Страница 38 из 83
— Госпожа Мистелла, а как происходит возвращение обратно домой? Ну, то есть отключение Расширителя сознания?
— Тут всё очень просто, — отозвалась наставница. — Тебе достаточно представить, что ты хочешь отключить его. Имплант считает намерение — и выдернет тебя обратно в реальность...
— Но чтобы всё произошло безопасно, нужно возвращаться оттуда, куда ты изначально прибыла. Не обязательно, чтобы место совпадало до миллиметра — достаточно быть в пределах ста метров от точки входа. Если попытаешься отключиться на территории Тариона... — Она выразительно провела коготком по горлу. — То обратно в Мирай вернётся только твоя пустая оболочка. Оно тебе надо?
Я отчаянно замотала головой…
— Я об этом и говорю, — продолжила Мистелла. — Чтобы тебе, мелкая, в голову не пришло сбегать при помощи импланта, когда станет совсем уж жарко. А то был у меня один знакомый хакер, нимвэец. Неплохой умелец, между прочим: руки из нужного места росли, голова варила — в общем, талант. Решил он как-то сунуться в Велиократию. Ну, знаешь, из любопытства, плюс заказ от Совета Федерации на разведку — нимвэйцы же вечно хотят знать всё первыми. И что ты думаешь? Попался встроенной разумной ИИшке. Дальше — дело пяти секунд: включилась быстрая зачистка, программа-удалист пошла по его следу. Выбор у него был так себе: либо гарантированное стирание вместе с сознанием, либо попытаться выйти через имплант прямо оттуда, не возвращаясь в точку входа. Может, потому и рискнул — всё равно умирать, так хоть шанс был. Не повезло. В реальности появился овощ вместо нормального человека.
На лице кошки появилась доля грусти:
— Через него я, кстати, много чего узнала о жизни этого государства. Нимвэй — те ещё суки, но у них есть чему поучиться. Особенно тому, как вести дела так, чтобы все оставались в дураках, а ты — при деньгах.
— Ладно, с историями потом, — резко скомандовала Мистелла. — Возвращаемся. Ты первая, Трикстер.
Я сделала, как говорит наставница: мысленно пожелала отключить имплант. На секунду ничего не происходило — а затем в глазах снова вспыхнули радужные дуги, пространство вокруг сжалось в ослепительную светящуюся нить, и моё сознание рвануло обратно в Тень-Сити…
…
Мы пробыли на вражеской территории где-то час, полтора. Ага, «приключений на двадцать минут». Ага, как же. Теперь Мистелла покажет под запись, как она будет оставлять «приветы» нашим нимвэйским и деузским друзьям с предложением купить наш «уникальный контент» — который будет только у них одних.
Мне она не разрешила с ней пойти — сказала, что не планирует задерживаться на этот раз, и велела засечь время: сколько минут ей потребуется, чтобы выполнить работу с проникновением.
Я кивнула и приготовилась смотреть.
Начала она с торговцев. Инфосеть Нимвэй была окрашена в яркий оранжевый — видимо, потому, что они помешаны на этом цвете. У них даже официальные павлиньи наряды всегда выдержаны в оранжевых тонах.
Я с удивлением наблюдала за тем, как быстро работала наставница на этот раз. Она не останавливалась ни на секунду: пальцы летали, окна открывались и закрывались, код писался прямо на ходу. Взлом проходил полностью идентично тарионскому — те же этапы, та же логика, — только ускорен он был раз так в пять. Она заранее знала, куда ей нужно проникнуть, поэтому даже финальный этап на территории Нимвэй занял не больше трёх минут. Оставила «приветик» — короткий зашифрованный файл с левым айдишником для связи — и быстренько сбежала.
Но по-настоящему меня удивило другое. Следующий взлом она совершила, не возвращаясь обратно в Мирай, а просто прыгнула от границы Нимвэй прямиком к границе Деус. Один рывок — и оранжевая стена сменилась полностью чёрной.
Как удобно, что мозг ориентируется на популярные цвета каждого государства. Чёрный — цвет Деус. В Дезегне, их столичном мире, чёрный повсюду: не только в одежде, но и в архитектуре. Здания там буквально все в чёрном — камень, шпили… Именно поэтому я и называю их города подобием склепа. Живут как в трауре, но при этом прогревают гоев на свои амулеты и пророчества. Скамеры, одним словом.
Взлом Деус Мистелла делала всё по той же схеме, менялся только подход: пришлось написать новый вирус для каждого этапа — местная защита отличалась. Но наставницу это не задержало. Ещё десять минут — и второй «привет» оставлен.
Она вернулась на границу Мирай, встряхнула лапками и отключила имплант. Я тоже вынырнула из режима наблюдателя. Мы развалились в мягких креслах на нашей любимой крыше и наслаждались вечерними сумерками. Тень-Сити входил в ночную фазу бытия. Дело сделано. Теперь нам оставалось только дождаться ответа от наших будущих жертв.
Что удивительно, реакция не заставила себя долго ждать. Наши «друзья» отреагировали ну очень быстро — и пятнадцати минут не прошло, как нам поступил запрос на связь от жаждущих информации торгашей. Что ж, фраерам не повезло.
Перед нами возникло окно с вызовом. Мистелла хмыкнула и нажала на кнопку ответа. Я уже знала: во время таких переговоров она всегда использует мужской голос — грубоватый, низкий, совершенно не вяжущийся с её красношёрстной наглой мордой.
С той стороны прозвучал громкий и задорный молодой голосок — нимвэец явно был в приподнятом настроении, то ли от азарта, то ли от предвкушения выгодной сделки:
— Вы очень смелый хакер, раз решили действовать так нагло и дерзко! Взломать личную страницу Федерации — у вас стальные яйца, мистер. Но я готов выслушать вас. Что за информация прямиком с фронта Мирай? Что вы хотите нам предложить?
Вместо ответа Мистелла включила видеозапись. На экране — как передо мной, так и перед тем, кто должен был её увидеть, — высветилась картинка: Император Тариона Загвер Первый собственной персоной разговаривал со своим адмиралом.
Император выглядел внушительно: сероглазый, с чёрными волосами, строгий мужчина лет тридцати на вид. В его глазах мерцали встроенные импланты. Напротив него стоял адмирал — блондин со светлыми волосами и карими глазами, примерно того же возраста.
Блондин докладывал новость:
— Мой Император, я хочу сообщить вам: у Владычицы Лиасен не всё в порядке внутри государства. В их стане обнаружена предательница, находящаяся на высоком положении. Зовут…
Мистелла остановила запись. На том конце повисла тишина. А затем молодой голос произнёс уже совсем другим тоном — без тени прежнего задора:
— Сколько? ГОВОРИ НЕМЕДЛЕННО! — голос сорвался на крик.