Страница 27 из 83
Глава 9 Олимпиада
Я всё ещё не могла отойти от чрезвычайного утра. Ну не могла же я подумать, что Владычица станет меня обманывать? Ладно, могла бы — если бы удосужилась поинтересоваться подробнее об импланте или просто посоветоваться с наставницей, как поступить с такого рода предложением. Дура малолетняя, а не гений.
Так ещё и маме об этом не расскажешь. Шизейн начнёт переживать, а мне это совсем не нужно. Мама и так в последнее время на пределе: визит Владычицы, признание дочери в убийстве, да и вообще маму постоянно дёргают на работе…
Поэтому, когда мама зашла в комнату — разбудить, сказать, чтобы дочь принимала душ и шла завтракать, — я сделала вид, что крепко сплю. Шизейн бесшумно приблизилась к кровати, присела на край и принялась аккуратно, но настойчиво меня расталкивать. Голос матери прозвучал мягко, но с особой интонацией, которая не предполагала отказа:
— Подъём, дорогая. Пора готовиться к школе. Ты ведь не хочешь опоздать на олимпиаду, верно?
Я, изображая невыносимо тяжёлое пробуждение, нехотя приоткрыла глаза, сладко потянулась и, притворяясь совершенно не выспавшейся, промычала в подушку:
— А-а-ах… да-а, мам… я щас встану, угу…
Мама на это лишь улыбнулась, потрепала дочь по голове и бесшумно вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь…
И кстати, вот что: если кто-то думает, что мы, кошки, не моемся, а вылизываемся, — то вы извращенцы! Я моюсь два, а то и три раза в день под тёплой водичкой. Мы, кошки, очень любим понежиться под тёплой струйкой воды. Сегодня это было особенно кстати: горячая вода смывала не только остатки сна, но и страх, осевший на шёрстке после утренней «встречи».
После всех утренних процедур, душа и плотного завтрака — мама сегодня расстаралась, даже блинчики приготовила, зная, что день предстоит нервный, подготовила дозу для подзарядки, — когда мы наконец прибыли в школу, я её сначала даже не узнала. «Нивиар» преобразился до неузнаваемости, словно за ночь кто-то накинул на здание праздничного вайба.
Вокруг главного входа крутилась огромная толпа — кошки с камерами, кошки с микрофонами. Множество техников, подготавливающих оборудование для мероприятия.
Репортёры сновали туда-сюда, выхватывая из толпы учениц и атакуя их вопросами: «Кто, по-вашему, победит?», «Какие у Этеры шансы?», «Правда ли, что Трикстер согласилась участвовать в последний момент?».
Но самое впечатляющее ждало у центрального входа. Там возвышался огромный стенд с голографическими портретами участниц. Мы с Этерой были сверху. Под нами располагались ещё два портрета. И вот что меня немного задело: размер портрета напрямую зависел от количества голосов учениц. Чем больше голосов — тем масштабнее изображение.
Этера сияла почти на всю стену. Под портретом бежала строка: «Фаворитка. Шансы на победу — 65%». Шестьдесят пять процентов — это, конечно, не девяносто, но всё равно внушительно. Больше половины учениц поставили на неё. Около стенда крутились её фан-клубы: кошки с плакатиками «Этера — наша Владычица!», кошки с нашивками в виде чёрной лапки, кошки, которые хором скандировали имя Этеры. У неё что, уже своя армия имеется?
Мой портрет был вторым. Не то чтобы он был маленьким — нет, вполне достойного размера. Двадцать процентов — это, между прочим, каждая пятая ученица! Под моим портретом значилось: «Дочка директрисы. Шансы — 20%».
Ниже — портрет Арнии Зандрин, главы кружка журналистики. Кошка со cветло-бежевой шёрсткой. Подпись под портретом гласила: «Глава сплетен. Шансы — 13%». О ней я не знала почти ничего — мы с ней практически не пересекались в школе. Знакома только с Ригой — её личным подсосом.
И наконец, на четвёртом месте — портрет кошки с необычной голубовато-серой шёрсткой. Имя под портретом гласило: Орсена Лизантейн. «Тёмная лошадка. Шансы — 2%». Одна из тех, за кем я следила. Одна из тройки с фальшивыми данными. Я уже слила её маме вместе со второй — пусть сама копает, как в кошкопателе онлайн. Мне нет дела, чего это Орсена тут забыла, но будет забавно, если она мокнет нас всех лицом в молоко. Я бы посмотрела на морду Владычицы в этот момент. Хотя, думаю, у этой рыжей сучки всё схвачено на любой исход.
И всё же, глядя на портрет Этеры, я поймала себя на мысли, что не злюсь. Если честно, я и сама считала, что попытать удачу в Игре за трон для Этеры — отличное решение. Из неё выйдет достойная Владычица. А я... а я просто выложусь сегодня на полную. Пусть победит самая хвостатая.
…
Уроки сегодня были отменены в честь мероприятия. Всё должно начаться где-то через час, а до этого момента я впервые за долгое время чуть больше чем целых пять минут смогла нормально разговаривать с Этерой. Мы даже не срались — представляете? Я бы с удовольствием почилила у мамы в кабинете, но она как директриса была занята организационными вопросами и только отмахнулась от меня: «Потом, родная, потом». Так что пришлось коротать время в столовой.
Чёрная кошка сидела напротив и с невозмутимым видом жевала самую топовую булочку из столовки — со вкусом клубники. Стыбзила у меня из-под носа последнюю, зараза такая. И запивала «Виви»! Пришлось довольствоваться булочкой с яблоком — благо «Виви» было достаточно, поэтому я взяла сразу три бутылки.
Я отхлебнула из первой бутылки и, покосившись на чёрную мымру, спросила:
— Чего ожидаешь от олимпиады? Нас даже будут транслировать на всю инфосеть. Я слышала, что в это время по кабельному запрещено показывать что-то кроме этого шоу.
Она прожевала, сделала глоток «Виви», вытерла губы салфеткой — всё как всегда, с этой её фирменной дурацкой аристократичностью, — и ответила с долей наигранного высокомерия, наморщив мордочку:
— Тотального уничтожения, естественно. Вы мне не соперницы. Если раньше ты и могла со мной конкурировать, то, увлёкшись своим новым хобби, ты растеряла хватку. Я просто не планирую отвечать неправильно, вот и всё.
Провоцирует? Но если честно — в этот раз мне было по-чесноку пофиг. Да, я выложусь на все сто, но это правда: я особо-то и не готовилась, потому что участвовать решила в последний момент. Будет как будет.
Сделав ещё глоток «Виви», лениво протянула:
— Ой, давай только не клоуничай, а то во время трансляции засосу тебя в губы ради контента у всего Мирай на глазах. Прикинь, какой завозик-то будет? Заранее сговорюсь с клубом журналистики — они такое событие раскрутят, бабла поднимем с ними. Хех. — Ты ведь прекрасно понимаешь, о чём я тебя спрашиваю.