Шпора на сердце

Урок 15.

Урок 15.

Урок 15.

Первый поцелуй на руинах запретов — это либо начало конца, либо начало новой жизни.

— Козёл.

Я сказала это прямо ему в лицо без колебаний и страха, и мне жаль, что я не сделала этого раньше, потому что это чувство принесло настоящее облегчение.

Так он заставляет меня хотеть большего, никогда не сдаваясь до конца? Я не знаю, о чём я тогда думала, да и не была готова к чему-либо, но он почему-то всё знал. Если бы он попытался сделать что-то, он бы разрушил свой идеальный образ в моей голове. Теперь я понимаю, что он жаждет большего, чем просто физические прикосновения в тёмных углах и пустых аудиториях — он вернул меня назад своими словами.

Я должна была понять, что это и есть манипуляция. Такие люди, как он, хотят, чтобы ты думала, будто контролируешь ситуацию, хотя на самом деле всё идёт по их плану. Но я, как дура, сосредоточилась на других вещах: на его внимании.

Я думала, он разозлится или накричит на меня. Я назвала его козлом только потому, что его реакция меня задела. Если бы мы были в университете и я сказала это при всех, он бы устроил скандал, но он сделал то, от чего я просто остолбенела.

Он улыбнулся. Улыбнулся во весь рот, и на его щеках появились ямочки.

Я судорожно вздохнула.

— Хочешь что-нибудь поесть?

Даниил полностью отстранился от меня, и я сдержала нервный выдох. Пока наши взгляды были прикованы друг к другу, его ладонь согревала мою шею. Жар пополз вниз по горлу к груди.

К тому времени, когда он полностью отступил, я наполовину растаяла, наполовину замерзла, а соски затвердели под топом.

Как, чёрт возьми, он всё ещё умудряется меня заводить?

От этой смены настроения у меня голова шла кругом.

Я больше не понимаю, о чём он думает. Минуту назад он меня отталкивал, а в следующую уже предлагает перекусить у него.

Он устремился куда-то. Я безвольно побрела за ним. Оказалось, мы переместились на кухню.

— Ты сошёл с ума? Прекрати этот спектакль. Я сейчас же уйду отсюда.

Я закатала рукава худи до локтей, всё ещё стоя на его кухне и пытаясь мысленно заставить свои ноги сдвинуться с места.

— И всё же ты стоишь на моей кухне. Давай не будем тратить энергию попусту. Я тебя накормлю, а потом мы немного поговорим. После этого ты свободна и можешь идти домой. Идёт? Идёт.

Ямочки на его щеках снова появились, когда он улыбнулся мне, прежде чем повернуться к холодильнику.

Я открыла рот, чтобы возразить, но была ужасно голодна, поэтому сдалась.

Я не знаю, как мы оказались в такой ситуации, но я рисковала всем, потому что мне было любопытно. За считанные минуты он превратился из снежного короля в гостеприимного болтуна, и даже если его улыбки отвлекали меня, я изо всех сил старалась узнать о нём что-то новое.

Итак, я вышла из кухни, чтобы осмотреть остальную часть его дома. Гостиная была обставлена безупречно и чисто до стерильности. Белый паркет, чёрные шторы, чёрный диван посередине и чёрная дверь, ведущая наверх, вероятно, в спальню. Всё блестело и выглядело совершенно новым.

Думаю, у него нет места для вещей, которые не были бы идеальными. Интерьер его квартиры выглядел как из глянцевого журнала, и в нём не чувствовалось того домашнего уюта, который я искала.

— Как долго вы здесь живёте? Это место не похоже на обжитое, — сказала я, оглядывая красивое пространство. Мысленно дала себе по лбу за «вы».

— Годы, и это правда.

Его глаза пробежали по квартире, будто он видел её впервые, и вернулись к моим.

— Что правда? — спросила я, стараясь избегать его взгляда и проведя рукой по гранитной столешнице.

— В этом месте нет ничего домашнего. Это просто место, где я сплю.

Он пожал плечами, возвращаясь к готовке.

— Это грустно, — ответила я, потому что знаю, каково это. Это оставляет огромную пустоту в сердце, когда осознаёшь, что во всём мире нет места, где можно успокоиться и расслабиться.

— Это не грустно, это так, как должно быть. Я ни к чему не привязываюсь, особенно к чему-то временному, вроде дома.

Его глаза противоречили его словам. Он был таким же одержимым, как и я. Просто он лучше умел это скрывать.

— Но вы кажетесь довольно привязанным к Алисе.

Я спросила это, потому что такова моя суть. Я хочу видеть, как он страдает так же, как я. Я хочу раздражать его и сводить с ума. Я хочу пустить кровь, потому что он уже у меня под кожей.

— Это не твоё дело.

Его грубый ответ разозлил меня. Он медленно помешивал пасту, будто я только что не раскрыла его связь с ней. Этот человек точно знает, как играть с моими нервами.

— Ты сам сказал, что мы поболтаем. Давай.

— И это единственное, что тебя интересует?

— Это единственное, что меня бесит. Ты её целовал? Она спала в твоей постели после того, как вы переспали?

Моё любопытство и ревность достигли пика, поэтому я забрасывала его вопросами с обеих сторон. Он уронил лопатку и выключил плиту.

Оперевшись руками о стойку, он пронзил меня взглядом.

— Нет и нет. Ты не знаешь, о чём спрашиваешь. Ты всего лишь студентка. Алиса тоже. А я ваш преподаватель.

Я подняла бровь, вопрошая, серьёзно ли он. Он собирается разыграть карту «между нами только деловая учёба».

— Студентка, которую ты так отчаянно хочешь контролировать и трахнуть. — выпалила я.

После этого повисла оглушающая тишина. Его глаза снова встретились с моими, и между нами проскочила электрическая искра.

— Тебе, кажется, всё обо мне известно. Так давай вернёмся к моему вопросу, потому что я тоже хочу кое-что узнать о тебе. Какого чёрта ты делала на той улице так поздно ночью?

Его быстрая смена темы выбила меня из колеи. Я не могу рассказать ему о своей работе.

— Не твоё дело.

Я уставилась на картину, висящую за его спиной.

— Я не остановлюсь, пока не получу ответы.

Я прошептала твёрдое «Нет» и почувствовала, что задыхаюсь.

— Мне нужно идти.

Даниил схватил меня за руку, прежде чем я успела сбежать. Он притянул меня к себе и приподнял моё лицо, заставляя посмотреть на него. Его глаза горели, и я видела, как его сдержанный внешний облик даёт трещину под моим взглядом.

Я не удержалась и, сделав шаг веры, прикоснулась губами к его губам.

Я мягко коснулась его губ, просто чтобы почувствовать эту связь.

Отстранилась и посмотрела на него. Он не выглядел шокированным или испытывающим отвращение, и я восприняла это как хороший знак.

Я схватила его за плечи и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его снова.