже тут не по себе, но если будем долго страдать, то отморозим в нашей летней одежде конечности. Что-нибудь тут замечаешь?

Дёрнув плечами, я повернулась к пятну и заметила, что с этой стороны оно не выглядит серым, наоборот, сквозь него просачивается энергия жизни, и её струйки тянутся в разные стороны, исчезая в снегопаде. А где-то далеко я чуяла чужое присутствие, будто там был кто-то для меня знакомый. Амелия ничего такого не ощущала, и это было странно.

Мы походили минут пять по округе, дрожа от мороза и завывающего ветра и надеясь, что наше присутствие не привлечёт беспокойных духов или мертвецов, но когда увидели, куда тянулась одна из ниточек жизни, решили поскорее вернуться, потому что она вливалась в большой труп какого-то животного. И труп этот начал шевелиться.

От страха Амелия перенесла нас быстрее, чем я успела испугаться сама. Но теперь я, кажется, поняла, откуда вокруг пятен появляются все эти трупы и монстры. И мы решили доложить об этом Маркусу.

— Подождите, — глаза вампира вспыхнули яростью, он резко повернулся к Амелии. — Ты ходила за завесу? Сдурела?! — скалился он, медленно к ней приближаясь. — Там опасно, и я сто раз говорил тебе не ходить никуда в одиночку!

— Я ходила с Ирмис!

Маркус зарычал, я же вздрогнула и попятилась. Но Амелия мило улыбнулась, шагнула к избраннику и обвила его шею руками.

— Мы совсем на чуть-чуть, — проворковала она. — Мы были осторожны и сбежали, как только почуяли опасность. В следующий раз обязательно дождусь тебя.