Страница 141 из 142
Три дня после памятной ярмарки Ионн никуда не ходила.
– На тебя что-то нашло? – спрашивала Ивона. – С чего вдруг такая тяга к занятиям по метанию ножа и стрельбе? Ты хоть знаешь, сколько патронов мы с тобой израсходовали? И банок целых уже не осталось, ты из них решето сделала. Манекен, который тебе Джейк привез, весь искромсала. Про мои синяки я молчу… хи-хи… чтобы новых не заработать.
Отложив автомат, Ионн присела на камень и вытерла с лица пыль.
– Купаться пойдешь? П
о
том воняем. Невкусно, мадам!
– Кому? – мгновенно сориентировалась Ивона. – Яо-гаям? Так они нас жрать и не собираются, а мелочи всякой мы давненько не по зубам.
– Болотник – не мелочь, подруга.
На сей раз Ивона вконец рассмеялась.
– А! Так ты собираешься скормить нас болотникам? То-то купаться зовешь! Только ведь в нашем озере болотников нет, регулярно берега обходим, гнездовья да яйца выискиваем.
– Зато есть одна зубастая Аква, у которой, если верить молве, между пальцами перепонки растут, а за ушами жабры! Марш купаться, сказала! За стол не пущу!..
К полудню следующего дня у Ионн сработал сигнал вызова. Девушка взяла рацию и услышала встревоженный, но не панический голос Эдвина:
– Аква, кажется по твою душу идут. Двое. Нет, подожди-ка… один отвернул к Конкорду. На бугор к лесу поднимается такой коренастый чувак, ростом, думаю, футов шесть. И, знаешь, у него прибор есть, похожий на тот, какой Призрак имеет. Я в бинокль хорошо вижу… Ты готовься. Если вдруг зря пургу прогнал, ты извини. Я же твоего кровника никогда не видел.
– Зато описал грамотно. Он это. Для пущего убеждения глянь, шрам у него есть на щеке? Такой шрам нельзя не заметить.
Спустя десяток секунд Эдвин добавил:
– Есть шрам на левой щеке.
– Тогда это точно он, – с непонятным восторгом закончила девушка, сама же подумала о том, как быстро Келлог смог ее вычислить и как быстро нашел.
Провожать или хотя бы поддержать хозяйку добрыми пожеланиями Ионн строго-настрого запретила. Плохая примета, как говорят, каркать под руку. Поэтому, прихватив автомат и обрез, проверив крепление ножа, Ионн вышла навстречу судьбе с таким настроением, будто шла на званую вечеринку к давним приятелям, а не на возможную смерть.
За мостом, возле памятника первым минитменам Содружества, в том самом месте, где многие лета назад был провозглашен Манифест Минитменов, Ионн присела на знакомый валун и принялась ждать.
Не зря у нее когда-то сложилось устойчивое впечатление, будто убийца мужа слишком уверен в себе, чрезмерно уверен. Теперь она убедилась и в правильности оценки приятеля, когда Призрак называл подобных людей показушниками, именно такой вывод только что сделала Ионн Харт.
Келлог подходил к памятнику во весь рост, прятаться в полосе зелени не собирался, шел так, словно рядом снимали остросюжетный боевичок, а он был главным героем и находился в кадре в данный момент.
– Ты что ли Аква? – грубо спросил гость. – Давай не тянуть время, у меня дел полно. Что хотела сказать, говори. И зачем наплела всякую чушь этому чемурдосу-кошатнику? Откуда ты вообще меня знаешь? Впрочем, если честно, мне уже все равно. Да и тебе ровно через минуту будет тоже до лампочки. Неужели ты думаешь, меня можно так же легко разобрать на куски, как ты это сделала с говнюком Джаредом? Да, я многое о тебе знаю. Справки навел. Только не понял – ты действительно торопишься умереть?
Если бы кто-нибудь наблюдал за Ионн, наверное, он бы до крайности удивился спокойствию девушки. Хотя на самом-то деле их видели.
Следил Эдвин с крыши заправки, следили Ивона и Рада, готовые броситься на помощь при первой необходимости… Следил еще кое-кто, кого не должно было быть, но пропустить поединок женщины, которую впервые в жизни по-настоящему полюбил, Призрак не мог, хотя очень жалел о клятве не вмешиваться, данной под принуждением Ионн. Понимать-то он ее понимал: жена, потерявшая мужа, и мать, у которой забрали дитя – Ионн никогда не обретет душевного равновесия, пока лично за вышибет мозги виновнику трагедии ее жизни.
– Не скули, – грубо прервала Аква. – Пусть шестерки твои или кто там еще, пусть они перед тобой кланяются. Я хочу убить тебя, грохнуть как шелудивую псину, чтобы избавить мир от кучи дерьма. Война его оставила без того предостаточно.
Келлог не испугался угрозы, очень даже наоборот, услышанные слова развеселили его. Ранее Ионн не видела подобия улыбки на этом мерзком лице, но сейчас грязный убийца смеялся, глядя в глаза девушке.
– Ну давай, начинай убивать, а то мы что-то из времени выбиваемся.
Сказав, Келлог мгновенно включил Стелс-Бой и исчез. Вот только тепловое восприятие глаз Аквы не обманешь искажением светового потока. В одно движение Ионн перепрыгнула через валун, на ходу выхватив обрез «Бенелли», и дважды выстрелила в то место, откуда скользнула тепловая метка. Жаль, не попала. Все же реакцией враг обладал отменной.
Через секунду ярдах в пяти в стороне грохнул звук мощного выстрела, а в камень врезалась пуля.
«Вот говнюк скользкий!» – подумала Аква.
Порыжевшие к октябрю кусты мешали четкой картинке, тепловой след Келлога сливался с ними, а пока Ионн успевала перенацелиться, Келлог уходил с линии выстрела.
Тем не менее, перестрелка продолжалась уже около трех минут.
– Должен признать, – услышала Аква. – Для бабы ты неплоха, но мне все едино не ровня. Неужели не видишь? Кстати, ты так и не сказала, кто ты такая и что у тебя ко мне?
Переводя дух, одновременно заряжая патроны в обрез, Ионн ответила:
– А ты не понял? Шлепок ты коровий! Я твой долбаный шрам на всю жизнь запомнила, как запомнила и холодный взгляд истукана, когда ты так запросто выстрелил в моего мужа.
С каплей задержки, видимо, по причине того, что Келлог усиленно вспоминал, где и при каких обстоятельствах могла произойти услышанная история, но голос его вновь зазвучал:
– Так это ты, сука? Жаль, я не пристрелил тебя там, в убежище. Сколько раз зарекался, всегда выполнять первое пожелание, возникающее у меня во время работы на миссии. Но хватит уже. Пора кончать с тобой. Лови.
«Лови?» – Ионн будто молнией прошибло. – «Граната»!
Так и есть. Я бы не сказал, что Келлогу попросту надоело бодаться в стрельбе. Скорее всего, он прикинул возможности, проанализировал ход боя и понял – перед ним не самый простой враг! Чего доброго, еще самого зацепит. И да, он бросил гранату на звук голоса девушки.