Дивные земли

Собралась женщина быстро, но как попало: из сапог торчали растянутые треники, годящиеся разве что на то, чтобы копать в них огород, а шапка лежала прямо на папильотках. На станции она торопливо щёлкнула рубильником, потом колдовала с какими-то своими приборами. Звякнула касса, трещали лампы. Я листала телефонный справочник и мысленно пересчитывала деньги. Уверенность, с которой я вышла из Диминого дома, дрожала и таяла, но всякий раз, когда я пыталась хотя бы предположить любой другой выход — возвращалась крепче прежнего.

— В Радолу, — сказала я, когда Елена Витальевна заискивающе посмотрела на меня. — Для начала десять минут. Возможно, понадобится больше.

— Это будет шесть радов десять сколов…

Ценник был негуманный, но я только кивнула.

Трубка отозвалась мне длинными низкими гудками. Восьмой, девятый… странно, что они отвечают так долго.

Наконец скучающий дребезжащий голос сказал:

— Центральное управление Тайной полиции, здравствуйте.

???

Почти половина из шести радов десяти сколов была потрачена впустую. Толком меня не выслушав, дежурный переключил звонок и даже не сказал, на кого и почему. Я провисела на линии до того момента, как трубка пискнула, и звонок оборвался. Тогда я позвонила ещё раз, тот же дежурный бросил что-то неприветливое и переключил звонок в другое место; там мне — после долгой паузы — ответила какая-то девица; девица закрыла трубку ладонью и разговаривала с кем-то поверх звонка — слов я не слышала, — а потом сказала:

— Этим занимается Доротея Ивановна.

— Занимается че…?

Писк был мне ответом. Я успела ругнуться, стукнуться головой об телефонный аппарат и подумать, что, возможно, затеяла это всё зря, когда трубка рявкнула:

— Майор Дорофеева, что у вас там?

Судя по голосу с отчётливыми железными нотками, Доротее Ивановне было ближе к сорока, и она привыкла, чтобы все понимали её с полуслова и как можно быстрее бежали исполнять её пожелания.

— Меня зовут Наталья Алексеевна Вишнякова, я служу знанием по назначению в посёлке Дивноводное, Силинская область. Несколько раз я наблюдала в лесу старого гостя. Я сообщила о нём в ложу Ерша, но не получила никакой помощи. Пять дней назад гость опасно приблизился к посёлку, я объявила эвакуацию населения и зачерпнула природной силы, чтобы по крайней мере задержать его. Гость вышел из леса в теле человека, невоцерковленного местного жителя, шамана из малой народности. Гость исчез, в… суете человек получил несколько ранений ружейной дробью. Этой ночью он умер в больнице. Ложа Ерша составила документ о профилактическом выезде и учениях, участковый списывает смерть на несчастный случай на охоте. Вот. Как-то… так.

Я кашлянула и, кажется, впервые за этот день вдохнула полной грудью. Правильные поступки сохраняют лёгкость души. Даже когда совершать их сложно и страшно, даже когда это несёт тебе угрозы и сложности — делай что должно, и будь что будет.

Сейчас с меня всё равно что свалился камень. Стыдно, но я не могу быть уверена, что не была просто и слабовольно рада свалить груз принятия решений на кого-нибудь другого.

— Хм, — деловито сказала Доротея Ивановна.

В трубке звучал шелест листаемых страниц. Я ожидала, что она что-то спросит — у меня на месте полиции был бы целый миллион вопросов, один другого хуже, но женщина только шуршала бумагами и иногда глубокомысленно хмыкала.

— А-а-а, — наконец протянула она. — Вы Наташа, верно?

— Д-да?

— Прекрасно! Мне вас очень рекомендовали!

Я подавилась воздухом.

— Да-да, магистр Андрей, хм… да. Так как вам нравится в Дивноводном?

«Я сошла с ума», — с облегчением поняла я. Я действительно сошла с ума, совсем скоро это всё-таки кто-нибудь заметит, и меня увезут в больницу, чем-нибудь прокапают, и всё станет хорошо. Может быть даже, я уже там лежу и смотрю сны сознания.

— Хм-м-м, — сообщила я своей галлюцинации.

— Жаль, что старый козёл помер, — деловым тоном продолжала Доротея Ивановна. Какое дурацкое имя, как до него только додумалась моя бедная больная голова. — Он мог бы многое нам рассказать… ну ничего. Вы уже освоились там, я так понимаю.

— К-хм, — сдавленно согласилась я.

— Прекрасно! Я пришлю вам назначение телеграфом. Жду от вас подробнейшего отчёта к… нет, к февральскому пленуму вы, я думаю, не успеете. К десятому марта, да? Хорошо? Вот и прекрасно. Опишете подробнейшим образом всех этих духов, ритуалы, качества воды, риски, вовлечённость местных жителей… словом, всё, что придёт в голову. А если вы ещё и найдёте труп! Но на этом я уже не настаиваю. К десятому марта, договорились?

— Я зачерпнула природные силы, — сдавленно напомнила я.

— Закон позволяет это в исключительных обстоятельствах, — отмахнулась майор Дорофеева, служитель правопорядка. — Напишите объяснительную.

— Из-за меня умер человек!

— О, не переживайте.

— Не переживать?!

— М-да-да… Предупредите телеграфистку, чтобы приняли сообщение. Если уже есть какие-то материалы, отправляйте первым классом. И не стесняйтесь там особо. Было бы перед кем…

Она положила трубку раньше, чем я успела сформулировать хоть что-нибудь.