Страница 63 из 184
Глава 42
Оставшийся путь мы ехали молча. Мне казалось, что от искр, трещащих между нами, карета воспламенится так, что одни колёса и останутся.
Я нагло рассматривала Льюиса, а он отвечал мне тем же. Столько огня было в его глазах.
Искреннего, злого.
Не умел он проигрывать и бесился, когда кто-то вёл себя не так, как угодно его императорскому величеству.
Наконец, впереди показались огромные врата императорского замка. И пришлось признать тот факт, что уехать мне никто не позволит.
— Моё возвращение ничего не меняет, — процедила упрямо.
— Нет, оно меняет всё. Ты показала мне, как легко я могу потерять тебя. Теперь буду осторожен. Вот только... — он внезапно улыбнулся, да так, что у меня в горле пересохло, а в животе бабочки вспорхнули и помахали крылышками.
При этом я испытывала такое предательское унижение. Ещё не хватало сдавать свои позиции. Поэтому, собрав все свои восторженные чувства в кулак, придушила их на корню и высокомерно задрала нос.
Бабочки резко передохли!
— В такие моменты я теряю покой, Юниль. Ты хотя бы отдаёшь себе отчёт в том, насколько желанна в своей горделивой неприступности? — его глаза полыхнули тьмой.
— Ты что-то недоговорил, — напомнила ледяным тоном.
— Да, — он усмехнулся, — вот только не реагируют так бурно на тех, кто безразличен. Не реагируют, Юниль! Моя прекрасная леди.
— Не твоя, — фыркнула и повернулась к окну.
Карета ехала к центральному крыльцу.
— Моя, Юниль, только моя. Ты всегда была моей.
Продолжать разговор я не стала, и так уже наговорили друг другу чего нужно было и чего нет. Чего попусту языком чесать.
— И, Юниль, насчёт игры в ненависть... нет. Твой дядя Дьярви как-то сказал мне одну очень интересную вещь о ведьмах. Тогда я не придал этому значения, а теперь готов послать в его земли гонца с презентом.
Я замерла. Да, дядя Дьярви действительно был женат на ведьме. Причём он до сих пор не сознался, была ли она его истинной изначально или она заразила его своей любовью. Брак их крепок, дети подрастают... Но что он мог сказать Льюису?
— Ты блефуешь, чтобы заинтриговать меня, — я прищурилась, пытаясь подловить его на очередной лжи.
— Нет, моя прекрасная ведьмочка, нет. Ваша магия скрывает много чего интересного. Но об этом я расскажу тебе потом... скажем, в нашу первую брачную ночь.
— Помечтай, — я не сдержала злости. — Ты всегда такой напыщенный петух?
— А что, пугаю? — он захохотал. — Помнится, петуха ты боялась так, что верещать начинала, стоило тому за ограду курятника выйти.
Я заскрипела зубами.
— Льюис, ты хоть понимаешь, что для меня теперь просто дело чести не сдаться тебе? — мой голос походил на шипение.
— Зато я равнодушия в твоих глазах не увижу, ведьма. Вот что убивает душу.
Карета подъехала к крыльцу и остановилась. Мы продолжали сидеть. Снаружи засуетилась стража. Кто-то подошёл к двери и дёрнул.
В проёме показался генерал Ярвен. Он окинул нас внимательным взглядом и нахмурил брови.
— Все... прибыли.
В его тоне было что-то такое снисходительное, что я губы поджала.
— Вот не начинай хоть ты, — неожиданно зашипел на него император.
— Начинать? Я? — генерал аж в грудь себя стукнул кулаком. — Нет, мне хватает кого воспитывать. Но письмецо в Рэдкаим я зашлю. Пусть там наставник напрягается. У него рука тяжелее моей будет, и церемонии разводить он не обучен.
— Ярвен, — Льюис подался вперёд. — Не стоит...
Генерал сложил руки на груди. Он мне сейчас так отца напоминал.
Не выдержав, я вдруг рассмеялась. То ли нервы сдали, а то ли... Да кто меня разберёт.
— Ладно, — Льюис взглянул на меня и откинулся на спинку. — Ябедничай, чего уж.
— И наябедничаю, — генерал кивнул. — Прибыли... правитель. Извольте вылезать, у вас сегодня ещё две встречи важные и переговоры с торговыми гильдиями.
Льюис таким взглядом одарил его. Было видно, что он не привык к такому тону, но и ставить на место своего генерала не спешил. Это о многом говорило.
Эти мужчины ценили друг друга.
— Давай я тебе помогу, Юниль, — генерал протянул мне руку. — Сразу говорил, что уезжать — идея плохая. Нельзя бежать от проблем. Решать их нужно, как бы тяжело ни было. — Он обхватил меня за талию и спустил на землю, а после на ушко шепнул: — О пари никому ничего не сказал. Но ничего так не раздражает мужчину, как недоступная желанная женщина.
Он тихо засмеялся. Нет, ну как так можно, а?
— Вы прямо как папа, — фыркнула я.
— А то, даром друзья, что ли.
Генерал Ярвен, проигнорировав моё недовольство, взял под руку и, не глядя на императора, потащил к крыльцу. Я передвигала ногами и всё думала...
— Юниль, представь, что я и правда твой отец, и спроси.
— Что делать, если не веришь в искренность мужчины? — выпалила, поддавшись на соблазн.
— Проверь. Сделай так, чтобы ему пришлось не словами, а делом доказать чистоту своих помыслов. Из шкуры вылезти, вывернуть её и надеть обратно. Проверяй. Испытывай на прочность. Не меня тебе бы в советчики, а Астрид мою! Но решительней будь, Юниль. Ты женщина, тебе можно всё. Да ещё и ведьма. Не веришь, так пусть змеёй извивается и убеждает. Не щади и не жалей.
— Проверить его, — я выцепила главное для себя.
— Для тебя это так важно, да? Искренность?
— Угу, — я закивала. — Ненавижу лжецов и хитрецов. Нет, ну ладно с врагами и чужаками, но я не представляю, чтобы мой отец обманул хоть в чём-то.
Ярвен странно поджал губы и отвернулся. Я даже как-то растерялась.
Он тяжело вздохнул и мельком обернулся на карету.
— В чём-то ты права, обман — вещь серьёзная. Но порой он меньшее зло. Бывает так, что и соврать любимым не самое злое дело. Неопытная ты ещё девочка, душа чистая и открытая. В общем, совет я тебе дал, а дальше уж думай.
Он повёл меня дальше. Уже у дверей в замок не удержалась и обернулась. Льюис стоял у кареты и смотрел мне вслед не отрываясь.