Страница 7 из 38
Глава 3
Глава 3
Проснулась я от тихого звона фарфора. Голова гудела. Не сразу поняла, где нахожусь. Потолок чужой. Свет дневной, резкий, льётся из окна, которое вчера было распахнуто в ночь. Простыни пахли сандалом. Его запах.
Повернула голову.
Возле стола хлопотала молодая нагиня в сером, расставляла тарелки. Фрукты, выпечка, графин с водой, чаша с чем-то горячим. Двигалась бесшумно, как все они. Простыня шуршала подо мной, служанка тут же обернулась, поклонилась, не поднимая глаз.
— Император распорядился подать завтрак, — произнесла она и, закончив с последней чашей, выскользнула за дверь. Тихо, как и вошла.
Я откинула простыню, подтянулась к спинке кровати. Тело ныло, бёдра, поясница, шея. Рубашка Сайхана задралась до бёдер. Поднесла левую ладонь к лицу. Повязка чистая, но края чуть покраснели, саднит. А запястья? Вспомнила вчерашний зуд, задрала рукав, развернула руку к свету. Слегка покраснели. Или кажется? Кожа будто стянута, но не чешется. Я списала всё на вчерашнее: танец, ритуал, истерику. Мало ли что с телом после такой ночи.
Встала. На спинке стула висело моё платье. Рядом с подносом лежал сложенный пергамент. Почерк сухой, летящий.
«Завтрак. Одежда. Буду ждать в тронном зале в полдень. Постарайся не бродить по дворцу босиком. У тебя теперь есть статус. Соответствуй».
Пробежала глазами по строчкам раз, другой. Захотелось тут же встать и пойти гулять по дворцу босиком... а вот есть, есть совсем не хотелось. Я взяла с подноса виноградину, безвкусную, как бумага. Мысли крутили вчерашнее. Не его губы. Не ритуал. А минуту до. Тайра, плачущая, в дверях. «Я всё узнала. Это путь домой». Она смотрела на меня так, будто вручала не свиток, а саму жизнь.
И свиток не сработал.
Я положила виноградину обратно на поднос. Тарелки, фрукты, графин с водой, всё это было ни к чему. А ещё тошнило от мысли, что Тайра сейчас сидит у себя и верит, что пыталась спасти меня. Мы обе поверили. И обе проиграли. Теперь я здесь, с титулом, которого не хотела, а она там, со своей верой в ложь.
От этой мысли внутри полыхнуло. Глухо, горячо, под рёбрами. Не грусть. Гнев. На неё? На себя? На Сайхана, который даже записку подписывает как приказ? Я не знала. Но сидеть в этих простынях, пахнущих им, и жевать пресный виноград не было сил. Хотелось пойти и спросить у неё в глаза: что за свиток ты мне дала? Кто твой знакомый? Почему я теперь тут?
Натянула платье. Шнуровка на боку, короткими рывками, пальцы дрожали. У стула стояли серебряные туфли с узким носком, явно приготовленные под церемонию. Сунула в них ноги и вышла в коридор.
Гарем ещё спал. В утреннем свете, лившемся сквозь витражи, он казался почти мирным, ни шипения, ни хвостов, скользящих по полу. Фонтаны молчали, вода в бассейне застыла гладкая, как зеркало. Прошла мимо покоев Лили, из-за двери не доносилось ни звука. У высокой напольной вазы с белыми цветами свернула в боковой проход.
Дверь к Тайре была приоткрыта. Я толкнула её, вошла. Петли скрипнули, тихо, почти жалобно.
В комнате было сумрачно. Шторы задёрнуты, свет едва пробивался сквозь плотную ткань, и по углам лежали густые тени. Пахло пылью и сухими травами. Я огляделась. Стол пустой, ни свитков, ни книг. Кровать не тронута, покрывало натянуто ровно. И только у стены, на стуле, сжавшись в комок, сидела она.
Хвост обвил ножку, кончик нервно дрожал, выбивая дробь по камню. Увидела меня и вздрогнула. Лицо серое. Глаза красные, но сухие. Наги не плачут. Но эта, кажется, разучилась быть нагом.
— Мия...
— Он не сработал, — закрыла дверь за спиной. — Твой ритуал. Всё, что ты мне дала.
Тайра прижала ладони к хвосту.
— Мне принесли готовый свиток. Мой знакомый поклялся, что это путь домой. Он сказал, что всё проверено, что нужно только дождаться полной луны и...
— Твой знакомый, — процедила я. — И кто он? Назови имя.
Тайра дёрнулась. Заметно. Плечи ушли вверх, пальцы впились в колени. Её зрачки расширились, заполнили радужку чёрным.
— Мия... твой голос...
— Кто он?
— Я... я не могу назвать его. Он просил...
Воздух в лёгких стал обжигающе горячим. Я вдохнула, но вдох не остудил. По груди растёкся жар, плеснул в плечи, шею, лицо. Сердце ударило тяжело, с перебоем. Тайра вжалась спиной в стену. Хвост метнулся и замер, прижатый к ножке стула.
— Мия...
— Ты не можешь назвать? — мой голос сорвался, и сорвался странно. На последнем слове воздух прошёл сквозь зубы с присвистом, как если бы горло вдруг сузилось и стало длиннее. — Я выпила его кровь, Тайра. Я провела ритуал. Я осталась здесь. Из-за тебя.
— Я хотела помочь...
— Ты хотела помочь?!
Перед глазами поплыло. Жар ударил в виски. Я не помню, как схватила со столика кубок, тяжёлый, металлический, с гравировкой по ободку...
Кубок ударил в стену рядом с плечом Тайры. Камень хрустнул, брызнула крошка. Гравировка впечаталась в кладку, оставив рваную вмятину, и кубок рухнул на пол, покатился, выбивая искры. Звон заметался между стен, ударил в виски и затих.
Где-то в коридоре хлопнула дверь. Послышался шорох, быстрый, грузный, чешуя о камень. Из-за соседних дверей донеслось встревоженное шипение: гарем просыпался, как улей от удара.
Я перевела взгляд на Тайру. На её руки, всё ещё заслоняющие лицо. На хвост, прижатый к стене. Я сделала это. Я запустила в неё кубком. Я...
Жар схлынул резко. Ему на смену пришёл холод, от затылка до копчика, будто кто-то провёл льдом по позвоночнику. Меня затрясло. Сначала плечи, потом колени. Запястья зачесались, сильно, до боли. Я глянула вниз: кожа под рукавами покраснела, будто обожжённая.
— Мия... — шёпот Тайры сквозь всхлип, она смотрела на меня, только на меня, в её глазах стоял ужас. — Ты...
— Не надо.
Я попятилась. Пальцы прижались к запястьям, накрыли красноту. Вдох. Ещё вдох. Адреналин, сказала я себе. Просто адреналин. Я расстроена из-за ритуала, вот нервы и шалят. Надо к себе. Закрыть дверь. Забиться в тишину и попытаться снова почувствовать себя человеком. Пока стража не начала задавать вопросы, на которые у меня нет ответов.
— Потом поговорим, — выдохнула я, толкнула дверь и вышла в коридор.
В проходе уже мелькали силуэты. Лили стояла у своей двери, заспанная, с распущенными волосами, прижимала к груди край простыни. Смотрела на меня круглыми от испуга глазами. Я отвела взгляд. Не могла выдержать. Стражник у поворота, тот самый, с длинным хвостом, подался было к покоям Тайры, но замер, провожая меня взглядом.