Страница 16 из 74
Глава 4
Илон Маск со своим «Гиперлупом» нервно курит в углу
БА-Б-БАХ!
Особняк тряхнуло так, что остатки деревянного каркаса кровати с оглушительным хрустом разлетелись в щепки, и мы втроем рухнули прямо на голый пол. С потолка, прямо мне на лицо, обрушился добрый килограмм белой штукатурки.
Где-то на первом этаже жалобно звякнул разбившийся сервиз, а затем дом заходил ходуном. Восемь баллов по шкале Рихтера, не меньше. Пол вибрировал так, что у меня зубы клацнули.
— Мать твою! — взвизгнула Анжелика, мгновенно просыпаясь. Её глаза безумно сверкали, а рефлексы обновленного Ядра сработали на опережение: вокруг нас тут же вспыхнуло кольцо плотного, черного огня, выжигая падающие сверху обломки лепнины.
Диана-Водяра тоже не сплоховала. Вскочив на колени, она одним взмахом руки стянула из воздуха влагу, накрыв нас ледяной полусферой-щитом.
— Отличные рефлексы, девочки! — одобрительно рыкнул я, сплевывая мел. — А теперь одеваемся, кажется, к нам всё-таки приехали танки!
Схватив с уцелевшего стула банный халат, я накинул его на голое тело и, не завязывая пояса, вылетел в коридор.
Стены дома аж выли и трещали. Навстречу мне, спотыкаясь, нёсся дядя Боря. На нём были надеты семейные трусы в горошек и строгий галстук. Видимо, спросонья надел всё самое главное, ничего лишнего.
— Нас бомбят! Медведевы вызвали артиллерию! Я же говорил, Яр, я предупреждал!!! — истошно вопил он, судорожно прижимая к груди пузырек корвалола. — Мои патенты! Где мои патенты⁈
Мимо него, матерясь на трех языках (русском, эльфийском и командно-армейском), прогрохотал дед Корней, размахивая дробовиком.
Снизу по лестнице, сжимая голову руками, бежал бледный как полотно Демид. Архитектор был полностью покрыт серой цементной крошкой. Следом за ним плелась Лиза, размахивая каким-то разводным ключом.
— СДВИГ ФАЗЫ! — орал Демид срывающимся фальцетом, едва не сбив дядю Борю. — Яр! У нас несущий контур поплыл! Фундамент рвёт на части! ОНО ЕСТ МОЙ БЕТОН!!!
— Кто ест⁈ — гаркнул я, хватая архитектора за шиворот. — Соберись, кирпичный мальчик! Какая ещё артиллерия? У нас барьер!
— Да не артиллерия это! — завыл Демид, тыча трясущимся пальцем в сторону первого этажа. — Там из-под земли лезет! Иди и сам посмотри! Мой стальной забор… он его как сухарик сожрал!
Я отбросил строителя, перепрыгнул через пять ступеней и выскочил на первый этаж, проскользив босыми ногами по паркету. Входная дверь была сорвана с петель и валялась в коридоре.
Выскочив на крыльцо под утреннее серое небо, я замер.
И моя челюсть плавно, но неотвратимо, поехала вниз. Чёрный Желудок внутри изумленно икнул.
— Твою-то дивизию… — выдохнул я.
Посреди двора усадьбы Волковых больше не было газона. И клумб тоже. Там даже старого дуба не было.
Там стоял Игорек. Я узнал его по ауре.
То самое Семя Кровавого Баобаба, которое Диана вчера с таким сюсюканьем за ужином откармливала кровушкой из стейка и котлетами.
Только вот теперь Игорек вырос. И… И вымахал до размеров элеватора.
Ствол диаметром метров пять состоял из пульсирующей багровой массы, напоминающей сплетение мускулов, покрытых грубой черной корой. В воздухе стоял густой, сладковатый запах крови, озона и сырой Бездны. Корни этой растительной мерзости вздыбили асфальт, разорвали новый бронезабор Демида в клочья, намотав стальную сетку на себя, как гирлянду на ёлку.
Но это были цветочки. Буквально. Хуже было то, что Игорек рос вверх. И он не собирался останавливаться.
Толстые, усеянные гигантскими шипами ветви уперлись прямо в наш фиолетовый спасительный купол. Баобаб натурально продавливал энергетический барьер изнутри. Щит истошно искрил, пускал молнии, жалобно гудел на высоких частотах. Он растянулся, как пузырь, который вот-вот лопнет от давления изнутри.
— ДИАНА!!! — рявкнул я так, что вороны (если они еще были живы в этом районе) должны были попадать с неба.
На крыльцо, путаясь в подоле своей длиннющей розовой пижамы с единорогами, выкатилась сонная сестренка. Белые ушки примяты, в глазах непонимание, в руке недоеденный эклер.
Она протерла глаза кулачком, глянула во двор… и радостно взвизгнула:
— Ути бозе мой! Какой хорошенький! Игорюша, ты так вымахал за ночь! Расти, мой сладкий!
Я схватил её за шиворот и развернул к баобабу-мутанту.
— Мелкая, ты в край долбанулась⁈ — зарычал я, показывая клыки. — Что ты с ним сделала⁈ Чем ты его поливала⁈ Плутонием⁈
— Я просто капельку крови дала! И водичку из кулера! — возмутилась Диана, вырываясь. — Дети растут, Яр! Что ты на него орёшь, у него формируется психика!
— Да какая психика, дура⁈ — подскочил Демид, с ужасом указывая на подножие баобаба. — Эта хрень своими корнями вскрыла мой пол! Она добралась до иссохшего Разлома!
Я принюхался. Тьфу ты! Архитектор был прав.
Семя баобаба, почувствовав подвал, не стало расти по ГОСТу. Корни Игорька тупо прошили бетон, пробили свинцовый пол и воткнулись напрямую в «Скважину». Прямо в трещину Бездны.
Игорек минул наш хваленый фильтр-Якорь и начал сосать сырую, неразбавленную стопроцентную хтонь из другого измерения!
А учитывая, что посадила его Диана со своим свеженьким Вторым Уровнем Желудка… Баобаб просто словил передоз удобрениями из Бездны.
— ВАШУ Ж МАТЬ! — взвизгнул подоспевший на крыльцо дядя Боря. Он смотрел на искрящийся купол, и его глаза выкатывались на лоб. — Ярослав! Купол лопается!
— Да вижу я, не слепой!
— Ты не понимаешь! — Дядя вцепился мне в локоть с такой силой, что чуть не порвал халат. — Если щит лопнет… эта дура будет торчать на полгорода! Пятьдесят метров! Это прямая, неприкрытая Аномалия класса S! Радары Комитета и гильдий в Столице засекут этот выброс через секунду!
Дед Корней, выкатившийся на пандус, хмуро загнал патрон в ствол и сплюнул под ноги:
— Борька прав, Альфа. Как только эта елка прорвет купол, местный КМН даже вякнуть не успеет. Через пять минут с военных аэродромов взлетят стратегические бомбардировщики. Они нас так отутюжат магией, что даже молекул от нас не найдут.
БАМ!
Очередная ветка баобаба с омерзительным хрустом вонзилась в фиолетовый свод. По куполу побежала сетка тонких, ветвящихся трещин. На нас сверху посыпался легкий искрящийся снежок из кристаллизующейся маны.
Барьеру оставалось жить секунд тридцать.
На крыльцо, кутаясь в дедовские пледы (потому что их симбиотические платья усохли от стресса), выскочили заспанные Анжелика и Диана-Водяра.