Страница 26 из 86
Глава 10
Утро в Нижнем Кроме встретило нас промозглым туманом, что стелился по земле густыми молочными клубами, превращая окрестности в декорации к страшной сказке. Я проснулась рано — сказывалось нервное напряжение и неудобная кровать. Параша еще спала, свернувшись калачиком на краю широченной хозяйской постели, и даже во сне ее лицо оставалось напряженным, а пальцы судорожно сжимали край одеяла.
Я бесшумно оделась, накинула теплый плащ и выскользнула в коридор. Гостиница уже гудела утренней жизнью: где-то хлопала дверь, слышались грубые голоса постояльцев, требующих завтрак, звон посуды и запах свежего хлеба из трактирной пекарни.
Воронцов стоял у окна в общем зале, держа в руках дымящуюся кружку. Он обернулся на мои шаги, и в его глазах мелькнуло что-то — то ли одобрение, то ли удивление, что я тоже поднялась ни свет ни заря.
— Доброе утро, Алиса Арсеньевна. — Он слегка склонил голову. — Выспались?
— Достаточно, ваше сиятельство. — Я подошла ближе, принимая из рук подскочившей служанки горячий травяной чай. — Как обстановка у портала?
— Журин уже там. — Князь указал подбородком в сторону окна, за которым угадывались очертания черной арки. — Техники работали всю ночь. К полудню обещают запустить.
— Хорошо, значит, до темноты будем в Мирограде. — Я сделала глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу. — Ваше сиятельство, у меня к вам просьба.
Он вопросительно приподнял бровь.
— Расскажите мне все, что знаете о Волынских. Моя бабушка Анна принадлежала к этому роду. Помните? — Я поставила кружку на подоконник.
Воронцов помолчал, глядя в окно на клубящийся туман.
— Знаю немного, — наконец произнес он. — Древний род, почти угасший к началу века. Волынские всегда держались особняком — не участвовали в придворных интригах, не искали богатства. Их считали… странными. Хранителями старых знаний, которые никому не нужны в новом мире. — Он повернулся ко мне. — Ваш дед, Петр Лукич, получил усадьбу за заслуги перед императрицей. Брак с Анной Волынской, наверное, казался ему удачным способом придать роду древности. Но я подозреваю, что Волынские согласились на этот союз совсем по другим причинам.
— Каким? — Я затаила дыхание.
— Не знаю точно, — князь покачал головой. — В тех кругах, где мне доводилось вращаться, о Волынских говорили, что они умели… ощущать магию там, где другие видели лишь пустоту. И обсидиан — камень, который они хранили и изучали, — был для них не просто минералом.
— Спасибо, ваше сиятельство. — Я взяла кружку, чувствуя, как кулон под платьем снова пульсирует слабым теплом. — В архиве я бы хотела почитать о Волынских.
— Там есть специальный отдел об угасших родах, — кивнул князь.
А я вспомнила, как читала дома в пятом томе «Хроник Угасших Родов» о фениксе, несущем в когтях меч. Знак Ордена Черного Феникса. Невольно дотронулась до кулона, размышляя, как же мне необходима встреча с Тем, Кто в Тени. Я была уверена, что он знает обо мне все. Моя огненная магия для него вовсе не секрет, и он пытался меня спасти. И снова я слышала взволнованный голос Григория Львовича: «Это от Того, Кто в Тени. Он верит в тебя, как верил в свою сестру. Поймешь. Потом все поймешь. Верь мне…»
«В свою сестру…» У меня было лишь одно предположение — это дядя Марк. Все сходилось. Сестра — моя мама, Григорий Львович близко знал семью Каравелла. Но имелась одна немаленькая нестыковка — мой дядя был… мертв.
Я сделала еще один глоток и взглянула на молчаливого князя. Он смотрел на мои пальцы, которые продолжали прикасаться к «Сердцу Феникса», и через плотную ткань платья я ощущала приятное тепло. Грудь сдавило от плохого предчувствия. Я убрала руку, ощутив невольный страх. «Не забывай, он работает на Орден. И пусть ведет свое расследование и подозревает Черный Феникс в убийстве брата, нет никаких гарантий, что Максим не предаст меня. Снова».
Портал запустили ровно в полдень. Очередь, изрядно поредевшая за ночь, оживилась, люди хватали узлы и детей, стремясь занять места. Но Воронцов, как и обещал, воспользовался правом дворянства — и нас пропустили вперед, под недоумевающие и недовольные взгляды остальных.
Переход через портал всегда вызывал у меня странные ощущения — смесь щекотки и легкого головокружения, словно тело на миг становилось невесомым, а потом снова обретало вес. Синие искры вспыхивали перед глазами, и вот мы уже стояли на другой стороне, в просторном зале Мироградского портала, где суетились чиновники, носильщики и встречающие.
Столица встретила нас серым небом и мелкой моросью. Но даже сквозь эту пелену угадывалось величие города: широкие проспекты, уходящие вдаль, трехэтажные здания с затейливыми фасадами, артефактные фонари, которые днем не горели, но казались изящными украшениями.
Князь отправил Журина нанять экипаж, а сам держал под уздцы коня и ласково гладил его морду. Параша стояла рядом. Испуганно озираясь по сторонам, она неосознанно жалась ко мне, прижимая к себе сумку. Нескончаемый поток людей, в котором можно было легко затеряться, пугал служанку. Сзади стояли двое грузчиков с моим сундуком и тихо переговаривались, что в дождь надо было у господ запросить плату побольше.
Наконец появился охранник.
— Ваше сиятельство, Алиса Арсеньевна, — Журин подошел к нам. — Я нанял экипаж до «Трактира Ветра».
— Отлично. — Воронцов помог мне забраться в карету, Параша устроилась напротив. Потом я услышала голос князя: он командовал грузчиками, а после мы тронулись в путь по мокрым мостовым Мирограда.
Я смотрела в окно, стараясь запомнить дорогу. Город жил своей обычной жизнью: важные господа в цилиндрах спешили по делам, дамы под зонтиками прогуливались по бульварам, мальчишки-газетчики выкрикивали свежие новости. Экипажей здесь было намного больше, чем в Нижнем Кроме.
«Трактир Ветра» оказался солидным, респектабельным заведением для людей с достатком. Когда я вышла из экипажа и ждала, пока Воронцов и Журин передадут слуге коней, дверь распахнулась и на крыльце появился Григорий Львович. Лицо его выражало такую бурю чувств — облегчение, тревогу, радость, — что я невольно улыбнулась. За спиной папиного друга маячил Юрка.
— Алиса! — Сахаров бросился ко мне, схватил за руки, сжал до боли. — Жива, здорова… Слава Творцу! А мы тут с Арсением места себе не находим. Этот портал… эти новости… — Он осекся, взглянув на Воронцова, и его лицо мгновенно приняло настороженное выражение. — Ваше сиятельство.