Страница 9 из 74
В наступившей тишине дед Корней одобрительно цокнул языком. Боря быстро начал чиркать карандашом на полях своих чертежей, проверяя идею Демида.
Я медленно кивнул, не желая вдаваться в подробности.
— Вот это уже не скулеж, а разговор. Дело говоришь, кирпичный мальчик, — я указал на него ложкой. — Вторую кружку морса тебе. Завтра с утра набросай полную рабочую схему, принесешь дядьке Борису на оценку. Он выдаст все нужные инструменты, сорвет замки со складов. Делай как считаешь нужным. Сработаемся.
На сером, испачканном лице Демида медленно, словно бутон, расплылась неуверенная, но довольная улыбка.
Архитектор понял главную вещь: монстр не собирается его расчленять. Монстру нужны талантливые инженеры с амбициями. И здесь его дар ценят больше, чем в скучной Академии, где заставляют клеить макетики из папье-маше.
Демид резко кивнул, уткнувшись в тарелку, и заработал челюстями вдвое быстрее, явно прикидывая новые сметы.
Рядом с Дианой на синей бархатной подушечке, алчно и тяжело пульсируя багровым светом, лежало Семя Кровавого Баобаба.
Диана-Мелкая отодвинула свою тарелку в сторону. Облокотившись о столешницу, она с запредельной нежностью капала из пипетки какую-то подозрительную бурую жижу (скорее всего, свежевыжатую кровь из сырого стейка) прямо на шероховатую шкурку монстро-растения.
— Ути-и-и мой сладенький монстрик, — ворковала моя сестра с таким сюсюканьем, словно обращалась к корги. — Кушай, расти большой, мой хищный мальчик. Впитывай протеины!
Семечко при малейшем контакте с каплями мелко, радостно подрагивало и всасывало кровь с мерзким чавкающим звуком.
— Завтра мы с тобой пойдем гулять! — продолжала щебетать Мелкая, игнорируя косые взгляды окружающих. — Посажу тебя прямо у калитки! Будешь моим главным защитником. И будешь откусывать головы надоедливым почтальонам и этим гнусным курьерам из КМН, да, мой хороший?
Анжелика, сидевшая рядом, дернулась. Старшая жена демонстративно отодвинулась от ларца вместе со своим стулом, прижимая салфетку к груди.
— Диана, убери немедленно эту пульсирующую мерзость со стола! — зашипела Голубева. Изумрудное живое платье возмущенно зашевелило листьями, чуя угрозу. — Мы вообще-то ужинаем! Это антисанитария! И оно только что, клянусь, попыталось плюнуть в меня чем-то зеленым!
Мелкая оторвалась от пипетки. Её глаза мгновенно вспыхнули синим потусторонним огнем.
— Никакая это не мерзость. Это Игорек, — пробурчала Диана, закрывая Семя обеими руками, словно Анжелика пыталась ударить младенца. — Игорек живой, у него тонкая душевная организация, и ему жизненно необходимо общение с Семьей за ужином! И не плюнул он, а просто выказал недоверие к твоему пошловатому вырезу! И вообще…
— Ты сама мне этот пошлый вырез сделала! — возмутилась Анжелика. — Я просила, чтобы не так откровенно! А ты только хихикала и говорила: «Я дизайнер, я так вижу!».
— Мелкая, хватит, — лениво прервал я перепалку, подцепляя вилкой огурец. — Убери своего Игоря от общей хлебницы, он мне уже горбушку сожрал, пока я отвернулся. А ты, Тузик… — Я посмотрел под скатерть и с силой пнул ботинком черную шерсть. — Выплюнь ногу Демида! Мы ему еще зарплату за форт не выплатили!
Гончая послушно разжала челюсти. Демид с шумом вынырнул из-под стола, отряхивая прикушенную штанину, белый как мел. Он и сам не понял, как оказался под столом, настолько быстро всё произошло.
Я тоже не понял, но сделал вид, что так и надо.
Диана фыркнула, но отставила ларец на край. Она наклонилась к баобабу и легонько погладила багровое Семя ухоженным ноготком. В ответ Игорек выбросил крошечный, черный бархатистый усик и смешно, крепко обнял палец сестры. Девушка расплылась в счастливой, по-детски теплой улыбке.
Словно обычная школьница играла с ручным пушистым хомячком. Только хомячок питался кровью.
Иллириэль молча подошла с изящным фарфоровым чайником и бесшумно начала разливать всем ароматный чай. Я скосил глаза на ее лицо. В холодных, нечеловеческих глазах убийцы плескалась ровная, уютная теплота, а на идеальных губах играла едва заметная полуулыбка.
Ну надо же. Лед таял. Домашний уютный вайб зацепил и её, перековывая киллера в верного и заботливого бойца Стаи.
Ну либо она очень убедительно играла роль.
Я взял горячую кружку с чаем. Пар мягко бил в лицо, запахи дома заполнили легкие.
За бронированными окнами дедова форта истошно завывал ледяной северогорский ветер. Где-то далеко, на окраинах, выли и надрывались полицейские сирены и синие мигалки кортежей КМН.
Но здесь, за этим столом, было жарко, сытно и безопасно, как в материнской утробе.
Я медленно обвел взглядом присутствующих. Наконец-то я видел не горстку испуганных пленников, а слаженный, начинающий обрастать мясом механизм.
Я медленно поднялся, придерживая кружку. Семья затихла. Глаза обратились на Альфу.
— Знаете, — произнес я негромко. Без всякого пафоса, обычным, спокойным человеческим голосом. — А неплохая у нас Стая намечается, родня.
В глазах родни и жен светилась теплота. Эльфийка и Демид смотрели без особого вдохновения, но и вражды в их глазах я не видел.
— Отдыхайте сегодня. Ешьте, спите спокойно, набирайтесь сил. Потому что пока я здесь, и пока я дышу… ни одна тварюга с улицы не переступит наш порог живой. Это я вам обещаю.
Я поднял кружку.
За столом никто не произнес ни слова. Но каждый, начиная от эльфийки и заканчивая дядей Борей, поднял свои кружки мне навстречу.
Тузик коротко рыкнул под столом. Призрачный волк взвыл на улице. Стая была накормлена и согрета.
Ну а я… допил свой чай и перевел взгляд на Анжелику, прикидывая, как мы сегодня ночью будем укреплять Кровь Рода.
Ужин плавно подошел к концу, Стая разошлась по своим новым безопасным углам зализывать раны, переваривать котлеты и строить наполеоновские планы на завтра.
Мои мышцы приятно, по-рабочему гудели. Чёрный Желудок внутри довольно урчал, сыто перекатывая кубики магии вперемешку с борщом.
Наконец-то пришло время для главного пункта вечернего расписания. Того самого пункта, который Анжелика с таким забавным, аристократическим пафосом обозвала «генетическим планированием».
Ну, планирование так планирование. Кто я такой, чтобы спорить со специалистами?