Страница 199 из 220
Глава 116
Эта мысль стала его пульсом, его дыханием, ритмом скачки. Два часа бешеной гонки по ночным дорогам слились в один размытый, наполненный ветром и топотом копыт миг. Они неслись, срезая путь через спящие деревни и мрачные леса. Ветки хлестали их по лицам, из-под копыт летела грязь вперемешку с искрами, но никто не сбавлял темпа. Это была не военная операция, это была кара Господня, мчащаяся на крыльях гнева.
Когда из предрассветного тумана, словно гнилой зуб, проступили очертания старого замка, Дэмиан осадил коня. Здание было мёртвым. Двухэтажный особняк, похожий на склеп, смотрел на них пустыми глазницами окон, часть из которых была заколочена досками. Крыша провалилась во многих местах, открывая зияющие дыры в серое небо. Плющ, чёрный и жирный, словно вены трупа, оплёл стены, сложенные из потемневшего от времени камня. От этого места веяло такой безысходностью и злобой, что даже кони, не знавшие страха, начали всхрапывать и пятиться.
— Окружите замок! — голос Дэмиана разрезал тишину, словно нож. — Живым не должен уйти никто. Ни одна мышь, ни одна тень. Каждый, кто выйдет из этих ворот не со мной, — ваш трофей. Убейте их всех.
Стражники рассыпались, словно чёрные псы, берущие здание в кольцо. Их лица в свете факелов были полны мрачной решимости. Дэмиан спешился. Земля под ногами чавкнула, пахнуло болотной гнилью. Рейнар попытался преградить ему путь, схватив за локоть. Это был жест отчаяния.
— Ваше величество, умоляю! — в его голосе прорезалась несвойственная ему мольба. — Мы должны сначала разведать… это классическая ловушка! Вас ждут, я нутром чую! Дайте мне полчаса, и мои люди прощупают каждый угол…
— Убери руку, Рейнар, — голос Дэмиана был тих, но от этой тишины кровь стыла в жилах похлеще любого крика. Он повернулся к своему Мастеру Тайн, и тот увидел в глазах короля такую бездну, что невольно отшатнулся. — Я иду за ней.
Сейчас
. Если для того, чтобы вытащить её из этого ада, мне нужно пройти через строй демонов, я пройду. Если за каждым углом меня ждёт клинок, я приму его. Если кто-то хочет остановить меня… — он обвёл взглядом строй своих воинов, и каждый почувствовал себя так, будто король обращается лично к нему, — пусть попробует. Но он должен быть готов к тому, что я пройду по его трупу, не заметив.
С этими словами он оттолкнул тяжёлую, окованную ржавым железом створку ворот. Петли взвизгнули так пронзительно, будто сам замок закричал от боли. Дэмиан шагнул внутрь, и тьма поглотила его.
Внутри замка был свой, особый мир. Мир, в котором умерло всё живое. Тьма здесь была не просто отсутствием света — она была материальной, плотной, как дёготь. Она облепила Дэмиана, пытаясь проникнуть в лёгкие, но он упрямо шёл вперёд. Пахло плесенью, вековой сыростью, мышиным помётом и чем-то ещё… сладковатым, тошнотворным запахом тлена. Где-то в глубине коридоров монотонно, с гипнотическим постоянством капала вода, и этот звук, многократно усиленный эхом, отдавался в висках барабанной дробью. Кап… Кап… Кап… Это сводило с ума.
Тишина здесь была плотной, звенящей, и в ней собственное сердце Дэмиана звучало как огромный боевой барабан. Бух. Бух. Бух. Он сжимал рукоять меча так, что кожа перчатки скрипела. Он не знал, куда идти. Не знал, сколько здесь врагов. Не знал, что ждёт его за каждым из бесконечных поворотов этой каменной кишки. Но он знал другое: он найдёт её. Он пройдёт сквозь стены, если потребуется. Он голыми руками разорвёт каждого, кто встанет между ним и его женой.
Он нашёл её в подземелье.
Спуск туда был похож на сошествие в ад. Ступени, стёртые тысячами ног, уводили всё глубже в чрево земли. Воздух стал ледяным и влажным. Факелы на стенах здесь горели редко, и их чадило коптящее пламя больше скрывало, чем освещало. И в этом багровом, дрожащем полумраке он увидел её.
Это была не королевская темница. Это был зверинец. Каменная клетка, прутья которой были такими толстыми, что их не перепилить и за день. Она сидела в углу, прикованная цепями к стене, вбитой в камень ржавым крюком. Её запястья, закованные в грубое железо, были разодраны в кровь — запёкшаяся, тёмная, почти чёрная кровь стекала по пальцам и капала на грязный пол. Её голова безжизненно упала на грудь, а лицо было белым, как алебастр, и таким же холодным на вид. Ни единого движения.
Мир для Дэмиана рухнул. Вся его ярость, весь его гнев мгновенно испарились, оставив лишь леденящий, животный ужас. Страх потерять её навсегда.
— ЭЛИНА! — это был не крик, это был вопль, вырванный из самой глубины души, вопль, полный такой муки, что каменные стены, казалось, содрогнулись. Он бросился к клетке, вцепился в прутья, тряся их с силой безумца. — Элина! Посмотри на меня! НЕТ!
И в ответ на этот зов разбитого сердца произошло чудо. Она открыла глаза.
Это не были тусклые, угасающие глаза умирающей. В них вспыхнул свет. Живой, тёплый, негасимый свет любви и узнавания. Её губы, потрескавшиеся и сухие, дрогнули в слабой, самой прекрасной на свете улыбке.
— Дэмиан… — её голос был тише вздоха, бесплотным дуновением ветра, но он услышал его сквозь биение своего сердца и звон цепей. — Ты пришёл… Я знала… Я знала, что ты придёшь.
Он упал на колени перед клеткой, не чувствуя боли от удара о камень. Глаза его жгли слёзы, которых он не стыдился. Слёзы ярости и облегчения. Схватив меч, он начал сбивать замок с клетки. Удары были частыми, неистовыми, высекающими снопы ослепительных искр.
— Я здесь, моя хорошая, я здесь, — шептал он как безумный. — Потерпи ещё немного. Я вытащу тебя. Я не оставлю тебя. Никогда. Никогда больше. Прости меня, прости, что так долго…
Но Элина смотрела на него с нарастающей тревогой. Не за себя — за него. Её затравленный взгляд метался по сторонам, цепляясь за тени, пляшущие на стенах.
— Дэмиан, нет… Ты не должен был… Это всё ловушка! Он ждёт тебя! Это представление для тебя одного! Беги, умоляю, оставь меня и беги!
Замок поддался с последним, звонким ударом. Дверь клетки распахнулась с душераздирающим скрежетом. Дэмиан шагнул внутрь, не обращая внимания на её мольбы.
— Мне всё равно, — ответил он, и в его голосе зазвучала несокрушимая скала. — Я пришёл за тобой. И либо мы выйдем отсюда вместе, либо останемся здесь навсегда. Третьего не дано.