Страница 2 из 57
Глава 2 Десять человек на отмели
Глава 2 Десять человек на отмели
Утром я проснулась оттого, что кто-то тянул из-под моей ноги мокрый рукав.
— Простите, госпожа. Рубаху придавили.
Молодой матрос сидел на корточках у скамьи. Я подвинулась, и он вытащил серый сверток, с которого капало на доски.
— Это из постели, — пояснил он, заметив мой взгляд. — Весь мешок промок. Ноги в воде, а Роут снаружи кричал, чтобы не выходили: груз перекладывают.
Он поднялся и понес рубаху к перилам. Кажется, его звали Фенн.
Я лежала на скамье возле кормовой надстройки, укрытая своим плащом. Под затекшей шеей была чья-то свернутая куртка. Как я сюда перебралась, помнила плохо: Нелла просила поднять руку, Йорен говорил, что наверху можно оставаться, кто-то долго кашлял за стеной.
При дневном свете стало видно, сколько вещей вынесли ночью. На веревке висели штаны, под ними стояли сапоги. На ступеньке сидела Агна и скоблила деревянную ложку обломком другой. Волосы у нее распустились, под глазами залегли темные складки.
У меня ныли плечо и горло. Хотелось пить.
Арден лежал на сложенном парусном полотнище по другую сторону прохода. Под щекой темнело мокрое пятно; обе руки он держал поверх укрывшей его ткани. Цепь между запястьями никуда не делась.
Я осторожно села. Берег качнулся, хотя корабль стоял неподвижно.
— Нелла?
Она выглянула из двери почти сразу. На припухшей щеке синяк стал лиловым.
— Я здесь. Не вставайте, принесу воды.
— А ты пила?
— Да. И спала, прежде чем вы спросите. Агна меня сменила.
Нелла принесла воду и села на край скамьи. Она держала кувшин так, чтобы не задевать натертую кожу.
— Лекарку найдут?
— Сава добрался до рыбацкого двора. Оттуда послали за Селмой Ир, она бывает в этих селениях. Ее привезут на лодке. Только придется заплатить и за дорогу.
Пока я пила, мимо прошла Грета с мокрой дощечкой в руках. За нею поднялся Йорен. Лоб он обвязал полосой ткани; под краем повязки запеклась кровь.
— Сколько у нас времени? — спросила я.
Плотница посмотрела на меня, затем на реку.
— Для чего?
— До того, как станет хуже.
— Если опять открыть воду, станет сразу. А с тем, что я поджала, постоим. С песка сходить пока нельзя.
Она присела передо мной и показала дощечку. С одного края древесина была темной, с другого светлела неровная борозда.
— Вот эту обшивку трогали недавно. Изнутри крепление сняли. Ночью я распорку поставила, но снаружи надо закрывать как следует. Иначе в русле разойдется.
Я провела пальцем возле светлого края, не касаясь заноз.
— Это сохраните. И то, чем было закреплено.
— Уже убрала. Йорен видел.
— Что нужно для ремонта?
Она назвала доски, железные скобы и еще несколько вещей, о назначении которых я могла только догадываться. Из понятного запомнила паклю. Потом объяснила проще: часть материала имелась на борту, за остальным придется ехать. Продуктовую кладовую залило, вода стояла под настилом; даже после заплаты предстояло сушить и проверять все снизу.
— До мастерской дотянем? — спросила я.
— До Липового, если дадите сделать работу. Там поднимем то, чего на отмели не увидеть. Нынче вытащим мокрое. Завтра закрепим. Потом Йорен решит, когда сниматься.
Йорен подождал, пока Грета отойдет.
— Люди спрашивают, госпожа, как дальше быть. Вчера на крик бежали, сегодня считают, куда попали. Я им пока ничего не обещал.
— Соберемся, как Сава вернется. Мне сначала нужно посмотреть деньги.
В свою каюту я спустилась, держась за Неллу. Внутри пахло кислым и сырой одеждой. Постель оказалась сбита, таз перевернут. На столе по-прежнему стояла чашка с остатками настоя.
Я остановилась в дверях.
Ночью здесь было достаточно страшно, чтобы искать выход. Теперь я видела место, где меня собирались оставить умирать. Замок находился совсем рядом с моим локтем, медный, аккуратный. Снаружи его мог повернуть любой человек с ключом.
— Мы уберем, — сказала Нелла.
Я шагнула к столу, взяла чашку и едва не швырнула в стену. Рука уже поднялась, когда до меня дошло, что это единственное, что осталось от того питья.
— Эту не мыть. Покажем лекарке.
Нелла осторожно приняла чашку.
Сумку она оставила на сухом сундуке. Бумаги лежали сверху, а под ними нашелся пришитый к подкладке карман на завязках. Я видела его край еще ночью и приняла за сложенную ткань.
Внутри был плоский кошелек. Я высыпала монеты на стол.
Нелла пересчитывала быстрее меня. Укладывала серебро ровными столбиками, передвигала их подальше от мокрого пятна. Я начала считать заново, сбилась и прижала ладонь к виску.
— Восемьдесят четыре, — сказала она. — Все, что приготовили. Я проверяла перед отъездом.
— Это много?
Нелла замерла с последней монетой в пальцах.
Я не отвела глаз.
— Смотря на что тратить, — ответила она наконец. — Для нас с вами хватило бы снять комнату и какое-то время прожить. Для судна… Спросите Грету. Вы же именно для этого хотели Йорена с собой.
— Я сейчас плохо соображаю. Объясняй, даже если мы уже говорили.
Она положила монету к остальным.
— Хорошо.
Она села напротив, развернув опись.
— «Вольная» принадлежала вашей матери. В браке господин Норрел ею распоряжался. Вы потребовали судно обратно, когда согласовывали развод. С ним и ушли. Здесь перечислено, что на борту передали вам вместе с ним.
— Он может потребовать его назад?
— Потребовать он что угодно может. Только писец уже внес расторжение в книгу. И передачу тоже. Вторые листы остались у писца, я видела, как он убирал их в ящик.
В конце документа стояла подпись Лиоры. Буквы теснились к правому краю, последняя черта уходила вверх. Мне захотелось взять перо и проверить, получится ли у моей руки то же движение. Я спрятала пальцы под стол.
— Здесь написано, что больше имущественных требований нет.
— Вы отказались дальше делить нажитое в браке. Иначе он не отпускал. Но судно уже ваше, и деньги, которые найдете работой, будут ваши. Для найма людей его согласия не нужно.
— А для того, чтобы заявить о вчерашнем?
— Вы же не разрешали себя убивать.
Нелла произнесла это сердито, будто злилась на сам вопрос. Потом отвернулась и поджала губы.
Я долго разглаживала угол листа. У Лиоры хватило сил потребовать свое, собрать деньги, устроить побег. Она, наверное, тоже представляла комнату на берегу. Окно, которое можно открыть. Дверь, ключ от которой оставался у нее.