Страница 80 из 86
Григорий Львович не знал, как подступиться к проклятой шкатулке. Огонь вокруг нее разгорался все сильнее. Столешница, на которой она стояла, начала тлеть. И пока Сахаров поливал ее водой, она еще не вспыхнула. Сам Арсений побежал в подвал смотреть защитные артефакты. Они давно уже должны были сработать и погасить пламя. Вовку мастер специально отправил за батюшкой, чтобы вывести паренька из мастерской.
—Этот инок Ираклий опасен, — бросил Арсений, прежде чем вышел.
Сахаров лишь удивленно поднял брови и продолжил брызгать водой вокруг горящей шкатулки.
«Эх, сейчас бы сюда Марка. Он бы легко справился с этой дрянью». И только Григорий Львович подумал об этом, как услышал голоса. Мужчины говорили на повышенных тонах. И Сахаров различил напряженный тон Арсения и спокойный… Марка?
Он глянул на шкатулку, на мокрую столешницу и поспешил вниз. Арсений крепко сжимал плечи Марка, вглядываясь в лицо мужчины, которого все считали погибшим.
—Не… верю, — тихо произнес мастер. — Мы думали…
—Знаю, что вы думали, — Марк скинул капюшон, провел рукой по темным волосам. — Так было нужно.
—Я не понимаю, — мотнул головой Арсений. — И там… эта шкатулка. Ты должен знать, что с ней делать.
Марк кивнул, а затем взглянул на Григория Львовича, который застыл на лестнице. Друг выглядел лучше, чем когда он увидел его в последний раз. Пропали бледность и синева на губах.
—Алиса все еще в Мирограде, — сказал Сахаров.
—Это хорошо, — Марк стал подниматься по лестнице, и Арсений двинулся за ним.
Когда они вошли в комнату, столешница уже пылала. Дым начал распространяться по мастерской. Григорий Львович было бросился за водой, как Марк остановил его.
—Не нужно. — Марк взглянул на Арсения. — Твоя мастерская должна сгореть.
Горский побледнел еще сильнее.
—Зачем ты пришел, Марк? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Почему объявился спустя столько лет?
—Алиса в опасности. Большей, чем вы можете себе представить. Архиерей Валериан знает, кто она. И он не успокоится, пока последний огненный маг не будет уничтожен.
—Князь Воронцов защитит ее, — возразил Арсений. — Он смог ее найти и арестовать похитителей…
—Если за дело возьмется Братство, то никто не спасет Алису, — перебил Марк с горечью. — У них везде свои люди. В сыске, в магистрате, даже во дворце. Я вам все расскажу, сейчас нет времени.
И словно в подтверждение его слов, столешница затрещала и рухнула вместе со шкатулкой на пол. Огонь устремился к стене, охватывая ее пламенем, и заскользил дальше.
—Берите все, что можете унести, и бегите из мастерской! — велел Марк.
Арсений бросился в кабинет, Сахаров за ним. Первое, что схватил мастер, были чертежи. Он складывал их в кучу, а затем вручил Григорию Львовичу со словами:
—Поспеши, Гриша.
—А ты?
—Я заберу кристалл и за тобой.
—Почему императорские артефакты не сработали?
—Они пустые… в них нет заряда, — ошарашил ответом Арсений. — Видимо, шкатулка вытянуло все. Все, уходи!
Сахаров кивнул и со всех ног устремился прочь. Марк стоял возле стены и наблюдал за огнем. Затем поднял руку, и огонь, подчиняясь его приказу, замер на месте, давая возможность уйти Григорию Львовичу.
Марк взглянул на друга, и Сахаров отшатнулся. Зрелище оказалось слишком пугающим и завораживающим одновременно. В глазах друга горел огонь, кожа была объята пламенем. Григорий Львович не мог сдвинуться с места — настолько оказался поражен. Свет, идущий от Марка, притягивал. И Сахаров сам не понял, как оказался на коленях… чертежи выпали из его рук, когда он протянул их к огненному магу. В груди возрождалось удивительное чувство… горькое и в то же время такое дорогое. Его любовь к Елене Каравелла снова раскрывала крылья. Счастье окутало с ног до головы, улыбка расцвела на губах, когда огненный маг шагнул к Григорию Львовичу и жестко дернул его, поднимая.
—Поспеши, Гриша! Сгореть надумал? — жесткий крик Марка вывел Сахарова из наваждения.
Григорий Львович встрепенулся и поспешил на выход. Он бежал не оглядываясь, испугавшись, что снова потеряет голову, проглатывая горечь от несбывшихся надежд и утраты единственной любви. Поэтому Сахаров не видел, как Марк снова отпустил огонь, и тот с новой силой начал пожирать мастерскую. Арсений выскочил из кабинета, неся в руках кристалл и папки с записями. Мастер запнулся, прикрыв лицо рукавом, прячась от дыма. Кристалл выпал из его рук, и Арсений, вместо того чтобы поторопиться на лестницу, начал искать свое изобретение. Марк не успел даже крикнуть, когда горящая балка рухнула на Горского.