Страница 47 из 83
Ох, Великая Владычица! Ну и тип! Император вообще в курсе, кого нанял? Мне до жути захотелось задетектить рожу Загвера Первого, когда этот пират в разноцветных штанах и с голожопой Владычицей на груди заявился к нему во дворец.
Я не сдержалась и таки захихикала. Мистелла бросила на меня короткий одобрительный взгляд — она и сама смотрела на этого клоунидзе с усмешкой. На мгновение у меня мелькнула мысль: он что, нимвэец по национальности? Уж больно стиль похож на этих расфуфыренных торгашей. Хотя нет — те хотя бы в оранжевое рядятся, а этот просто как попугай-извращенец одет.
Обернувшись обратно к экранам, наставница принялась за дело. Вокруг фигуры Зентрита в виртуальном пространстве начали возникать аномалии — одна за другой. В инфосети, в режиме хакера, мы можем творить буквально магию, и Мистелла пользовалась этим на полную. Пространство вокруг парня то сжималось в точку, грозя раздавить его цифровой аватар, то выворачивалось наизнанку, заставляя код плыть и рассыпаться. Ему приходилось постоянно отвлекаться на написание контрмер, чтобы нейтрализовать каждую атаку. Он тратил время, ресурсы и, главное, внимание.
Мы в отличие от него знали, где он находится. Он же понятия не имел, где нас искать. То есть мы полностью в выигрышном положении, а вот пирату придётся постоянно отбиваясь, пытаться нас найти
Но, кстати говоря, меня удивляла его смелость. Он же прекрасно понимает, что в любой момент может начаться зачистка. Программа-удалист, если её активировать, пройдётся по инфосети как коса по траве — и пирату останется только бежать, поджав хвост. А зная Мистеллу... она его не отпустит. Не после того, как он бросил ей вызов.
Я прикинула возможные варианты развития событий и хмыкнула. Скорее всего, наставница его пленит. Загонит в ловушку, скрутит, упакует в какую-нибудь подарочную упаковку — и отправит прямиком Императору Тариона. В виде тортика с вишенкой. Только вот в качестве вишенки она засунет этому пирату клубничку прямо в рот. Ну, или в задницу.
Если парнишка ничего не придумает, то его песенка будет рано или поздно спета. И до Зентрита это тоже быстро дошло. Он не мог полноценно начать взлом, но, кажется, у него был козырь в рукаве. Он вколол себе что-то резко в руку — и его скорость написания кода возросла раза так в три.
— Наставница, это что за допинг он там себе вколол? — сразу заинтересовалась я, но была полностью проигнорирована.
Мистелла ни капли не напряглась — только застучала по клавишам ещё быстрее. На парня обрушился огромный молот, созданный из чистого кода, но тот каким-то чудом отбил удар и вдруг выкрикнул:
— НАШЛАСЬ, СУКА!
По нам обеим был произведено подобие ментального удара — или что-то около того. Меня буквально вжало в пол, но боли не было — только сильное давление. Наставница отреагировала мгновенно: её пальцы вспыхнули, выстраивая ответную защиту. Теперь бой шёл на равных. Как он так быстро нас нашёл, я не поняла — но адреналин уже зашкаливал.
«Э, нет, пират! Атаковать мой родной дом запрещено конвенцией десяти владык!» — не знаю, что я там высрала, но пора задать хмырю кузькину мать!
Пока Мистелла была отвлечена, я, недолго думая, вошла в режим хакера. Имплант отозвался мгновенно — знакомые радужные дуги, сжатие пространства, и вот я уже внутри инфосети. Пальцы сами легли на виртуальную клавиатуру, и я начала писать длиннющий код. Если вжарить в нужный момент — мало не покажется. Ну, как минимум я надеюсь, что моя помощь пригодится и выиграет драгоценные секунды времени для Мистеллы.
И пусть потом она меня накажет — плевать! Эта нелепость в разноцветных штанах сейчас узнает, что бывает, когда вламываешься в чужой дом. Особенно если в этом доме живёт великая и могучая и прекрасная малышка Трикстер.
Два хакера вели междуусобную войну, отражая атаки друг друга на самом подходе. Мистелла и Зентрит обменивались ударами с такой скоростью, что строки кода на экранах сливались в сплошные однотипные символы. Но я не смотрела на них. Я писала. И писала. И писала.
В моём воображении возникла скала — огромная, монолитная, способная раздавить кого угодно в лепёшку. Я хотела сжать этого павлина между камнями, сделать из него милую говнистую отбивную…
Я вспомнила случай в столовой — когда у меня впервые заехали шарики за ролики. Когда я впервые смогла обратиться в код и чуть не поджарила себе мозги. Сейчас было похожее ощущение — с каждой секундой я чувствовала, как мой разум охватывает туман безумия. Строки кода перед глазами начали двоиться, расплываться, а затем сложились во что-то новое. Я писала его интуитивно, руки работали на автомате…
И на самой грани слуха я уловила шёпот:
— Этот путь ведёт в никуда… Ты уверена? Дороги назад не будет… Твоё безумие прогрессирует в такие моменты, девочка…
Орттрон?! Голос пропал так же быстро, как и возник, но я не обратила на его предупреждение внимания. Я давно себя приняла такой, какая я есть.
Я — ТРИКСТЕР, БУДУЩАЯ КОРОЛЕВА ВИРТУАЛА! НИКТО НЕ СМОЖЕТ ПРЕВЗОЙТИ МЕНЯ!
— ГОТОВЬ ЖОПУ, ЗЕНТРИТ! ТРИКСТЕР ИДЁТ С КАМЕННЫМ БУРОМ ТЕБЯ ДЫРЯВИТЬ! — в порыве безумия я громко выкрикнула это.
Вокруг парня образовались две огромные каменные стены — порождённые моим безумием. Они возникли с двух сторон одновременно и почти мгновенно схлопнулись. Зентрит даже понять ничего не успел — ни откуда пришёл удар, ни что вообще сейчас произошло. Просто секунду назад он был живым хакером, а теперь — раздавленная цифровая масса.
В виртуале он обратился в бесформенный кусок кода, который растворился в общей инфосети Мирай. Его разум перестал существовать. А в реальности... В реальности где-то там, далеко, сейчас сидит тело, из которого ушла жизнь. Ну, не жизнь — сознание. Теперь оно пускает слюни, смотрит в потолок и не понимает, кто он и где находится. Не знаю, кто ты, пацан, но ты пришёл в гости в Мирай — будь готов получить то, что заслужил…
Я, можно сказать, убила человека. Но я ничего не чувствовала. Мне было глубоко насрать. Все, кто встанут на моём пути, будут так же уничтожены. Во вселенной может быть только одна Королева — и этой Королевой будет ТРИКСТЕР!
…
Мистелла рассматривала парящую в воздухе ученицу, у которой вместо глаз сейчас была пустота — никаких зрачков, только чистый, незамутнённый хаос, заключённый в теле фиолетовой кошки-подростка.