Страница 81 из 148
Когда две гостьи исчезли, исчез и сам мальчишка. Его сознание вернулось обратно в реальное тело, оставляя «Мир в Кубе» позади.
Трикстер в тот же момент сорвалась с места. Она прыгнула, и её ладонь со всей силы врезалась в лицо дракона. Пощёчина получилась смачной — от удара голова Орттрона чуть дёрнулась в сторону.
— Ты знал! — закричала она, голос срывался на визг. — И ничего мне не рассказал! Я бы ни за что не пошла на такое, зная правду! Ты с ума сошёл выпускать такую тварь на свободу?
Орттрон, как и всегда, оставался собой — он был непоколебим.
— Я исполнил твою просьбу и не более. Теперь это твоя головная боль. В следующий раз будешь думать, прежде чем просить у меня что-то. Хоть раз ощутишь последствия своих действий. Ты сильно размякла под моей защитой.
Она психанула, ударила по столу Орттрона и пошла в сторону окна, готовясь его разбить и улететь обратно на сёрферной доске.
— Папаша херов! — выдала она на прощание.
Он определённо не зря решил пойти на поводу у глупой кошки. Мерфи уже должна была заразиться энергией Разрушения — всё как и планировалось. Рано или поздно он увидит результаты необычного эксперимента. А то, что умрёт много людей… они всегда умирают. Ничего нового.
…
«Аллюр». Изолированная зона
Где я?
Я ничего не понимал. Только что был в «Мире в Кубе», потом провалился в темноту, а теперь…
Я попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Руки прижаты к чему-то холодному, металлическому, ноги тоже не двигались. Я скован. По рукам и ногам — энергетическое подобие наручников держит меня очень крепко.
Но страха или напряжения не было. Мне было всё равно. Я чувствовал, что при желании легко разорву эти наручники.
Я заметил хвост? У меня есть хвост? Почти как у суккубов, но немного отличается. И я почувствовал что-то необычное на голове. Потрогал — рога? Да ну?
Пока я разбирался, что вообще произошло, пришла необычная красотка.
У меня резко прояснилось в голове. Память подкинула картинки — девушка, что стояла перед Орттроном и Трикстер. Чёрная кожа, белые светящиеся волосы, длинные рога, хвост с остриём на конце. И глаза — полностью чёрные, без зрачков, без белков.
Тёмные Эвери. Раса Разрушителей.
Она стояла напротив, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с ленивым интересом. Тьма вокруг неё колыхалась, словно живая.
— Очухался? — обратилась девушка ко мне.
— Ты меня изменила, — сказал я, рассматривая свою руку. Кожа стала темнее, мышцы — рельефнее. — Зачем?
Она усмехнулась.
— Затем, что ты теперь — мой носитель. А носитель ключа Разрушителей не может выглядеть как жалкий мусор и быть к тому же слабым. — Она сделала шаг ко мне. — Не благодари.
— Значит, теперь я Разрушитель? — я удивился тому, что мне даже это нравится. Возможность ощущать множество разумных вокруг, чувствовать их сердцебиение — эти ощущения нахлынули разом, как только передо мной явилась Наблюдательница. Память давала всю нужную информацию, которую она скопировала у Орттрона.
Она коснулась меня, проведя рукой по груди.
— Иди и поставь на колени эту Архонтессу, — сказала она приказным тоном. — Заставь её тебе отсосать на фоне подчинённых.
Она помолчала и добавила:
— Она упрятала тебя сюда, когда осознала, что произошло. Думает, что с тобой делать. Не тронула только потому, что почувствовала опасность — я намекнула, что не стоит совершать роковую глупость.
— Наказать мою будущую жену стоит, — согласился я, — но она и так принадлежит мне. Просто теперь ситуация изменилась. Я не собираюсь быть символом. Я просто заберу себе всё, как и полагается Тёмным Эвери. Ты изменила мой характер, внешность… что же, спасибо. Так и вправду лучше. Стыдно за себя прошлого.
— Не за что, — улыбнулась Наблюдательница. — Я всегда рядом. Считай меня чем-то вроде своей Мерфи. Точнее, я и есть Мерфи. Теперь мы одно целое. Я ей предложила слиться воедино и стать тем, кем она никогда не смогла бы стать. Она обещала тебе уникальную расу? Вот получи и распишись, создатель. Скоро я буду требовать исполнять супружеский долг. Тот Искин думал, что она будет долго развиваться под моим влиянием, но зачем, если мы могли слиться и стать чем-то новым? А гнить внутри тебя мне бы быстро надоело. Так мы обе в выигрыше. И она смогла таким образом шокировать тебя, верно?
— Мерфи? Это правда ты?
Тьма вокруг неё отступила. В чёрных глазах, лишённых зрачков, на мгновение вспыхнул знакомый тёплый свет. Голос, который до этого звучал холодно и властно, вдруг стал мягче, человечнее — в нём появились нотки моей милой ИИ-помощницы.
— Да, Айлон, это я. Теперь тебе не нужны те бесполезные игрушки, которые притащит Этера, потому что я могу легко проявляться в реальном мире при желании. Я удивилась предложению Наблюдательницы, но разве тебе не приятно будет обладать телом настоящей Разрушительницы? Тем более мы внимательно будем следить, чтобы твоё развитие шло как надо, в роли одной из твоих наложниц.
А потом тьма снова поглотила свет, и передо мной вновь стояла только Наблюдательница — холодная, древняя, непостижимая.
— Иди уже, — опять приказала она. — Покажи жалким валькириям их место. Теперь ты можешь устроить на этом корабле настоящий бордель, где каждая валькирия будет по очереди обслуживать тебя. Насчёт проклятья не волнуйся — эта дура теперь под контролем и без разрешения не пискнет.
Я заинтересовался:
— Можно конкретнее?
— Потом. Если коротко — это светлая ревнивая дрянь хотела рано или поздно выбраться на волю и стать твоей единственной самкой. Теперь пошёл!
…
Я без проблем выбрался из странной тюрьмы — или чем это ещё было. Пробивал насквозь двери и шёл по аурам, которые отлично видел. Лирел была самой яркой, поэтому найти дорогу до рубки оказалось несложно.
Вот только валькирии на пути застывали в ужасе и дрожали. Они знали, кто я. Как я понял, весть об изменении игрушки Архонтессы быстро прошлась по кораблю.
Я остановился перед одной из случайных валькирий. Глаза её были полны страха, но я улыбнулся и сказал своим обычным голосом:
— Не стоит меня бояться.
Я крепко её поцеловал:
— Я ни за что не причиню вреда таким прекрасным созданиям. Разве что… — я весело подмигнул, — при вашем желании подарю каждой по ребёнку.
Страх начал сменяться чем-то другим. Она даже не пыталась преградить мне путь — никто не пытался. Мощь, исходившая от меня после активации ключа, доводила малышек до того, что те могли описаться.