Страница 19 из 94
И с лицом женщины, которая ждала этого выхода всю жизнь.
— Молодой человек, — говорит она Олегу. — Женщину с хорошим хлебом дурой не называют. Особенно если сам стоишь без хлеба и с плохой репутацией.
Олег резко поворачивается.
— Не вмешивайтесь.
— Я постоянный клиент. Я уже часть интерьера.
Из пекарни доносится звук кофемашины. Кто-то в зале смеется. Я понимаю, что если сейчас не остановлю, сцена превратится в народное собрание с булочками.
— Нина Павловна, спасибо. Идите внутрь, вам Лена кофе сделает.
— Бесплатно?
— Скидка.
— Ладно, за скидку уйду. Но я смотрю.
Она уходит, но не далеко. Конечно.
Олег трет лицо рукой.
— Марина, вернись домой. Мы поговорим. Без Лаврова, без юристов, без этого цирка.
На секунду в его голосе появляется усталость. Та самая, из старой жизни. Когда он мог сесть на кухне, потереть глаза, сказать: «Марин, ну хватит», и я ставила чайник. Не потому что простила. Потому что дом, ребенок, завтра рано, сил нет. Привычка — страшная вещь. Она дергает даже тогда, когда любовь уже лежит без пульса.
— Нет, — говорю.
Одно слово.
Хорошее.
Короткое.
Надо было чаще им пользоваться.
— Ты пожалеешь.
— Пожалела уже. О другом.
Он смотрит на меня еще несколько секунд, потом садится в машину. Уезжает резко, с визгом колес. Очень зрелое поведение мужчины, который обвиняет меня в эмоциях.
Я стою у входа, смотрю ему вслед и только потом замечаю, что руки дрожат. Снова. Ну что ж, тело имеет право. Оно прожило с Олегом двадцать два года, ему сложнее переключиться на режим «бывший враг бизнеса».
Андрей подходит.
— Все нормально?
— Нет.
— Хорошо.
Я поворачиваюсь.
— Что хорошего?
— Что не врешь.
Я смотрю на него и вдруг чувствую, как сильно устала. Не в смысле поспать. Спать уже поздно. Устала держать лицо, отвечать, фиксировать, пересылать, принимать решения, не падать, не кричать, не отдавать, не верить, не реагировать на то, как Андрей стоит рядом.
— Мне нужно пять минут, — говорю.
— Где?
— В кабинете.
— Иди. Я в зале.
В кабинете я закрываю дверь, сажусь за стол и впервые за день позволяю себе опустить голову на руки. Не плачу. Просто сижу. Пять минут. У взрослой женщины тоже должны быть пять минут, когда она не мать, не владелица пекарни, не жена в процессе развода, не объект старой любви Андрея Лаврова. Просто человек с больной спиной и пустым сейфом.
Через четыре минуты телефон вибрирует.
Сообщение от Петра Аркадьевича:
«Получили ответ от управляющей компании ТЦ. ООО “СоколФуд” подало заявку на открытие точки под вывеской “Сокол Хлеб. Новая история”. В презентации использованы фотографии вашей продукции и описание рецептов. Нужна срочная фиксация нарушения и претензия».
Я читаю.
Потом открываю вложение.
На первой странице презентации — красивая картинка.
Наши булочки с корицей.
Мои булочки.
И слоган:
«Сокол Хлеб. Теперь современно».
А ниже мелким шрифтом:
«Концепция: Олег Соколов и Вероника Мельникова».
Смотрю на экран.
Пять минут закончились.