Страница 31 из 38
Он наклонился, и его губы коснулись моего лба. Легко, почти невесомо, но в этом прикосновении было столько всего, что у меня закружилась голова. Я зажмурилась сильнее, чувствуя, как по щеке всё-таки скатывается предательская слеза. Чёрт. Не удержала. Внутри всё дрожало от страха и от любви, которая пугала не меньше, чем превращение.
— Прости меня, Мия, — раздался его шёпот. Он прозвучал так близко, что я почувствовала дыхание на своих губах, и сердце пропустило удар.
— За что?
— За то, что снова решаю за тебя.
Он сжал мою руку, поднёс к губам и поцеловал запястье, прямо в то место, где под кожей проступала чешуя. Губы были сухими и горячими, и чешуя под ними ожила, будто отзываясь на ласку, будто вторая сущность, что поселилась во мне, тоже тянулась к нему.
— Я не могу тебя потерять, — прошептал Сайхан. — Слышишь? Не могу.
Его голос сорвался, стал ниже, глуше. Он прижался своим лбом к моему, и я почувствовала, как ресницы его дрогнули у моей щеки.
Ир'шан, до того молча стоявший у изголовья, перевёл взгляд на Сайхана. В старых глазах мелькнула усталость.
— Бывает, император, что теряют не в дороге, — произнёс он тихо. — Иногда теряют, оставаясь на месте. И замечают это слишком поздно.
Кайден издал негромкий смешок, и он прозвучал особенно резко в наступившей тишине.
— Красивые слова, старик. Только пустые. Ты говоришь о потерях, а сам предлагаешь ей дорогу, которую она не переживёт. Это не забота, а страх. Страх перед тем, что кто-то сделает то, чего не смог ты.
Ир'шан не стал отвечать. Он медленно повернулся, но у двери на мгновение остановился и посмотрел на меня. По спине поползли ледяные мурашки, и я невольно сжалась под одеялом, будто этот взгляд мог достать меня даже оттуда.
— Помни, девочка: змея, которая меняет кожу, остаётся змеёй. Но если кожа меняет тебя это уже не ты.
Он вышел, тихо притворив за собой дверь.
Я осталась лежать, глядя в потолок. Слова повисли в воздухе, как приговор. Под одеялом было жарко, но меня бил озноб. Я перестану быть собой. Или уже перестала? Внутри всё сжалось от холодного, липкого ужаса. Я не знала, где заканчиваюсь я и где начинается она, та, вторая, что просыпалась под кожей. И это пугало до чёртиков.
Кайден первым нарушил тишину.
— Я подготовлю всё к закату. Ритуальный зал. Если ты, конечно, всё ещё хочешь, чтобы она жила.
Сайхан по-прежнему смотрел на меня. Его ладонь лежала на моей щеке, большой палец медленно стирал слезу.
— Готовь, — произнёс он. — Всё, что нужно.
Кайден задержался на мгновение, словно ожидая других слов. Но их не последовало. Тогда он развернулся и исчез за дверью. Лишь хвост его недовольно скользнул по полу.
Мы остались одни. Где-то за окном опускалось солнце. Я смотрела на него и впервые боялась не того, что принесёт новый мир, а того, кем я в нём проснусь.