Страница 10 из 17
Я задвинул герметичную дверь, и спустя мгновение корабль отправился в путь. Поскольку он был оснащён автоматической схемой, подобной той, которую я уже описывал, следить за движением преследуемого нами корабля было совсем нетрудно. Постоянно сверяясь с таблицей, я убеждался, что космический корабль № A38B36 движется по совершенно неправильному курсу. День за днём мы мчались вперёд, непрерывно сокращая расстояние между двумя светящимися точками на карте, обозначавшими догоняемый нами корабль и наш собственный. Джолл Рандор был превосходным пилотом. Так уж случилось, что именно в это время орбиту Астракса пересёк гигантский метеорный поток, из-за чего нам постоянно угрожало столкновение с небесными телами, но мастерство Рандора неизменно позволяло избегать опасности.
На третий день меня разбудил Клентон Стретор, вырвав из глубокого сна.
– Прошу прощения, сэр, что побеспокоил вас, но, боюсь, впереди, примерно в двадцати одной тысяче ленторов (миль?), находится флот кораблей друллов. Не думаю, что нам удастся от них уйти: они окружают нас со всех сторон.
Эта новость меня крайне обеспокоила. Лично я не возражал бы против схватки с дикими друллами, но успех экспедиции имел первостепенное значение.
– Передайте Джоллу Рандору, чтобы он дал полный ход и попытался прорваться сквозь их строй. А вы приготовьте лучевой аппарат на случай, если ему это не удастся.
– Есть, сэр.
Стретор отдал честь и вышел.
Тем временем я обдумал создавшееся положение. Мы оказались окружены друллами, которые вряд ли позволили бы нам уйти без боя. Но у меня имелся приказ главного инспектора, не допускавший никаких проволочек, и потому повернуть назад было невозможно. Мы должны были продолжать движение. Правда, наш корабль был оснащён лучевой установкой, но, с другой стороны, друллы довели до совершенства другое оружие: оно испускало луч, способный практически мгновенно поднять температуру нашего судна до точки кипения за счёт возбуждения молекулярного движения составляющих его веществ. И всё же, несмотря на это, мы обязаны прорваться.
К этому времени с помощью телескопа я уже ясно различал вдалеке вражеские корабли. Теперь друллы находились всего в восьми тысячах ленторов от нас, и с каждым мгновением мы приближались к ним. В этот момент в дверь постучали, и вошел Стретор.
– Сэр, мы не сможем их обойти. Единственный способ избежать боя – отступить.
Услышав эти слова, я решительно покачал головой.
– Нет, Стретор. Я не поверну назад. Вам предстоит расчистить нам путь сквозь вражеские ряды.
– Я сделаю всё, что смогу, сэр. Но если один из их тепловых лучей попадёт в нас, нам конец.
– Хорошо. Идите и передайте остальным, чтобы готовились к бою.
Я снова взглянул в сторону друллов через один из иллюминаторов и оценил расстояние до них примерно в 350 ленторов. Уже было видно, как они посылают в нашу сторону свои ужасные тепловые лучи, но поскольку на таком расстоянии они ещё не действовали эффективно, нам пока нечего было опасаться.
Я спустился в отсек управления, где находился лучевой аппарат Уэкстона. Стретор склонился над прибором, производя последние регулировки. Пилот стоял у приборной доски, с помощью которой управляли движением корабля.
– Рандор, – сказал я, – думаю, нам разумнее перейти на зигзагообразный курс. Это может помочь уклоняться от их тепловых лучей, хотя Стретору будет труднее пользоваться своим аппаратом.
– Ничего страшного, сэр, – ответил Стретор. – Я справлюсь без особых затруднений. Для нас важнее уйти от них, чем одержать возможную победу.
Рандор сделал несколько манипуляций с органами управления, и я почувствовал, как корабль закачался из стороны в сторону, резко меняя направление. Это действительно помогало нам уклоняться от тепловых лучей, однако противник постоянно освещал нас мощными прожекторами, которыми были оснащены его космические корабли. Поскольку наше точное положение оставалось им известно, они могли начать сближаться с нами, и я понимал: наступит момент, когда мы уже не сможем уклоняться от их лучей. Я подал Стретору знак задействовать луч Уэкстона, пока враги не подошли слишком близко. Хорошо, что я сделал это вовремя: вспышки их наступательного оружия уже подбирались к нам на опасно близкое расстояние. Спустя несколько минут мы с удовлетворением увидели, как один из кораблей противника внезапно начал ярко раскаляться, а затем его корпус начал деформироваться и разрушаться. В окружавшем нас строю образовалась брешь, и Рандор попытался провести через неё наш корабль. К несчастью, он опоздал всего на мгновение: другой корабль друллов ринулся занять место уничтоженного ровно в тот момент, когда мы проходили через освободившееся пространство. Раздался оглушительный грохот, и нас всех швырнуло на пол. Когда мы поднялись на ноги, корабль, с которым мы столкнулись, исчез. Мы прорвались сквозь брешь и оказались в безопасности. Нет, не совсем в безопасности: Стретор обнаружил, что водородная насадка лучевого проектора отломилась. Немедленно починить её было невозможно, поскольку на корабле больше не осталось этого вещества. Поэтому мы продолжили мчаться вперёд с максимально возможной для нашего корабля скоростью. Некоторое время друллы преследовали нас по пятам, непрерывно посылая вслед нам тепловые лучи. Но каждый раз они промахивались, и постепенно мы оторвались от врагов, оставив их далеко позади.
Я сверился с космической картой и обнаружил, что объект нашего преследования находится всего в 45 000 ленторов от нас, так что мы смогли сбавить бешеную скорость и осмотреть повреждения, которые могли получить во время боя с друллами. К своему облегчению, я обнаружил, что, за исключением водородного излучателя, ничего не сломано и не повреждено. Поскольку я рассчитывал получить запас водорода с преследуемого нами корабля, когда мы его догоним, эта неисправность меня не слишком тревожила. Теперь нам оставалось преодолеть всего 32 000 ленторов, чтобы догнать его, поэтому Рандор снова сбросил скорость.