Страница 61 из 142
Вместо ответа Ивоне она выдернула обрез, с чем не расставалась вообще никогда, проверила оба ствола и, ни слова не говоря, спешным шагом направилась через мост. На другой его стороне обернулась.
Несмотря на неудобства, связанные с остаточными признаками ранения, Рейли старалась не отставать от напарницы.
– Ты-то зачем здесь? – полушепотом насела хозяйка. – Тебе еще рано…
Договорить ей не удалось. В метре от них из размякшей земли выскочил кротокрыс, а рядом, всего в полушаге, еще один.
Два одновременных выстрела разнеслись по округе. Оба противных мутанта задергались в предсмертных конвульсиях.
– Всего два? – недоверчиво спросила Ивона, пока Аква перезаряжала стволы. – Маловато для выводка.
Мыслями Ионн опять соглашалась с Ивоной, с опаской осматривалась вокруг, прислушивалась к каждому постороннему шороху.
Приобретенная практика приводила в пример прошлые нападения. Их было немало. Грызуны плодились, что называется, как кролики. Нападали всегда стаями и не появлялись лишь там, где не могли прогрызть для себя туннель. Еще там, где работали мощные электроприборы, где в землю вкапывали низкочастотные пульсирующие датчики вроде тех, что стояли в грунтовых стенах тайного убежища Харт.
Внезапно обе девушки одновременно застыли. Слух уловил новые звуки. Впрочем, особо прислушиваться и не приходилось. Хриплое сопение, треск сырого валежника и периодическое отрывистое рычание говорили о приближении крупного зверя.
– Яо-гай! – испуганно вскрикнула Ив.
Девушка вскинула дробовик, но внезапный жест Аквы остановил ее, не дал выстрелить. Два человека сместились к большому плоскому валуну и осторожно влезли на камень. Застыли не двигаясь.
Через десяток секунд из кустов показалась косматая морда матерого хищника. Зверь был действительно крупным. Не просто крупным, он был огромным, весом явно под тонну, килограмм восемьсот, не меньше.
– Это самка. Медведица, – шепотом пояснила Ивона. – Самки у яо-гаев крупнее самцов. В ваше время было наоборот. Я видела старую книжку.
– Она ранена, – оборвала Ионн. – Смотри, весь бок в крови. Видишь, ближе к правой передней лапе.
– А еще она не одна. Видишь сиську. У нее маленький.
И точно, стоило Ивоне озвучить плоды наблюдения, из тех же кустов на открытое место придорожной полянки выбрался совсем небольшой медвежонок. Можно было смело предположить – малыш появился на свет недавно, так как мехом оброс не везде и был привязан к материнской груди.
Что вдруг нашло на Ионн, трудно сказать. Раненый зверь, да еще и с потомством, представлял собой не просто смертельную угрозу для того, кто встретится у него на пути. Любой зверь в таком состоянии опасен втройне.
На пару секунд Ионн замерла в мимолетных сомнениях. Самка яо-гая тоже остановилась, заметив людей. Остановилась и посмотрела на малыша.
В этот момент Ионн будто почувствовала материнский плач, просьбу о помощи. В юности она не однажды читала, как самые лютые хищники обращались за той самой помощью к людям, а потом возвращали долг человеку невероятными, несвойственными им поступками. Так и сейчас. В поведении крупной медведицы было что-то такое, чего объяснить Ионн не могла. Что-то нехарактерное, странное.
Ив не смогла удержать Акву, хоть и схватила ее за рукав в тот момент, когда Аква-девочка осторожно спускалась на землю. Она отложила ружье. Пригнулась немного, словно приготовилась прыгнуть, так, чисто на всякий случай. Мало ли что?
На самом деле Ионн нападения не ждала, потому что ко времени вспомнила деталь из прошлого скаута – медведица не встала на задние лапы, не предупредила врага, как всегда они делали. Еще вспомнила, что медведи всеядны, питаются не только мясом, обожают есть рыбу и ягоды, некоторые корнеплоды, грибы и… мед, разумеется. Нападает медведь только тогда, когда его вынуждают к бою за территорию или потомство. Самцы дерутся за первенство, но у нас была самка.
«Главное, не смотреть ей в глаза», – старательно повторяла Ионн. – «Продолжительный взгляд в глаза не только медведица, любой дикий зверь сочтет вызовом, даже привычные нам кошка или собака».
События внезапно форсировались, так как малыш, не чувствуя никакой опасности, подбежал прямо к Ионн и, мало того, сунул нос ей в живот, принялся нюхать и даже лизнул. Все ему интересно. Мать стояла не двигаясь, что позволило Ионн осмелеть.
Аква сделала пару шагов к тому месту, где валялись подстреленные кротокрысы. Наклонилась и подняла ближнего, а потом протянула его малышу. Медвежонок сразу же схватил тушу, присел тут же, в двух шагах от раненой матери, и принялся увлеченно жевать, явно был голоден.
Медведица так и не шелохнулась. Тяжело дышала и пристально наблюдала за каждым движением человека. А Ионн подхватила тушку второго убитого кротокрыса, осмелела и шагнула ближе к медведице. Осторожно протянула ей угощение.
У Ивоны перехватило дыхание, когда безжалостный хищник, в бою с которым не всегда выходил победителем даже Коготь Смерти, принял из рук человека еду. Практически не жевал, проглотил как есть, целиком, а потом устало повалился на правый бок, показав открытую рану.
– Кажется, это болотник, – подсказала Ивона. – Видишь, рана как резанная. Если бы Коготь, была бы рваная от зубов, а у болотника клешни с острыми перепонками, словно ножами.
– Неделю назад, в день твоего появления в Сэнкчуари, я сама чуть не стала их ужином. До того никогда не встречала. Можешь представить, Призрак болотников с другого берега озера подстрелил.
– Призрак? – настороженно переспросила Ивона. – Мне говорили, это он меня к вам принес. И записку я помню, хотя в тот момент плохо соображала. Потом мама Мэрфи рассказывала о вашем знакомстве, рассказывала мне о своем путешествии в Лесингтон… Ты чего?
Продолжать тему, не бывшую для собеседников тайной, не было времени.
– Ив, дуй в лагерь. Принеси шило, рыболовную леску и обувной крючок. У Фрай попроси. Она обувью занимается, у нее есть…
Когда Ивона вернулась назад, вернулась она не одна. Остановившись на сходнях моста, жители Сэнкчуари с отпавшими ртами следили за тем, как медвежонок кувыркался с их предводительницей, бодро пихая ее и игриво покусывая. Он будто бы знал о чувствительности своей «детской ласки», особо не увлекался борьбой.
Мать его так и лежала, не спуская глаз с малыша, однако выглядела уже успокоенной. Когда Ионн присела с ней рядом, у людей на мосту сжалось сердце, особенно после того, как их покровительница вколола медведице стимулятор.