Эхо темной крови

Глава 10

Не знаю, чего во мне было больше — злости или обиды — пока я шла к закрытой части высших вампиров, вынимая водоросли из волос. Стражники в этот раз молча меня пропустили, лишь многозначительно переглянувшись. К их же счастью. К моему — я не встретила Рину. Я была не в том состоянии, чтобы выдержать очередную пикировку с высшей. И так хреново, а сейчас будет ещё хуже.

— И что же произошло на этот раз? — тяжёлый вздох Алистера был красноречивее любых упрёков.

Я долго разглядывала единственные оставшиеся сухими сапоги, но в итоге подняла голову и посмотрела наставнику в глаза. Пришлось собраться с силами, чтобы пересказать случившееся. Пока побеждала обида, но к концу разговора злость разогналась по моим венам и затребовала мести.

— Я убью её, — низким голосом почти прорычала я, стиснув зубы. — Клянусь, пойду и убью, пока она будет спать. Можешь меня потом наказать, мне плевать, но эта тварь больше не будет портить мою жизнь ни минуты!

Только сейчас я осознала, что впилась ногтями в ладони до крови. Красная капля упала на нос сапога. Я разжала руки и уже развернулась, но Алистер схватил меня за руку и развернул обратно.

— Нет, никого ты убивать не пойдёшь, — строго сказал он, а глаза наставника слегка засияли алым. — Ты сейчас успокоишься и ляжешь спать.

— Ты её ещё и защищаешь? — вспыхнула я, уставившись на него. — Ещё скажи, что снова я виновата, а Ирэн у нас белая и пушистая! Всегда так!

Я с обидой дёрнула руку, желая вырваться из его хватки, но хватка даже не ослабла. Алистер сощурился.

— Ты не виновата. И нет, не защищаю, мне плевать на неё. Ирэн всего лишь одна из низших гарнизона, — голос вампира стал низким, даже царапающим. — Но убийства, Ирмис, всегда оставляют отпечаток, даже если ты уверена, что оно того стоит. Оставь их только для спасения себя и близких.

Замечательно! Эта скотина просто останется безнаказанной. Впрочем, как и обычно. И как и обычно, она продолжит портить мне и без того нелёгкую жизнь.

Обида душила. Я исподлобья взглянула на Алистера, но не смогла выдерживать взгляд и просто отвернулась, уставившись на ткань шатра. К горлу подбирался ком. Я тихо шмыгнула носом.

— Посиди, успокойся и ложись спать. А я пойду поговорю с её капитаном, что-то он плохо понимает с первого раза.

— Правда? Поговоришь? — я недоверчиво взглянула на Алистера, и тот кивнул и разжал руку. Я же повторила в уме его слова и нахмурилась. — Я вся мокрая насквозь, едва ли я успокоюсь, лёжа на земле. Разве что обернусь вокруг костра. Отличное будет зрелище для всего лагеря.

— Зачем на земле? Ты ночуешь здесь, со мной, — и он кивнул на кровать.

Я ушам своим не поверила. Несколько раз перевела взгляд с Алистера на кровать и обратно, после чего открыла рот и не смогла выдавить ни звука, но явственно ощутила, что щёки начали слегка гореть. Да и я сама тоже.

Воцарилось неловкое молчание.

— Ты хочешь спать на земле с отрядом? — выгнул бровь Алистер. Я слов так и не нашла и помотала головой. — Тогда спишь здесь. Не волнуйся, приставать не буду.

По-моему, моя кожа вспыхнула.

— Да я… я не… — я замотала руками, указала на кровать, но так и не смогла ничего произнести.

Алистер тем временем подошёл к полкам наскоро сколоченного комода, после чего вернулся ко мне и протянул свою рубашку.

— Вот, переоденься. С твоей одеждой завтра будем думать. Скоро вернусь.

И, оставив меня с рубашкой в руках, он вышел из палатки.

Пришла в себя я не сразу, и первой мыслью было немедленно сбежать, но сделав пару глубоких вдохов, я немного успокоила скачущий пульс и решила не глупить. Во-первых, потому что я вся мокрая и бежать совсем некуда, а во-вторых, потому что нафиг я ему не нужна. Было бы удивительно, если бы Алистер

стал

приставать. Где он, а где я?

Я фыркнула, покачала головой и принялась скорее снимать сырую одежду, пока Алистер не вернулся, не хватало ещё позориться далёкой от идеала фигурой. Одежда сниматься отчаянно не хотела и неприятно липла к коже, водоросли обнаружились даже в штанах, но в итоге я справилась, развесила сушиться на комод и изголовье кровати, взяла в руки бордовую рубашку Алистера и застыла, закусив губу и не решаясь её надеть. Это казалось слишком личной вещью, чем-то интимным, куда я не имела права вторгаться, хотя это была всего лишь рубашка.

Неуверенно переступив с ноги на ногу, я всё же надела её и принялась застёгивать пуговицы. Тонкий шёлк приятно скользил по коже, будто лёгкие перья, а запах… меня мгновенно окружил его запах. От неожиданности я снова застыла, а пальцы будто перестали сгибаться и больше не могли взять пуговицу. А внутри появилось непонятное смятение, будто я, не знаю, украла её? Будто не имела права надеть на себя его вещь.

Так глупо… но тем не менее именно так я себя ощущала. А потом я сжала пальцами воротник, уткнулась в ткань лицом и глубоко вдохнула. Терпкий, тяжеловатый, древесный запах с нотками кожи и чего-то цитрусового.

Несколько раз глубоко втянув воздух носом, я заставила себя отлепиться от рубашки, застегнула оставшиеся пуговички и оглядела себя. Наша разница в росте была столь большая, что рубашка доходила до колен, а рукава до середины бёдер, закрывая мои руки. Я помотала ими словно бабочка и хмыкнула. Ладно, закатаю.

— Ты переоделась? — раздался голос Алистера, и после моего подтверждения он зашёл в комнату. — Я поговорил с капитаном. Дал ему последнее предупреждение.

— Спасибо, — тихо сказала я и улыбнулась, но тут же в голове вспыхнуло осознание, что под рубашкой я абсолютно голая. Вообще. На мне даже трусов не было.

В следующее мгновение я забралась в кровать под одеяло, накрывшись по подбородок. Тело охватил жар смущения, и я вспотела, будто в комнате резко поднялась температура.

Я не относила себя к смущающимся барышням, но никогда прежде не ночевала в одной постели с мужчиной. Тем более с высшим вампиром. Тем более с Алистером.

Да и сколоченная наспех кровать не отличалась особой шириной, чтобы можно было разместиться на разных краях матраса и не смущать друг друга. А ещё тут было ровно одно одеяло.

Алистер поставил меч рядом с моим, и под рассказ о том, что рядом в часе верхом есть городок, и можно туда наведаться поискать мне одежду, он начал раздеваться. Я должна была отвернуться и не смотреть, но я внимательно следила, как он сначала снял плащ, потом отстегнул ремень, а потом — и тут я совсем застыла и сглотнула — он снял рубашку.