Страница 193 из 220
Солнце в тот роковой день клонилось к закату, окрашивая стены королевских покоев в мягкие, медовые тона. Элина, уютно устроившись в кресле с высокой спинкой, закинув ноги на подставку, читала старую книгу о лечебных травах. Это была одна из тех древних книг, что пахли пылью, временем и мудростью, с пожелтевшими страницами и гравюрами, на которых были изображены диковинные растения. Комнату наполняли умиротворяющие звуки: тихое потрескивание дров в камине, мягкий шелест переворачиваемых страниц, далёкий, затихающий гомон дворцового сада. На столике рядом дымилась чашка травяного чая, источая аромат мяты и лаванды. Элина чувствовала себя в полной, абсолютной безопасности. Это был её дом, её маленькая крепость, её место силы. Она улыбалась своим мыслям, представляя, как вечером, когда Дэмиан закончит с ненавистными государственными бумагами, они снова будут ужинать на террасе, а он будет рассказывать ей смешные истории о послах, передразнивая их акценты. Она подумала, что нужно позвать его пораньше.
За дверью раздались шаги. Твёрдые, уверенные, мужские. Сердце Элины радостно подпрыгнуло. «Дэмиан! Уже освободился!» — пронеслось в голове. Или, может быть, Рейнар — зашёл проведать свою подопечную, как он её в шутку называл, с обычной своей чуть насмешливой, но тёплой улыбкой. Или кто-то из служанок принёс свежие свечи. Она не ждала беды. Она уже отвыкла от неё, растворившись в своём безоблачном счастье.
Дверь распахнулась без стука. И в комнату, заливая её ледяным ужасом, вошли незнакомцы.
Их было четверо. Все в чёрном — глухие куртки, сапоги на мягкой подошве, не издающие ни звука, лица скрыты до самых глаз капюшонами и чёрными масками. Они двигались быстро, как стая волков, обученно, без единого жеста, перетекая в комнату и мгновенно перекрывая все пути к отступлению. От них веяло холодом, опасностью и профессионализмом убийц. Элина вскочила, книга с глухим стуком упала на ковёр. Чашка с чаем опрокинулась, и тёмная жидкость растеклась по полированному дереву, как кровь.
— Кто вы⁈ — голос прозвучал хрипло, испуганно, но она попыталась придать ему властность. — Как вы посмели войти в покои королевы? Стража!
— Леди Элина, — голос говорившего, того, что стоял впереди, был тихим, но невероятно твёрдым, лишённым каких-либо интонаций. В его руке блеснул узкий, хищный стилет. — Не тратьте время и наши нервы. Стража не услышит. Вы должны пойти с нами.
— Я никуда с вами не пойду! — выкрикнула она, пятясь к окну. Она искала глазами что-то, чем можно защищаться — тяжёлый подсвечник, каминную кочергу. Внутри неё боролись дикий, животный страх и злость. Она не жертва! Она пережила разоблачение, пережила ненависть двора, она не даст каким-то наёмникам запугать себя!
— Это не имеет значения, — ответил главный, делая к ней шаг. — Вы пойдёте с нами. Добровольно — или силой. Выбирайте, но у вас есть только три секунды.
Время застыло. Всё, что было потом, произошло в одно мгновение. Элина, цепляясь за последний шанс, глубоко вздохнула, чтобы закричать. Пронзительно, громко, на весь дворец, так, чтобы слышно было в подземельях. Но едва она раскрыла рот, как чья-то ладонь — грубая, в кожаной перчатке, пахнущая металлом и потом, — намертво зажала его. Крик застрял в горле, превратившись в жалкий, сдавленный писк. Чужая рука обхватила её за талию, сжимая, как стальной обруч, и отрывая от пола. Она брыкалась, пыталась укусить руку, душившую её, царапалась, но её усилия были тщетны против этой безжалостной, обученной силы. Второй накинул ей на голову плотный чёрный мешок, и мир исчез. Остались только темнота, удушливый запах ткани, собственное испуганное дыхание и этот стальной захват. Её вынесли из собственной комнаты, как вещь. И в ту же секунду тихая, уютная комната опустела, и только опрокинутая книга, разбитая чашка и зловещая, кричащая своим отсутствием пустота свидетельствовали о том, что здесь только что произошло непоправимое.
Дэмиан узнал о случившемся спустя час, который показался ему вечностью. Он шёл по коридору, ведущему в её покои, с лёгким сердцем, предвкушая увидеть её улыбку. Он даже прихватил с собой фарфоровую статуэтку забавного пса с короной на голове — дурацкую безделушку, которую увидел у торговца на площади и купил, потому что она напомнила ему о её смехе. Он уже репетировал шутливую речь, с которой вручит ей этот «королевский портрет». Но, подойдя к двери, он почувствовал смутную тревогу. Дверь была приоткрыта. Изнутри не доносилось ни звука. Толкнув её, он вошёл и увидел картину, от которой кровь застыла у него в жилах, мгновенно превратившись в лёд. Опрокинутая книга. Остывший чай. Кресло, сдвинутое с места. И никого. Только эхо его собственных шагов и эта звенящая, страшная пустота.
— Элина? — позвал он, всё ещё надеясь на чудо. Голос прозвучал глухо, неуверенно.
Тишина была ему ответом. Издевательская, глухая тишина.
Внутри него что-то оборвалось. Он обошёл комнату. Никаких следов борьбы, никакой крови — только этот красноречивый беспорядок. Он выбежал в коридор, заглядывая во все ниши, крича её имя. От его крика шарахались служанки и каменели стражники. Паника, липкая, животная, сдавила горло ледяными пальцами.
— Где она⁈ — прорычал он, хватая за грудки подвернувшегося стражника. — Где королева? Ты должен был стоять на посту! Ты должен был её охранять!
— В-ваше величество… — заикаясь, пролепетал насмерть перепуганный юноша. — Клянусь, никто не проходил! Дверь всё время была закрыта. Я ничего не слышал…
— Найдите её, — голос Дэмиана упал до шёпота, но в этом шёпоте была сосредоточена такая убойная сила ярости, что стражник предпочёл бы, чтобы на него кричали. — Поднимите на ноги всю стражу, весь гарнизон, переройте дворец до последнего подвала. Если с её головы упадёт хоть один волос, я лично сниму головы со всех вас. Немедленно!
Он отпустил стражника и прислонился спиной к холодной каменной стене, пытаясь отдышаться и подавить накатывающую волну тошноты. В глазах темнело. Внутри, на месте сердца, образовалась чёрная, высасывающая все силы дыра, которая с каждой секундой становилась всё больше.