Страница 76 из 86
Кошмар почти закончился. Осталось спасти отца, и начнется новая жизнь, ради которой стоило гореть на костре.
* * *
Марина Алексеевна никогда в жизни так тщательно не собиралась на аудиенцию к императору. Она выбрала строгое темно-синее платье с серебряной вышивкой, а рыжие с проседью волосы уложила в высокую прическу, скрепленную фамильной брошью. Внешне она, как всегда, была спокойна, а вот внутри… бушевали ярость, страх, надежда. Пальцы сами собой сжали веер с такой силой, что хрустальные вставки жалобно скрипнули. Княгиня не могла поверить, что дело ее жизни разрушается на глазах. И кто во всем виноват? Проклятая девица Горская! Все с ней пошло не по плану! А потом еще Воронцов, ничтожный предатель, полностью сжег все мосты, когда лично допрашивал графа Строганова и советника Лебедева.
Беседа со священником в Нижнем Кроме так и не состоялась. Записывающее устройство пропало. А значит, архиерей Валериан останется чистеньким, а вот ей, Марине Алексеевне, придется вымаливать прощение у императора.
— Карета готова, ваше сиятельство, — доложил слуга.
И княгиня твердым шагом направилась к выходу. Ее уже предупредили, что император в страшном гневе. Закончили проверку складов с обсидианом. Недостача оказалась немаленькая, также обнаружились поддельные документы на вывоз камня. Арестовали чиновников, которые отвечали за хранение и торговлю обсидианом, выдачу лицензий на разрешение пользования. Взяточничество и кража процветали. Зато на бумаге все было красиво.
Но больше всего поверг Марину Алексеевну в отчаяние не арест чиновников и даже не арест графа. Лебедев. Вот кто мог потянуть за собой.
Экипаж остановился возле белоснежной мраморной лестницы императорского дворца императора. Тут же лакей открыл дверцу и помог княгине выйти. Она знала, куда идти, и никак не ожидала, что ее встретит один из чиновников особых поручений императора, высокий худощавый мужчина с пристальным взглядом.
— Ваше сиятельство, пройдемте за мной, — тихо сказал чиновник, пригладив черный ус.
Марина Алексеевна лишь кивнула. Она еле шла на дрожащих ногах по лабиринту коридоров мимо портретов прошлых императоров, мимо тяжелых портьер и золоченых канделябров. Артефактные свечи освещали им путь.
«Если бы император хотел меня арестовать, то сделал бы это сразу», — пыталась успокоить себя княгиня. Но внутренний голос ехидно замечал: — А может, его императорское величество жаждет увидеть ваши унижения?»
«Какая чушь! Я расскажу ему все… или почти все. И он простит меня. Ведь мои действия были направлены на сохранение магии».
Наконец чиновник остановился возле одной из тысячи дверей. Распахнул ее, приглашая княгиню войти внутрь.
— Извольте ожидать.
Марина Алексеевна вошла, оглядывая комнату в пастельных тонах. Ничего особенного. Диванчик у стены, два кресла рядом с камином, чайный столик, полка с книгами… Чиновник тихо прикрыл дверь, и княгиня услышала стук его шагов по пустому коридору. Пришлось набраться терпения и ждать.
Время шло. Минуты переходили в часы. За окном на город медленно опускались сумерки. Марина Алексеевна от переживаний ни есть ни пить не хотела. В мозгу билась единственная мысль, что император все уже решил и сейчас войдет усатый секретарь с охраной и ее арестуют.
Она подошла к закрытому окну, слегка отодвинула штору. Внизу, на дворцовой площади, зажигались фонари, и редкие прохожие торопились по своим делам, укутавшись в теплые пальто. Княгиня завидовала им, этим маленьким людям, которые не знали, что такое нести на плечах груз ответственности. Они жили, не подозревая, на что приходилось идти, чтобы сохранить магию в мире.
— Ваше сиятельство, — раздалось за спиной.
Княгиня вздрогнула и обернулась. На пороге стоял тот же усатый чиновник.
— Его императорское величество готовы вас принять. Следуйте за мной.
Княгиня выпрямилась, поправила колье. Руки дрожали, но она заставила себя успокоиться. Император проверял ее на прочность, только и всего.
Они снова шли длинными коридорами. Шаги чиновника гулко отдавались от мраморного пола, а Марина Алексеевна невольно думала, что каждый шаг приближает её к приговору.
Чиновник остановился перед высокими дверями с двуглавым орлом. Два гвардейца в парадной форме замерли по бокам, не глядя на княгиню. Чиновник постучал, дверь отворилась, и Марина Алексеевна шагнула внутрь.
Кабинет императора не был помпезным. Темные деревянные панели, массивный письменный стол, заваленный бумагами, камин, в котором потрескивали дрова. На стенах — карты, чертежи, несколько портретов. И ни одной лишней детали. Только строгая обстановка человека, который не терпит суеты.
Император стоял у окна, спиной к ней. Высокий, широкоплечий, в темно-зеленом мундире с золотым шитьем. Седые волосы, зачесанные назад, открывали широкий лоб. Он не обернулся, когда княгиня вошла, а она замерла у порога, не зная, куда деть глаза.
— Ваше величество, — хриплым от волнения голосом произнесла Марина Алексеевна.
— Княгиня Орлова, — слишком спокойно сказал император.
Она опустила голову, делая реверанс. Платье зашуршало по полу, и она замерла в поклоне дольше, чем полагалось по этикету.
— Садитесь.
Император указал на стул перед письменным столом, а сам опустился в кресло напротив.
— Вчера, — начал император, от его холодного взгляда княгиню бросило в дрожь, — следователь князь Воронцов, представил мне доклад о деятельности Ордена Черного Феникса. И знаете, Марина Алексеевна, я был потрясен. Нет, не тем, что мои подданные воруют, берут взятки. Увы, я уже привык к людской алчности. Меня потряс масштаб. И то, что во главе этой… организации стояла женщина, которую я знал много лет и которой доверял.
— Ваше величество, — княгиня вскинула голову, — позвольте мне объяснить…
— Что вы можете объяснить? — император перебил ее, и в голосе впервые прорезались жесткие нотки. — Как вы покрывали убийц? Как подкупали чиновников? Как захватывали родовые артефакты?
— Я делала это для блага империи! — вырвалось у Марины Алексеевны. Она сама не ожидала от себя такой смелости, но слова уже вылетели, и остановиться было нельзя. — Магия постепенно исчезает из нашего мира, ваше величество. С каждым годом работающих артефактов становится все меньше, и многие мастера уже не могут отремонтировать старые артефакты. Если ничего не делать, то через десять лет мы вообще останемся без магии. А что тогда? Наши враги не дремлют, ваше величество.