Страница 133 из 220
Это было не в книге заклинаний. Это был старый, пожелтевший до коричневого цвета дневник какого-то безумного целителя, жившего триста лет назад. На развороте, закапанном чем-то бурым, похожим на старую кровь, в углу страницы, написанный мелким, прыгающим, неразборчивым почерком, был один-единственный абзац. Её сердце пропустило удар, а затем забилось в бешеном, сумасшедшем ритме.
«Для выведения яда из крови, когда другие средства бессильны, а светлый дар истощён, необходимо использовать корень белой ивы, сорванной в безлунную ночь, в сочетании с каплей крови истинного целителя. Смесь должна быть нанесена прямо на рану, через которую яд проник в тело. Эффект наступает стремительно, в течение нескольких часов. Сие есть обряд Изгнания Скверны. Однако стоит помнить, что такая процедура смертельно опасна для целителя, ибо требует полной, безоговорочной отдачи дара и жизненных сил. Целитель вливает свою душу в кровь больного, и обратного пути нет. Только тот, кто готов умереть, способен даровать жизнь».
Элина перечитала абзац. Раз. Второй. Третий. Пять раз. Десять. Слова отпечатывались в её мозгу калёным железом.
Корень белой ивы. Она знала, где он растёт. На старом кладбище, у склепа. Капля крови целителя. Это она. Рана, через которую яд проник в тело. Небольшой порез на его шее, который до сих пор не зажил.
Она могла это сделать.
И это могло убить её. Выпить без остатка.
Элина отложила книгу на колени. В комнате стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь бешеным стуком её сердца. Она подняла глаза и посмотрела в чёрное, бездонное окно. На небе, в бархатной пустоте, равнодушно мерцали звёзды. Холодным, далёким, колючим светом. Они были свидетелями миллиардов смертей и миллиардов рождений. Их не тронет ещё одна человеческая трагедия.
Элина знала, что должна сделать. Выбор был сделан в тот самый миг, когда она прочла первое слово. Мгновенно, как вспышка молнии.
Дэмиан хотел умереть, чтобы спасти её. Но она любила его больше. Так сильно, что готова была подарить ему жизнь ценой своей. Это не было актом жертвенности. Это был величайший эгоизм любви. Она не сможет жить в мире, где его нет. А он — он справится. Он сильный. Он — король. У него есть королевство, есть будущее. Он будет жить. Он должен жить.
И она знала, что не остановится. Даже если впереди — холодная, голодная бездна. Даже если это её последний бой.
Улыбка, спокойная, светлая и немного печальная, тронула её искусанные губы. Слёзы высохли. В душе воцарился ледяной штиль. Она приняла свою судьбу.
Она спасёт его. Чего бы это ни стоило.