Смертельные ловушки

Глава II

– Что касается этих щенков, – сказал мистер Фисби. Они были на крыльце Декстера, и Фисби откинулся на спинку кресла и тут же скользнул вперед, пытаясь коснуться ногами пола. – Я не хотел их топить.

– То есть? – скептически спросил мистер Лаки.

– Есть вещи похуже смерти от утопления, как и от чего-либо еще, – мрачно намекнул мистер Фисби.

– Да? – рассеянно спросил мистер Лаки.

– Вы должны это знать, – еще более мрачно заявил Фисби.

– Кто… я? – возразил мистер Лаки.

– Как и любой человек, переваливший за шестьдесят.

Мистер Лаки поудобнее втянул шею в воротник, подготавливая ответ.

– Я не соглашусь с вами. Мы с миссис Лаки, Фелисией, Мамулей, пережили много взлетов и падений. Мы были столь бедны, что подписка на вечернюю газету была для нас роскошью; мы питались суррогатом масла и доводили свои кишки до того, что те походили на ливерную колбасу. Приведу пример. Однажды, когда Бенджи еще был малышом, у нас был пирог из телятины, конечно, в форме индейки – на День благодарения. Да, мы прошли через бедность. И у нас были проблемы. Я отрубил себе палец. Мы хоронили родственников и старых друзей. И, как я, наверное, уже говорил вам, мы потеряли нашего единственного ребенка, нашего единственного сына, Бенджамина – во время войны. Но все равно (и Фелисия подтвердила бы мои слова) не было ни дня, ни часа, когда мы предпочли бы смерть жизни.

– Вместе? – спросил мистер Фисби.

– Ну, конечно, вместе, – нахмурился мистер Лаки.

– Я имею в виду, – пояснил мистер Фисби, – что если бы в прошлом месяце ваша жена погибла в несчастном случае, а не просто сломала бедро…

– Право же, Фисби! Вы способны довести кого угодно. Что про­ку воображать всевозможные ужасы? Мне это не нравится.

– Понимаете ли, – продолжил мистер Фисби, – вы походите на большинство жизнелюбцев. Вы отвергаете возможность катастрофы, которая сделает вашу жизнь невыносимой. Для некоторых такая катастрофа никогда не произойдет. Но у кого-то она случится, а еще у кого-то она не за горами. В этом и заключается разница в наших рассуждениях.

– Нет, – возразил мистер Лаки. – Существуют воспоминания и все такое. Если Фелисия уйдет первой, то я все равно предпочту прожить назначенное мне время наилучшим образом. В каком-то смысле это – долг. Мамуля в случае моей кончины может чувствовать то же самое. Смотрите на светлую сторону жизни. Да-да. Будьте оптимистом. Сквозь каждую тучу пробивается луч надежды.

– О, – протянул мистер Фисби. – О, честь принадлежать к благословенному братству Бэббитов![2]

– Что вы имеете в виду? – спросил мистер Лаки, на мгновение сжав губы и пытаясь отогнать подозрения о том, что это может оказаться намеренным оскорблением.

– Ничего, – выдохнул Фисби. – Просто тщетная тяга к постижению наилучшего метода самосовершенствования.

– Я не понимаю вас.

– Я не Бэббит, – пояснил мистер Фисби. – Будь я им, у меня был бы такой же дорогой жилет, как и у вас, и я заплатил бы за него из собственного кармана. Да и жил бы в другом месте, а не зависел от доброй воли племянника. Более того, я застегивал бы жилет на животе, а не на этом недоразумении, едва сводящем концы с концами. Да, брюхо для меня – это все! Более возвышенного человека сильнее удручало бы то, что что под ударом оказались бы его мораль, чувства и душевность. Вы, наверное, заметили, что в любой компании вместе с Саллиэнн и Джастином я столь же неуместен, как пасхальное яйцо в День независимости. Это страх, уважаемый Лаки; страх перед недолговечностью милосердия.

– Угу, – согласился мистер Лаки. – Но само по себе то, что человек бережлив и скопил немного денег на черный день, еще не значит, что он – Бэббит, не так ли?

– Ни в коем случае, – подтвердил Фисби. – Ваш шурин, достопочтенный судья Декстер, щеголеватый франт, знаете ли, вовсе не Бэббит и никогда им не был. Можете ли вы или кто другой представить себе настоящего семидесятитрехлетнего Бэббита, который бы стал подопечным собственного сына?

– Не беспокойтесь об этом, – нахмурился мистер Лаки. – Эймос не даёт согласия. Джералд еще не дошел до того, чтобы стать опекуном собственного отца, и не думаю, что дойдет. Согласен, мне это в нём не нравится.

– Джералда нельзя винить, – заявил мистер Фисби. – Если, как говорит Джастин, старик тратит последние остатки своего состояния на весёлых женщин, его стоит остановить.

– У любого вопроса есть две стороны, – объявил мистер Лаки. – Полагаю, это деньги Эймоса. И они достались ему тяжелым трудом.

– Трое детей тоже его. И они достались ему безо всяких усилий.

– Шутки в сторону, – сказал мистер Лаки, слабо улыбнувшись. – Джералд и Боб уже взрослые, да и Рода уже не девочка. Эймос дал им шанс. Им пора менять жизнь – я имею в виду мальчиков.

– Нет, – заявил мистер Фисби. – Человек, имевший неос­то­рожность произвести на свет детей, должен заботиться о них до конца своей жизни. Отцовство – это не одноразовая сделка. Это навсегда. Расплачиваться нужно каждый день при жизни родителя. Плата за жертву, беспокойства и страдания… Но вернемся к нашей дискуссии о Бэббитах. На первый взгляд у Джералда есть все необходимые им свойства. Он занимается недвижимостью. Но отождествлять его с героем известного романа значило бы оскорбить его. Джералд – неудачник в своей профессии. Следовательно, презирает он не себя, а ее. Кстати, это хороший тест на право человека принадлежать к Благословенному Братству – нужно исследовать, чем он гордится и чего стыдится. Вы гордитесь тем, что ваш дом на Якима-авеню устлан лучшими коврами – от подвала до чердака. Вы гордитесь тем, что у вас есть радио. Но к чему мне говорить о том, чем вы гордитесь? Будь у вас на подбородке прыщ, вы бы не гордились им только за то, что он – ваш. А Джералд Декстер мог бы. Поскольку вы – успешный бизнесмен, полагаю, вы иногда позволяли себе применять так называемые «профессиональные трюки». А Джералд Декстер никогда в жизни не совершал таких сделок, которые можно было бы поставить ему в упрек.

– Легко сказать, но трудно проверить.

– Вовсе нет. Когда наш дом строился, было ясно: у Джастина есть преимущественное право выкупа. Джералд обещал ему (дом строила его компания). Как-то утром Джералд телефонировал Джастину, сообщив, что Тедлоу купил этот дом…