Страница 47 из 226
— Позавчера, — его голос стал тише, опаснее, — они попытались напасть на еще одну деревню. Но мы их перехватили. Двадцать три бандита. Мы убили пятнадцать. Восемь сбежали.
Он выпрямился, но не отступил, продолжая нависать надо мной как гора.
— Так что скажите мне, леди Верлис, — произнес Генерал с едва сдерживаемым гневом, — насколько безопасно вы теперь себя чувствуете? Когда банды режут людей в нескольких часах езды от вашего поместья? Когда ваш дом стоит практически на самой границе, без стен, без охраны, без защиты?
Слова ударяли, как пощечины. Одна за другой. Я стояла, прижавшись к шкафу, и пыталась осмыслить услышанное.
Нападения. Убийства. Сожженные деревни. Люди, вырезанные целыми семьями. Куда я попала⁈
Почему мне никто не сказал? Почему Фания молчала? Мара? Неужели они все знали и не считали нужным предупредить меня?
Или.. или я просто не задавала правильных вопросов? Слишком была занята своими проблемами — ремонтом, слугами, деньгами, — чтобы поинтересоваться, что происходит за пределами моих владений?
Решила как и в прошлой жизни поиграть в большую начальницу, но реальность опять дала по голове.
— Я.. — начала, но голос дрогнул и сорвался. Прокашлялась и попробовала снова. — Я не знала. Никто не говорил мне о таких вещах.
Что-то мелькнуло в его глазах — удивление? Или недоверие?
— Серьезно? — переспросил он, прищурившись. — Вы здесь уже сколько? Пятый, третий день? И никто не счел нужным предупредить вас?
— Я.. — сглотнула, чувствуя, как щеки горят от стыда. — Я только вчера начала нормально разговаривать со слугами. До этого я.. Мне было не до того.
Это прозвучало жалко. Очень жалко. Как оправдание ребенка, забывшего сделать уроки. Кайлас смотрел на меня долго, внимательно, изучающе. Потом медленно выдохнул и отступил на шаг, давая мне пространство для дыхания.
— Теперь знаете. Я именно для этого и пришел с разговором, мне необходимо было проверить, — произнес он просто, разворачиваясь и направляясь к окну. — Что вы понимаете причину нашего нахождения здесь со всей серьезностью и не будете доставлять проблем.
Он распахнул створки пошире, впуская свежий морской воздух, и замер, глядя на свой лагерь. Ветер трепал его белоснежные косы, заставляя их развеваться.
Я стояла, прижавшись к шкафу, и пыталась собрать разлетевшиеся мысли в кучу. Гнев медленно уступал место другим эмоциям — страху, беспокойству, чувству вины. И чему-то еще, что я категорически не хотела признавать.
Облегчению.
Потому что, как бы я ни злилась на этого наглого генерала, его присутствие здесь вдруг стало казаться не таким уж плохим. Тридцать воинов. Драконы. Защита.
Между моей дочерью и бандитами, режущими людей в округе.
Я сделала глубокий вдох, выпрямляя плечи. Пора было вести себя как взрослый человек, а не как истеричная девица.
— Хорошо, — произнесла вслух, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Тогда прошу прощения за.. за грубость. Я была не права, не выслушав вас до конца.
Кайлас обернулся, удивленно приподняв брови. Видимо, не ожидал извинений.
— Но, — продолжила я решительнее, делая шаг вперед и отлепляясь наконец от шкафа, — у меня есть условия. Если вы остаетесь на моей земле.
Он скрестил руки на груди, ожидающе глядя на меня.
— Слушаю.
— Первое, — я подняла палец, — ваши люди не вмешиваются в дела моего поместья. Не пугают моих слуг, не воруют еду, не ломают имущество, тем более двери.
— Согласен, — кивнул он без колебаний.
— Второе, — я подняла второй палец, — вы держитесь на расстоянии от дома. Ваш лагерь — там, где он сейчас стоит. Ни шага ближе без моего разрешения.
— Согласен, — повторил он.
Сделала глубокий вдох, собираясь с духом для следующего пункта.
— Третье, — голос дрогнул, но я заставила себя продолжить, — ваши воины.. они не трогают моих людей. Особенно женщин. Я видела, на что способны мужчины. Видела, как они обращаются со служанками, считая их.. своей собственностью. И мне нужны гарантии.
Слова прозвучали резче, чем я собиралась. Воспоминания о Маре, о ее испуганном лице, о том, как она рыдала в кабинете, рассказывая про Лукаса, всплыли в памяти.
Лицо Кайласа окаменело. Что-то темное и опасное промелькнуло в его глазах, заставив меня невольно отступить на шаг назад.
— Вы думаете, мои люди способны на такое? — спросил он, и голос его был холоден, как лед. В нем звучала плохо скрываемая ярость, которая сейчас напугала даже больше, чем его физическая сила.
— Я.. — сглотнула, понимая, что, видимо, наступила на больную мозоль. — Нет. Я не это имела в виду. Просто.. — я сжала руки в кулаки, заставляя себя не отступать дальше. — Я видела, что творят мужчины с теми, кто слабее. Видела, как они считают, что имеют право на чужие тела, если у них есть власть или сила. И мне нужны гарантии. Для моих людей. Для моих девушек, которые работают здесь.
Мой голос окреп к концу фразы. Потому что это было важно. Важнее, чем мое самолюбие или страх перед этим гигантом.
Кайлас смотрел на меня долго, внимательно, изучающе. Потом медленно выдохнул, и ярость в его глазах сменилась чем-то другим. Пониманием?
— Мне жаль, — произнес он тише, серьезнее, — что вы встречались с такими людьми, леди. Жаль, что вам пришлось это увидеть.
Он сделал шаг ближе, и я заставила более себя не отступать, встречая его взгляд.
— Но я отвечаю за свой отряд головой, — продолжил Генерал твердо. — Мои люди — воины. Профессионалы. Они знают о чести, и они следуют ей. Никто — НИКТО, — он подчеркнул это слово, — не посмеет обидеть вас или ваших людей ни словом, ни делом, ни взглядом. Даю вам слово драконорожденного.
Искренность в его голосе, твердость в глазах заставили меня поверить. Не знаю почему — может, усталость сказывалась, может, интуиция, которая никогда меня не подводила в бизнесе, подсказывала. Но я поверила.
— Спасибо, — выдохнула, чувствуя, как напряжение немного отпускает. — Я.. спасибо.
Он кивнул, отступая на шаг и давая мне пространство.
— Есть еще условия? — спросил он, снова скрещивая руки на груди.
Мускулы перекатились под загорелой кожей.
НЕ СМОТРИ ТУДА!
— Да, — я прокашлялась, отводя взгляд к окну, к морю, куда угодно, только не на этот проклятый торс. — Последнее. Вы лично.. вы не приближаетесь ни ко мне, ни к моей дочери.
Его брови удивленно поползли вверх.
— Дочь? — переспросил он, и в голосе прозвучало неподдельное изумление. — У вас есть дочь?