Страница 68 из 148
— Господин Айлон, — позвольте проводить вас в каюту. И заодно отвечу на ваши вопросы — чувствую, вы ими переполнены.
Я кивнул и пошёл за ней.
Коридоры «Аллюра» поражали не меньше входной зоны. Я ловил себя на том, что разглядываю каждый миллиметр — и не мог найти ни единой огрехи. Ни криво заваренного шва, ни скола на краске. Всё подогнано с микроскопической точностью, будто собирали не корабль, а ювелирное украшение.
Свет лился откуда-то сверху — мягкий, рассеянный, без единого резкого блика. Я поднял голову. Светодиодные панели были встроены прямо в потолок, и их свечение настолько равномерно заливало пространство, что я даже не сразу нашёл источник. Никаких теней, никаких тёмных углов — идеальная освещённость. Будто сам корабль заботился о том, чтобы экипажу было комфортно.
Температура. Я только сейчас заметил — здесь было прохладно. Не холодно, а именно приятная прохлада, градусов на пять ниже, чем во входной зоне. Кондиционеры работали бесшумно, но я чувствовал лёгкое движение воздуха — где-то сверху тянуло свежестью. Дышалось удивительно легко, словно я в горах, а не на космическом корабле.
— «Аллюр» строился триста лет, — оповестила меня Линдел, заметив, как я бегаю глазами. — Каждый отсек проектировали лучшие инженеры Велиократии. Многие детали переделывали по десять раз, пока результат не удовлетворил госпожу.
— Триста лет? — присвистнул я.
— Для бессмертной это не так много, — пожала плечами Линдел. — Главное — качество.
Мы двинулись дальше. Линдел начала рассказывать:
— Это отсек технического обслуживания, — кивнула она на очередной коридор. — Там ремонтные доки для малых кораблей. Три ангара, двадцать подъёмников, полный спектр оборудования. Если захотите посмотреть — доступ открыт.
— Серьёзно? — оживился я, но тут же затормозил сам себя. — Хотя нет. Я могу пропустить гиперпрыжок, если увлекусь экскурсией. А это может вызвать обиду Архонтессы. Не к чёрту потом — она бы не упомянула гиперпрыжок, если бы не хотела видеть меня рядом в этот момент.
Линдел едва заметно усмехнулась, но ничего не сказала.
Мы прошли мимо огромного зала, где десятки валькирий отрабатывали боевые приёмы — крылья мелькали в воздухе с такой скоростью, что глазу было больно следить.
— Тренировочный зал, — прокомментировала Линдел. — Таких здесь пять штук.
Потом мы миновали лабораторию — за прозрачной стеной суетились фигуры в белых халатах, не все с крыльями. Оказывается, Архонтесса взяла с собой не только валькирий.
— Научный сектор, — кивнула Линдел. — Исследования, разработки, тестирование новых технологий. — Она чуть помедлила. — Если вам будет интересно изучить, что там происходит, всегда можете войти — вам всё покажут и расскажут.
Потом мы прошли мимо уютного сквера — настоящего, с деревьями, скамейками и искусственным небом, на котором даже светило подобие солнца.
— Это… парк? — не поверил я своим глазам.
— Одна из рекреационных зон, — подтвердила Линдел. — Для экипажа, который несёт длительную вахту. Здесь можно отдохнуть, почитать, просто посидеть в тишине.
Я заметил на скамейках несколько валькирий — они листали планшеты, тихо переговаривались, одна даже медитировала с закрытыми глазами.
— А вы? — вырвалось у меня. — Вы отдыхаете когда-нибудь?
Линдел бросила на меня быстрый взгляд.
— Моя работа — не отдыхать.
— Звучит как приговор, — буркнул я.
Она не ответила.
Мы остановились у массивной двери. Радужная табличка пульсировала мягкими волнами — надпись «Личные покои Архонтессы» перетекала из голубого в розовый, из розового в золотой. Сам металл двери отливал тёмным серебром с радужными бликами.
— Ваши апартаменты, господин Айлон, — Линдел приложила ладонь к сенсору.
Дверь бесшумно ушла в стену.
— Госпожа приказала разместить вас у себя, — произнесла она без эмоций в голосе. Приказ есть приказ.
Я шагнул внутрь.
Просторная гостиная утопала в радужном свете — он лился отовсюду. Огромная кровать занимала добрую треть пространства — судя по размерам, на ней можно было разместить взвод валькирий. Рядом две двери: одна с надписью «ванная», вторая — «туалет». Всё подписано большими буквами.
За окнами медленно проплывали звёзды.
Я обвёл взглядом комнату. Неплохо живёт, хотя можно было бы ожидать большего от Архонтессы. Но она, видимо, тут только спит или приводит себя в порядок.
— Из ангара с маленькой кроватью — прямо в покои Архонтессы.
— Согласна, — неожиданно ответила Линдел. — Для механика с дикой планеты вы неплохо устроились.
Она помолчала и добавила уже деловым тоном:
— Госпожа внесла вас в базу. Отпечатки пальцев, сетчатка глаза — теперь вы можете попасть куда угодно. Но если решите куда-то пойти — предупредите дежурную валькирию. А лучше вообще никуда не ходите пока.
— Почему? — не понял я.
— Примите душ, приведите себя в порядок. — В голосе Линдел проскользнула едва заметная ирония. — Вы же не хотите перед нами и дальше пахнуть вечным запахом своего ангара, не так ли?
Я машинально потянул носом ворот собственной футболки. И поморщился. Масло, химия, пот — букет, с которым я сжился за девять лет настолько, что перестал замечать. Но окружающие-то замечали. И, судя по лицу Линдел, очень даже.
— Пока будете готовиться, вам доставят подарок от Архонтессы, — добавила она.
— Подарок? — насторожился я, опуская ворот.
— Предыдущий сильно пострадал, и Архонтесса подготовила вам второй комплект. — Линдел выдержала паузу. — Она упомянула, что подобные вещи нравятся мужчинам. Или мне передать, что вам не нужен её подарок?
Отказываться — не вариант. Я прекрасно знал Лирел: если она решила, что я должен щеголять в том прикиде, значит, так и будет. А спать в каком-нибудь холодильнике вместо тёплой ночи в объятиях и крылышках Лирел как-то не очень хочется.
— Передай, что я очень жду, — устало выдал я.
Я развернулся и, не церемонясь, стянул футболку через голову, бросив её на кровать. Следом полетели штаны. И трусы за компанию — чего уж там стесняться.
На Линдел я даже не взглянул — во-первых, мне было уже всё равно, а во-вторых… Она же наверняка смотрела видосы от Трикстер. Как и половина Содружества. Так что сколько там у меня между ног — она и так прекрасно знает. Да и нормально у меня всё там, Лирел не жаловалась, как и Этера. Так что пусть смотрит, если хочет.