Страница 67 из 104
— Вот, девочки, обратите внимание, — Иру Славкин вопрос лишь развеселил, — если вы будете плохо учиться в школе, то тоже будете выглядеть такими же дурами, как этот очень молодой человек. Славка, ты что, уроки прогуливал, когда нам про круговорот веществ в природе в школе рассказывали? В частности, откуда в воздухе кислород берется?
— Сама дура, — буркнул Слава, — кислород получается из углекислого газа, поэтому-то мы его и возим с Венеры миллиардами тонн. Растения углекислый газ поглощают и из него производят кислород, это даже дети в детском саду знают, ты одна, похоже, не в курсе.
— Девочки, перед вами образец юноши бледного со взором горящим, шустрого, но необразованного, то есть самого страшного представителя мужского племени: именно такие создают нам, людям образованным, непреодолимые трудности, которые мы потом должны успешно преодолевать. Слава, растения поглощают углекислый газ и воду, и углекислоту превращают в органические соединения, добавляя к ней водород, который растения из воды берут. А получающийся в виде отходов этих процессов кислород и выделяют. В воздухе кислород появляется из воды! А если у нас будут такие роботы-контейнеровозы… Нурия, ты посчитала логистику перевозок со «снежков»?
— А тут и считать нечего: такой робот за год перевезет шестьсот тысяч тонн камней с подходящих «снежков» на Цереру, значит с них танкеры на Марс перетащат дополнительно миллион тонн воды просто за счет того, что рейсы станут вдвое короче. Вот и получается: один такой мини-контейнеровоз — это миллион тонн бесплатной воды в год.
— А мне Марина сказала, — быстро добавила Светлана, — что со следующего года производство старых двигателей вообще прекратят и будут делать только на пятьсот километров в секунду. И на триста пятьдесят для «Водолеев»… тут я тоже посчитала, но не для нашего проекта, а вообще. И получается, что если на наш несостоявшийся кораблик потом поставить такой двигатель, то они смогут в год делать не по три рейса, а по семь или восемь…
— То есть лет через пятьдесят всего на них можно будет и двигатели поменять, и энергостанции помощнее прицепить… — как-то философски заметила Нурия. — Но это даже и неважно: за пятьдесят лет каждый добавит Марсу по пятьдесят миллионов тонн воды. А это уже может руководству Флота и понравиться… похоже, проект-то у нас не такой уж и дурацкий получается! Ну что, мы готовы подробное задание на просчет проекта информаторию скормить?
— Ну, почти, мы пока не знаем, во что на самом деле обойдется ремонт корабля. А чтобы это узнать… я сейчас сделаю заказ на один списанный танкер и мы займемся его ремонтом. Деньги у нас есть, а к Новому году у нас и реальная смета появится.
— Ир, ты что, хочешь сразу списанный «Водовоз» купить? Но ведь к нему еще и двигатель…
— А я узнавала, мы двигатели можем вообще бесплатно получить потому что его утилизация обходится дороже, чем получаемые при этом материалы. Я специально на ремзаводе это выяснила, и они сказали, что если провести предварительную дефектацию списываемых двигателей, то можно подобрать такой, ремонт которого вообще в сотню тысяч уложится.
— А дефектация?
— На ремзаводе мне сказали, что для нас они ее бесплатно сделают… но только для одного корабля. По их словам один из четырех под наши требования подойдет, и они эту работу меньше чем за полгода проведут. Ну что, приступаем к производственному героизму?
Профессор Громов — директор департамента образования Флота — спокойно и аргументировано старался донести до адмирала Сапожникова простую вещь: инициативу курсантов школы капитанов просто необходимо поддержать финансово.
— Мы считаем, что в Имперский Совет просто необходимо нашу докладную передать в самое ближайшее время. Расходы получаются небольшие, и если часть этих расходов возьмет на себя Управление образования Империи, то Флот за бюджет уже не выйдет, а выгоды для Преобразования будут весьма ощутимыми.
— Валерий Михайлович, я не уверен, что ваши педагоги финансовую часть просчитали верно. Да, предлагаемый ими автоматический буксир-контейнеровоз вроде и получается недорогим, но вы наверняка не хуже меня знаете, что уже через три года на линию выйдут буксиры-контейнеровозы класса «Лапидария».
— А я вообще не о финансовых выгодах говорю. Сейчас за рейсами «Золотой Рыбки» следит более полутора миллионов школьников, и следят потому лишь, что они хоть в чём-то, но поучаствовали в подготовке этого корабля. Но гораздо важнее другой аспект: благодаря инициативе Алексеевой очень многие школьники осознали, что они и сами в состоянии сделать что-то заметное для Преобразования. И не только школьники: в Феодосийском институте инженеров морского транспорта всего через три дня после того, как Нурия Вега Касас сообщила о запуске нового проекта, была создана группа студентов, которые занялись проектированием нового контейнеровоза. Казалось бы: где Флот — и где морской транспорт, но студенты решили, что и они своими знаниями могут в этом проекте оказать заметную помощь. И, по отзывам специалистов уже Флота, их предложения выглядят довольно интересно, все же у моряков есть свои наработки, о которых Флот и не подозревал. Тот же робот, который восстанавливал корпус «Золотой Рыбки»: у моряков он уже почти сто лет использовался, но пока Алексеева не вбросила проблему на обсуждение широкой общественности, никому и в голову не приходило, что его можно и на кораблях Флота использовать. А по финансам — тут я согласен, мы просто подарим школе двадцать с лишним миллионов — но и тут, в том числе благодаря тому, что этот проект появился по инициативе не Алексеевой, а Веги Касас, тем же школьникам было продемонстрировано: любой может придумать что-то для Преобразовния полезное. И мы в департаменте уверены: коллективный разум миллионов школьников и студентов что-то очень полезное выдаст.
— Вроде корабля, который в проекте окупится лет за сто…
— А это вообще неважно. Важно другое: у школьников — именно у школьников, обо всех остальных я говорить не стану, хотя и там эффект более чем заметен — проснулся интерес в Преобразованию. И если раньше такой интерес проявлялся только у флотских и у легионерских, то теперь проектами Службы заинтересовались уже миллионы людей. Есть очень наглядный факт: в Иркутский технологический на отделение моторостроения в текущем учебном году поступило втрое больше студентов, чем в прошлом — а ведь это только начало!