Страница 67 из 84
– Не перебесилась, Илья. Ни хера она не перебесилась. Упёрлась рогом, как ослица. С катушек съехала напрочь от того, что кто-то посмел забрать то, что она считала своей личной собственностью. И в итоге... Мне из дежурной части ночью позвонили. Напрямую начальник управления набрал, которого я по баням таскал. Эта дура… она подкараулила ту девчонку в подворотне после каких-то там дополнительных занятий. Когда та одна домой шла. И плеснула ей прямо в лицо электролитом. Кислотой из бутылки.
У меня внутри в эту секунду всё просто покрывается ледяной коркой. В голове моментально вспыхивает образ Ксюши. Твою мать, да она реально конченая. Психопатка со справкой, которую вместо дурки папа на мерседесе катал.
– Что?..
– Промахнулась она. Слава богу, девчонка среагировать успела, рукой закрылась и отшатнулась. Основной удар на куртку пришёлся. Только ухо ей зацепило. Волосы сожгло. Немного шею и плечо опалило. Короче, инвалидом не осталась, но шрамы там на всю жизнь, и пластику ей потом хрен знает сколько делали. Я тогда столько бабла вбухал в это дело, Кравцов… Ты себе даже представить не можешь эту сумму. Такие связи на самом верху поднял, таких прокурорских на уши поставил, чтоб дело замяли, формулировки переписали на хулиганку и до суда не довели. Семье той девчонки квартиру трехкомнатную купил и бизнес отцу оплатил, только чтоб они заявление забрали и из города уехали подальше.
Сергей Викторович устало закрывает глаза.
– Думал, дурак старый, что для Ксюхи это уроком на всю оставшуюся жизнь будет. Что она обосрётся от страха, поймёт, у какого края стояла, и за ум возьмётся. Надеялся, что до неё дойдёт, что бабки бабками, но есть черта, за которой начинается зона. А у нее мозгов как не было, так и нет. Натуральная уголовница выросла, которой просто до поры до времени всё с рук сходило... Не умеет девка проигрывать. Вообще. С детства этот дефект. Если что-то пошло не по её сценарию, у неё в башке просто предохранители выбивает, и включается режим тотального уничтожения.
– Я заметил, – вставляю я свои пять копеек.
– Да ни хера ты не заметил, – Сергей Викторович смотрит на меня до пугающего серьёзно. – Ты до сих пор видел перед собой просто капризную, зажравшуюся девицу, которая устраивает тебе дешёвые сцены ревности и бьёт посуду в ресторанах. А я своими собственными глазами видел семнадцатилетнюю девчонку, которая три недели… изо дня в день, методично следила за той своей несчастной одноклассницей. Ксюха наизусть знала всё её расписание уроков, до минуты выучила маршрут от школы до дома, знала все подворотни, где та ходит, высчитала, где нет камер наблюдения. Понимаешь, к чему я клоню? Это не спонтанная истерика была. И сейчас... Поджог коммерческого объекта, где могли пострадать люди — это тебе не интернет, не глупые комментарии и не бабский хайп в соцсетях, за который можно извиниться на камеру. Это чистая уголовка, Илья. Тяжёлая статья. И если её фамилия всплывёт в материалах дела, меня закопают вместе с ней.
Он снова, уже как-то совсем судорожно, растирает левую сторону груди широкой ладонью.
Я замечаю этот его жест уже второй раз за последние десять минут, и игнорировать это становится просто опасно. Мужик явно на пределе.
– Сергей Викторович, у вас что, сердце прихватило? – спрашиваю, кивая на его руку. – Таблетки где? Налить воды?
– Да ерунда… нормально всё, – отмахивается он.
Он делает глубокий вдох и переводит на меня взгляд:
– Ладно, хрен со мной. Давай думать, как мы эту ситуацию решать будем? Какие твои предложения?