Страница 65 из 82
— Плитка зачарована, — он присел на корточки и потрогал ладонью гладкий камень, — магия перехватывает часть тепла от горячего источника и передает его в башню. От этого и матрас становится теплым.
Он вырастил для меня вешалку для одежды, а затем спросил, не хочу ли я устроить ночной перекус, ведь не просто же так служанки собрали нам корзину со снедью.
Но я не хотела. Я смотрела на чистое белье, на пышное одеяло и россыпь подушек. Пока я раздумывала, Хайлен собрался уходить. Бросил только, что настроил на меня охранную систему и что мне можно ходить по всем этажам.
— Корзины, их две, будут внизу.
— А ты…
— Хочу поправить кое-что в санях, — он бегло улыбнулся, — а потом тоже лягу спать. Не беспокойся, здесь есть все необходимое.
Он подошел к винтовой лестнице, что иглой прошивала всю башню, и начал спускаться.
А я все никак не могла отделаться от мысли, что теперь у меня есть чистая постель. И что простыню можно использовать вместо полотенца. А в той коробке есть еще какие-то уменьшенные тряпки.
«И если Хайлен не собирается плавать, – я бросила взгляд за окно, – то, может, мне все же стоит рискнуть?»
Пройдясь туда-сюда по комнате, я отбросила все сомнения. Да, если бы Хайлен тоже собрался поплавать в том волшебном источнике, я бы предпочла потерпеть и потом съездить куда-нибудь в другое место. Но у герцога другие планы на эту ночь, так что упустить такую возможность будет большой глупостью!
Сдвинув матрас, я дотянулась до коробки и вытащила оттуда плотный носовой платок. Сдернула с него уменьшающее заклинание и довольно вздохнула: не ошиблась, это и правда махровая простыня.
Одежду я повесила на выращенную Хайленом ледяную подставку. Но идти обнаженной через всю башню было бы слишком, поэтому я наколдовала себе слабенькую иллюзию. Увы, мой огонь и наведенные картинки плохо уживаются. Но добежать до источника хватит.
Ступни я укрыла согревающим заклинанием, а волосы заплела в простую косу.
Голос разума пытался проснуться, но... Дивный цветочный аромат чувствовался даже в башне. А когда я вышла, на небе вновь загорелось северное сияние.
«Это знак», – хмыкнула я про себя и чуть ускорила шаг. Мороз все же кусался, пусть и не так, как должен был. Я видела, как одеваются местные жители. Мы с Хайленом сильно от них отличались.
«Надо будет спросить тетушку, не слишком ли ей жарко в двухслойной меховой шубке, – подумала я, вспомнив, что Лукреция укутывается так, будто ее не греет собственный огонь. – Хотя, учитывая отравление, спрошу в следующем году».
Выскользнув из башни, я осторожно огляделась. Со стороны саней доносился мелкий перестук — Хайлен и правда что-то там переделывал.
«Надеюсь, мы не остановимся посреди пути», – хмыкнула я про себя. И решительно направилась к источнику.
С каждым шагом цветочный аромат ощущался все сильней, а звездный ветер разгорался все ярче. И я чувствовала, как меня переполняет нетерпение. Да что там, я едва ли не дрожала от желания поскорее нырнуть в горячий источник!
Пробежав по деревянным мосткам, я бросила простыню, отменила все свои заклинания и нырнула.
Переполненная магией вода на мгновение ошеломила. Я замерла, окруженная тысячей серебристых пузырьков.
До сего дня мне не доводилось бывать в настолько мощных источниках. Но первое впечатление прошло быстро. Я позволила своей магии смешаться с природной силой и всплыла. Легла на воду и просто расслабилась, бездумно рассматривая сияющее небо.
Единение с магией источника поглотило мой разум. Я почувствовала себя дома. Нигде еще мне не было так хорошо и уютно. Морозный воздух, горячая вода и искристая природная магия — всего этого достаточно, чтобы раз и навсегда полюбить Вейарну.
Лениво шевеля руками и ногами, я подплыла к развесистому кусту альстиции, чьи ветви касались воды. Это ее аромат разносился по всей округе.
Удивительное, редчайшее растение. Внешне оно сильно напоминало плакучую иву — из альстиции получался такой же купол над водой.
Вот только у нее совсем не было листьев, одни лишь пышные соцветия и тонкие веточки. Зачарованная, я заплыла внутрь и замерла, наслаждаясь дивным ароматом и великолепным видом.
Но северное сияние почти не пробивалось сквозь плотное цветущее полотно, и я уже хотела выплыть, как вдруг услышала треск.
На секунду я испугалась, но затем выдохнула. Даже если это белый медведь, то что? Мой огонь способен отогнать кого угодно!
Осторожно выглянув из-за цветущих ветвей, я тихо охнула. Этого медведя мое пламя не испугает!
Хайлен стоял на берегу и спокойно, методично раздевался. Он явно не собирался идти до мостков и...
И тут мне пришлось зажмуриться, потому что стало очевидно: герцог предпочитает плавать полностью раздетым.
Нырнул он шумно, с плеском. Задержался под водой, а после поднялся и решительно поплыл к другому краю источника.
А я вдруг поняла, что невольно оказалась в роли шпионки. Мне следовало крикнуть ему сразу, что я здесь. Теперь же это казалось неудобным.
«Ты же не собирался плавать», – сердито подумала я.
Но он мог бы мне сказать то же самое.
«Какая идиотская ситуация, – уныло вздохнула я. – Сижу в кустах и боюсь выйти».
На той стороне источника было куда мельче. Слава всем богам, вода доходила герцогу до пояса, но...
Мне было стыдно, но не смотреть я не могла. Хайлен был красив в одежде, но без нее... Без нее ему было лучше. Отблески северного сияния скользили по его гладкой коже. По широким плечам и спине.
Хайлен не пренебрегал воинскими тренировками, и я знала это.
А теперь еще и видела. Выпуклые вены, четко прорисованные мышцы и…
И шрамы. Тонкие, белые и едва заметные — мастер Острави великолепный целитель. Но их все равно было слишком много.
«Жизнь снежного мага не слишком-то хороша, даже если ты герцог, – пронеслось у меня в голове. – А тут еще и я».
Мне стало стыдно, и я решилась выдать свое присутствие.
Но не успела: Хайлен нырнул и проплыл под водой до самых мостков. Тех, где лежала моя махровая простыня.
«Боги, какой стыд».
Я прикрыла глаза, чтобы не видеть ни герцога, ни, боги спасите, выражения его лица. Если бы за мной кто-то тайно подглядывал... Что ж, в Академии тогда весь этаж выгорел. Зато больше никто не рисковал вешать следилки в общие душевые.
— Я оставлю дверь открытой, — голос Хайлена разнесся над водной гладью. — Обязательно прикрой ее барьером, госпожа моя.