Страница 37 из 75
— Скандалист, — заключила она. — Таким лишь бы повоевать. А ты как обычно в паре фраз поставил человека на место, вот как ты это делаешь!
— Просто человек живёт скучно, — пожал я плечами. — Вот и ищет, на ком бы душу отвести. Главное, не включаться в конфликт, им ведь именно это и надо.
Вика кивнула и вернулась к коробкам. Лёха тем временем таскал одну из кушеток по всей студии, пытаясь найти себе место.
— Артём, а сюда нормально? — он замер у дальней стены. — Или вот сюда, к окну? У окна светлее же.
— У окна солнце бить будет в глаза после обеда, — ответил я. — И клиенту не очень приятно, и тебе работать помешает. Твоё место будет вот там, у дальней стены. Поставим кольцевую лампу, и света будет достаточно.
— А, точно, — Лёха взял кресло, подкатил его к указанной стене и тут же на нём крутанулся. — О, тут хорошо! И зеркало рядом, и розетка под рукой. Слушай, у меня же теперь своё место. Настоящее!
— Это так, — усмехнулся я. — Но не забывай, пока ты проходишь обучение у Влада, и потом станешь моим учеником. Не думай что сразу же начнёшь бить людям татуировки.
— Помню, — серьёзно кивнул он. — И я рад, это лучше, чем курьером бегать.
Марина тем временем суетилась возле стойки администратора, раскладывая визитки веером. Марат за стеной чем-то гремел.
Я распаковал свой основной инструмент, разложил машинки, картриджи, пигменты. И пока всё разбирал, снова задумался о пирсере.
Вот кого нам не хватало для полного комплекта.
Думал об этом уже не в первый раз. Студия росла, клиентов становилось больше, и многие, приходя за татуировкой, между делом спрашивали и про пирсинг. А мне приходилось отправлять их куда-то на сторону, к чужим людям, и терять и клиента, и деньги. Не самый лучший вариант. Хороший пирсер пришёлся бы тут как нельзя кстати, тем более места теперь хватало с избытком.
Вопрос был только в том, где взять хорошего. Не просто человека с иглой, а мастера с руками и с головой. Это довольно сложное занятие.
— О чём задумался? — подошла Вика.
— Да вот, — ответил я. — Думаю, не взять ли нам ещё и пирсера. Спрос есть, места хватает.
— А что, дельно, — она тут же оживилась, в глазах зажёгся знакомый деловой огонёк. — Я даже знаю, где поискать. Поспрашиваю в наших чатах, гляну, кто свободен. Только давай не первого встречного, а с портфолио, с отзывами.
— Само собой, — кивнул я. — Спешить тут некуда. Лучше подольше поискать, чем брать кого попало.
Мы обсудили детали, и она упорхнула в другой конец студии. Я ещё раз оглядел всё помещение. Теперь будем работать здесь.
* * *
По дороге домой я заглянул в магазин медицинской одежды. Завтра начиналась практика в поликлинике, а к ней полагался белый халат. Об этом главврач строго меня предупредила.
Продавщица, молодая девушка, окинула меня взглядом, задержавшись на татуировках и на серьге в ухе.
— Вам-то халат зачем? — удивилась она с улыбкой. — Вы на врача не очень-то похожи.
— Я студент медколледжа, — спокойно ответил я. — У меня начинается практика, и мне нужна специальная одежда.
Она смутилась.
— Ой, простите, я не подумала, — засуетилась она. — Сейчас подберём!
Забегала по магазину, принесла мне несколько вариантов. Я примерил два из них.
— Ух ты, а вам очень идёт, — она коснулась моей руки. — Никогда бы не подумала, что такой образ будет сочетаться с белым халатом…
— Благодарю, — кивнул я. — Тогда вот этот я и возьму.
— Может…вам нужно что-то ещё? — спросила продавщица.
— Нет, благодарю, — покачал я головой. — Всего доброго!
В её взгляде мне почудилось лёгкое разочарование. Я забрал покупку и отправился домой.
* * *
Вечером я приготовил себе на ужин куриные бёдрышки в сливочном соусе. Сперва обвалял курицу в смеси соли, чёрного перца и паприки. Разогрел сковороду и обжарил мясо до золотистой корочки с обеих сторон. Потом убавил огонь, бросил к курице горсть раздавленных зубчиков чеснока, веточку тимьяна и кусочек сливочного масла. А затем влил сливки, добавил щепоть мускатного ореха и тёртого пармезана, и томил всё под крышкой, пока соус не загустел.
Получилось так вкусно, что можно было бы подать даже на стол к императору. Отлично!
Поужинав, я сел за статью. В этот раз я закончил её, осталось только передать главному редактору.
А после отправился спать.
* * *
Утром в понедельник я отправился в поликлинику. Дома ещё раз посмотрел на себя в белом халате. Очень непривычно. Художник, татуировщик, теперь ещё и медик.
В поликлинике я отдал документы главврачу. Она бегло проглядела бумаги и определила меня в процедурный кабинет, в помощь медсестре.
Наставницей моей оказалась Зинаида Васильевна, строгая женщина лет пятидесяти. Она оглядела меня с головы до ног, задержавшись на татуировках, выглядывавших из-под закатанных рукавов халата.
— Татуировки, серьга… — недовольно протянула она. — Каких только не берут сейчас в колледж! Ладно, будешь на подхвате.
Я просто кивнул, и принялся ждать распоряжений. Первый час Зинаида Васильевна посадила меня за заполнение журнала. В процедурном кабинете с утра приходили сдавать кровь. Мне нужно было брать направления, записывать фамилии в журнал, готовить пробирки.
Сама медсестра брала кровь. Примерно через час к ней пришёл грузный мужчина средних лет.
— Можно побыстрее, — поторопил он нас. — Мне на работу пора уже!
Зинаида Васильевна взялась за дело сама. Затянула жгут, постучала по локтевому сгибу раз, другой, примерилась иглой. И не попала в вену. Кольнула ещё раз. Мужчина зашипел.
— Вы что, иголкой во мне ковыряетесь? — вскинулся он. — Поаккуратнее нельзя?
— Вены у вас плохие, — отозвалась Зинаида Васильевна.
Я подошёл к ней. Женщина уже переставила жгут на другую руку, но и там вены было видно очень плохо. Надо было ей помочь, но напрямую говорить ничего было нельзя, обидится при пациенте.
— Зинаида Васильевна, — произнёс я. — Разрешите, я подержу руку. Так удобнее будет.
Она зыркнула на меня, но кивнула. Я перехватил локоть пациента, чуть развернул, большим пальцем прижал кожу ниже сгиба, и вена проступила бугорком.
Зинаида Васильевна поджала губы, но попала в вену легко и взяла кровь.
— Ну наконец-то, — проворчал мужчина. — А то развели тут живодёрню.
Когда он ушёл, в кабинете стало тихо. Зинаида Васильевна сняла перчатки, бросила их в лоток резким движением.