Страница 32 из 61
Я помахала ему и отвернулась к саду, пока он возвращался к павильону. Спустя несколько минут за спиной послышались человеческие шаги. Дамиан подошел, еще застегивая манжету. Волосы были растрепаны, на виске блестела влага, а лицо выглядело таким довольным, что я рассмеялась раньше, чем он успел заговорить.
— Что? — спросил он, тоже улыбаясь.
— Ничего. Вам очень хотелось полетать, правда?
— Очень.
Он оперся на перила рядом со мной. Я дала ему немного отдышаться, разглядывая знакомый профиль.
— Страшно было? — спросил Дамиан.
— Вначале. Потом вы кивнули, и я вспомнила, что это вы. А когда взлетели, снова испугалась. Мне с земли кажется, что держаться в воздухе совершенно не за что.
— Я чувствую крылья. Примерно так же, как сейчас руки. Знаю, когда нужно подняться, когда повернуть. Хотя в плохой ветер и я предпочту остаться на земле.
Я посмотрела на его руку возле своей и коснулась запястья.
— Здесь мне все-таки привычнее.
Он переплел наши пальцы и предложил пройти к садовой скамье. Там можно было сесть, а из замка обещали принести воды.
На скамье лежала книга, завернутая в простую бумагу. Я развернула ее и увидела рисунок небольшой городской площади. У ратуши стояли торговые палатки, в стороне от них женщина придерживала корзину, из которой торчала голова гуся.
— Автор обошел несколько городов Эсталя пешком. О важных памятниках пишет мало, зато упоминает переулки, лавки и места, где можно переждать дождь. Мне показалось, вам понравится.
Я задержалась на странице с тесной улочкой, уходившей вниз к реке. Рядом было напечатано короткое замечание: по утрам там слишком много тележек, поэтому гулять лучше после полудня.
— Уже нравится. Особенно то, что он предупреждает о тележках, а не только восхищается видом.
— Я надеялся угадать. Это вам, Селеста. Возвращать не нужно.
Я представила эту книгу на прикроватном столике, рядом со стаканом воды. Он выбрал ее, зная, что мне нравится.
— Спасибо. Я буду читать медленно. А потом расспрошу вас про города, в которых вы бывали.
Мы посидели на скамье, выпили воды и съели почти все принесенные яблоки. Дамиан смотрел на рисунки через мое плечо. Его колено касалось моей юбки, и мне нравилось, что нам обоим удобно так сидеть.
Потом мы пошли вдоль длинной клумбы. Я рассказывала, как мы с Лорой обсуждали второй вечер; Дамиан — о Теодоре, который советовал лечить скуку картами и проиграл ему три партии подряд.
Это было очень похоже на свидание. Я поняла, что перестала искать для него другое название.
На следующий день Дамиан приехал в Кленовый дом. Мы договорились о встрече еще в саду, и я успела закончить дела к его появлению.
Он привез небольшой футляр. Я открыла его и увидела серьги с длинными подвесками из прозрачных лиловых камней. Они были красивыми: свет дробился на гранях, тонкая серебряная оправа почти не скрывала цвет.
— Увидел их в витрине, — объяснил Дамиан. — Вспомнил ваше платье. То, в котором вы были на музыкальном вечере.
Приятно было представить, как он остановился перед ювелирной лавкой и подумал обо мне.
Марта принесла небольшое зеркало. Я примерила одну серьгу, повернула голову и тут же коснулась подвески пальцем. Украшение оттягивало мочку. Возможно, к этому можно было привыкнуть, но при следующем движении оно качнулось, и я невольно придержала его снова.
Дамиан заметил.
— Неудобно?
— Тяжеловаты, — призналась я. — Мне очень нравится цвет. И то, что вы вспомнили платье. Но я, кажется, буду весь вечер думать о том, как их снять.
Я расстегнула застежку и бережно вернула серьгу в футляр.
— Вы не обидитесь, если я их не оставлю? Они слишком хороши, чтобы лежать без дела.
Дамиан взял одну подвеску, оценил тяжесть на ладони и чуть нахмурился.
— Продавец говорил, что для таких камней оправа очень легкая. Про вес самих камней я не спросил. Конечно, я их заберу.
Он закрыл футляр и положил рядом с перчатками. Я с облегчением поставила зеркало на комод.
— А книгу я вчера читала до ночи, — сказала я. — Там оказался целый разворот о городе, где дома построены прямо над водой. Теперь хочу туда поехать.
— Значит, с книгой получилось лучше.
— Гораздо. Хотя смотреть, как вы выбираете мне серьги, мне бы тоже понравилось.
Дамиан улыбнулся. Я села рядом, и он рассказал, как продавец вынес еще три футляра, пока он пытался принять решение. По его словам, все украшения были «исключительно редкими», хотя одно из них повторялось в двух размерах.
Мы рассмеялись, и неловкость прошла.
За чаем Дамиан пригласил меня на городской прием. В Ривене отмечали годовщину открытия читальни; после коротких приветствий собирались устроить ужин и танцы в большом зале городского дома.
— Мне хотелось бы пойти с вами, — сказал он. — Без обязанности следить, всем ли хватило стульев. Вы сможете просто потанцевать и уехать, когда надоест.
Я улыбнулась. После нашего вальса мне и самой хотелось снова оказаться рядом с ним под музыку. Но на тот вечер Лора уже пригласила меня к себе. Мы впервые собирались встретиться у нее дома без нотной папки между чашками, и отказываться я не хотела.
— Я обещала приехать к Лоре. Она пока не знает, во сколько освободится от уроков. Давайте я уточню завтра и отвечу вам? Может быть, успею хотя бы на часть вечера.
— Хорошо. Начало в шесть, но танцы будут позже.
Мы заговорили о другом. Он рассказал, что после приема на несколько дней отправится по делам в северную часть герцогства. Я спросила, надолго ли, и поймала себя на разочаровании: мне уже не нравилось заранее знать, что какое-то время я его не увижу.
Провожая Дамиана, я подала ему футляр с серьгами. Он убрал его в карман и взял мою руку. Мне пришлось поднять лицо, чтобы встретить его взгляд.
— Завтра? — спросил он.
— Да. Я буду дома после пяти.
Я осталась у двери, немного разочарованная тем, что он меня не поцеловал. Привыкать к нему оказалось очень легко.
На следующий день я встретила жену аптекаря возле лавки с тканями. Она выбирала тесьму, увидела меня через открытую дверь и помахала рукой. Я остановилась: после нашего вечера мы еще не разговаривали.
Она спросила, скоро ли будет новый вечер в Кленовом доме. Услышав, что мы пока отдыхаем, одобрительно кивнула и понизила голос.
— А еще я очень рада за вас. Хорошо, что все образумилось. Муж сказал, вы с герцогом придете вместе на городской вечер.