Страница 53 из 118
Глава 22
Соне снился странный сон.
Она шла по полю, утопающему в синеве васильков. Ветер ласково перебирал лепестки цветов, качая их из стороны в сторону. Соня наклонилась к одному, и едва сорвала его, земля с глухим стоном разверзлась у ног. Из черной бездны вылетела тройка вороных коней, запряженная в огненную колесницу. Возница подхватил ее на лету и, прижав к себе, приник к губам в страстном поцелуе…
Соня узнала его! Это был Владимир Оржеховский!
Проснувшись с колотящимся сердцем, София подскочила на кровати. За окном светило солнце, пели птицы. Комната была погружена в легкий полумрак, и лишь тонкий луч пробивался сквозь щель в шторах. Ее пальцы сами потянулись к губам, туда, где до сих пор жило ощущение поцелуя.
Прошел почти день, но для Сони время будто замерло в том моменте, когда она стояла в сенях с Владимиром.
Все случилось так быстро… так неожиданно… Он шагнул к ней, она почувствовала тепло его руки на спине, сбивчивое дыхание... затем мимолетное, обжигающее прикосновение…
Почему же она не отстранилась? Почему не оттолкнула его?
Наверное, она должна испытывать стыд. Или хотя бы гнев. Вместо этого в душе теплилось нечто иное – трепетное, щемящее, сладкое до головокружения.
Поцелуй! Ее первый поцелуй!
Не от Виктора, о котором она наивно грезила. А его – стремительного, непредсказуемого Владимира Оржеховского, который нежданно ворвался в ее жизнь и теперь уносил прочь от прежних иллюзий.
Дверь в спальню тихо отворилась, пропуская горничную с кувшином свежей воды и чистым выглаженным платьем.
Умывшись и одевшись, София спустилась вниз. Графиня Петровская и ее компаньонка ожидали остальных, чтобы отправиться на воскресную службу. Капитан фон Трейден обещал присоединиться к ним.
Присев на любимое место у окна, Соня машинально открыла книгу, брошенную здесь накануне.
— София, с тобой все хорошо? — осведомилась Зинаида Ильинична. — Ты всю ночь вертелась в кровати.
Комната компаньонки примыкала к комнате Сони.
— Простите, если мешала вам, — вежливо произнесла Соня. — Мне снился плохой сон.
Она вкратце пересказала сновидение, упустив только личность возницы.
— Мне кажется ты излишне увлеклась мифами Древней Греции, — с доброй улыбкой заметила женщина, указав на томик в руках девушки.
— А я считаю, что ты в целом излишне увлекаешься книгами! — добавила графиня. — Чтение прекрасно развивает ум, но только до той поры, пока вымышленные истории не начинают заменять настоящую жизнь.
Обратив глаза к книге, Соня увидела, что та распахнулась на мифе о беззаботной Персефоне, похищенной коварным Аидом. И вздрогнула.
***
Почему-то это нечаянное и незначительное происшествие так сильно завладело мыслями Сони, что у нее не получалось отделаться от него до конца дня. Словно, этот миф должен был стать для нее пророчеством, а книга предостерегала от необдуманных шагов. Во время проповеди она до такой степени погрузилась в размышления, что случайному наблюдателю могло показаться, будто она предельно сосредоточена на молитве.
Это не преминул отметить и капитан фон Трейден, когда они вышли в парк после литургии. С молчаливого одобрения графини Петровской, он увлек Соню в сторону, чтобы побеседовать наедине.
— Вы религиозны? — поинтересовался он.
И поскольку Соня не ответила, торопливо пояснил:
— Простите, что говорю напрямик. У нас нет возможности долго узнавать друг друга. Поэтому полагаю, бессмысленно ходить вокруг да около.
— Конечно, — покорно согласилась Соня. — Я чту святых, соблюдаю посты. Я не посещаю церковь каждый день, но по воскресеньям обязательно прихожу на литургию.
— В Жуковцах есть небольшой храм, построенный в честь Косьмы и Дамиана, — произнес Платон Феликсович. — С местным священником, отцом Игнатием, я еще не знаком, но, говорят, он прекрасный человек.
— Замечательно… — пролепетала Соня.
Она не имела понятия, что еще сказать. Сцепив пальцы и наклонив голову, она продолжала идти рядом с капитаном, уставившись под ноги.
Повисла неловкая пауза.
— Вероятно, вы хотите что-то выяснить обо мне? — предположил Платон Феликсович. — Не стесняйтесь!
Соня быстро глянула на мужчину, судорожно соображая, какой вопрос прозвучал бы не слишком оскорбительно, но при этом выказал ее заинтересованность.
— У вас есть братья или сестры? — наконец выпалила она.
— Две младшие сестры. И целая куча племянников, — со смешком добавил он. — А вы? Вы ведь единственный ребенок?
— У меня были брат и сестра… они умерли в младенчестве.
На этом беседа угасла. Они еще немного молча прошлись по парку, затем вновь присоединились к семье, и вернулись домой.
Мария Александровна уговорила капитана задержаться в городе до ее приема, и все эти дни фон Трейден приходил на обед или приглашал Софию в Дворцовый парк.
Во время одной из прогулок они столкнулись с Владимиром Оржеховским. Едва Соня заметила его, у нее сперло дыхание, сердце забилось сильнее, а на щеках вспыхнул румянец. Она растерялась, не зная, как себя повести. Стоит ли ей проявить холодность? Или сделать вид, будто между ними не произошло ничего особенного?
В итоге, когда он приблизился, ее охватило такое волнение, что она смущенно опустила глаза, пытаясь скрыть чувства.
— Сударыня! — раздался его глубокий и спокойный голос.
Соня испуганно посмотрела на него.
— Князь! — тихо пробормотала она.
Он склонил голову в вежливом поклоне. В его глазах мелькнул странный блеск.
— Рад снова видеть вас! — произнес он.
Соня кивнула и предательски не нашла что сказать.
Капитан фон Трейден внимательно следил за их диалогом. Чтобы избавиться от неловкости, Соня поспешила представить мужчин друг другу. Перебросившись несколькими дежурными фразами, они распрощались, и каждый двинулся в свою сторону.
В следующий раз Соня повстречалась с Оржеховским, когда возвращалась от Лидии Петровны домой. Он вышел из своего особняка, как раз в тот момент, когда София проходила мимо. Владимир учтиво поздоровался, поинтересовался ее делами, и разговор завязался сам собою. Он добавил, что направляется на Подол к Радзиевскому, а следовательно до Театральной площади им по пути.
Пока они шли и беседовали, Володя ни единым словом не обмолвился о поцелуе, держался непринужденно и приветливо. София решила вести себя в ответ так же.