Страница 4 из 39
— А столовая? — решила я сразу уточнить. Через пятьдесят минут мне нужно было быть там.
— На минус втором этаже, — ответил он.
«Как в фешенебельном отеле, всё включено», — подумала я про себя.
— Учебный корпус — левее. Переход расположен на втором этаже.
— Спасибо, — тихо ответила я. В принципе, он сказал всё, что мне нужно было знать. Дальше, думаю, смогу разобраться сама — или спрошу у кого‑нибудь, если здесь вообще хоть кто‑то есть. На данный момент казалось, что мы одни во всей Академии, будто она вымерла или ещё не проснулась окончательно.
Мы остановились у зелёной двери. Таких дверей на этаже было около пары десятков — все одинаковые, только таблички с номерами. Мрачный мужчина протянул мне ключи: один — для постоянного использования, на длинном шнурке, и пару запасных — на металлическом кольце. После чего очень быстро удалился, почти растворился в полутёмном коридоре, не проронив больше ни слова.
Я глубоко вдохнула и, вставив ключ в замочную скважину, повернула его. Дверь со слабым скрипом открылась, впуская меня в новое пространство — мою комнату в Академии.
Комната оказалась небольшой, но с отличным ремонтом. Несмотря на дурацкие правила, здесь учились дети очень платёжеспособных родителей, и это чувствовалось в каждой детали. Светлые стены, светло‑серый ковролин, большая кровать с мягким матрасом, массивный деревянный стол со стулом. На столе аккуратно лежали учебники, тетради, ручки и ноутбук — скорее всего, без доступа в интернет. Рядом стоял маленький холодильник с запасом дорогой питьевой воды и парой упаковок фруктовых соков.
Справа и слева от кровати располагались две двери. За одной скрывалась мини‑гардеробная — туда я и завезла свой огромный, но теперь полупустой чемодан. За второй дверью находилась небольшая ванная комната: компактная, но уютная, с небольшой ванной и душевой кабинкой, отделанной матовым стеклом. Для учебного заведения — пусть даже платного и очень дорогого — комната была на удивление хороша. Я представляла, что всё будет гораздо хуже.
Я подошла к окну, которое выходило на лес. Открыв его, я запустила в комнату свежий, но тёплый воздух. Хвойный запах, примешанный к аромату влажной земли, пробрался внутрь, и я почувствовала себя на удивление… живой. Не счастливой — ещё нет, — но хотя бы в этот момент свободной, несмотря на строгие правила. В тот миг мне казалось, что я смогу их соблюдать, что они не станут преградой. Но как же я ошибалась…
Над письменным столом на доске для заметок было приколото моё расписание. Сегодня по плану у меня были занятия по латыни, истории, экономике и генетике. Набор предметов показался мне немного странным: если латынь как‑то, вязалась с генетикой, а история — с экономикой, то между собой эти дисциплины не складывались в единую картину. Но все эти предметы я уже изучала — разве что в генетику раньше не углублялась. Возможно, это будет интересно и мне даже понравится.
Переодевшись из дорожного костюма в более лёгкое чёрное платье по погоде, я собрала учебники и тетради по списку в вместительный рюкзак из изысканной телячьей кожи — он висел на спинке стула, "подарок от заведения". Рюкзак оказался неожиданно тяжёлым, но удобным, с множеством карманов и отделений. Я проверила, всё ли на месте, и вышла из комнаты за десять минут до начала завтрака.
В коридорах стало людно: из комнат выходили и девушки, и парни. Все были одинаково одеты в чёрное — и одинаково дорого. Интересно было то, что на одном этаже жили и парни, и девушки — никакого гендерного разделения. Скорее всего, это было связано с правилами: «никаких чувств, никаких отношений и связей».
Нервно покрутив помолвочное кольцо на пальце — которое я всё‑таки решила не снимать, — я подошла к лифту. Около него уже стояла небольшая кучка студентов: три девушки и два парня. Они бросали на меня заинтересованные взгляды — смотреть здесь, видимо, не запрещалось, чем парни успешно пользовались. Мне было немного не по себе от их взглядов. Я знала, что я симпатичная, даже красивая — когда мы с мамой куда‑нибудь выходили, на меня всегда обращали внимание парни и мужчины. Но я никогда не заостряла на этом внимания — до сегодняшнего дня.
А всё потому, что блондин, который зашёл с нами в лифт, громко произнёс, наградив меня двусмысленным взглядом с ног до головы, а потом сразу же в обратном порядке, неприлично долго задержавшись на моей груди:
— Новенькая, — хмыкнул он.
Я в ответ только кивнула. Он мило улыбнулся и подмигнул. К моему счастью, лифт остановился на минус втором этаже, и, к моему облегчению, все мои попутчики вышли и быстро растворились в толпе.
Ровно в восемь, когда двери столовой открылись, я вместе с толпой студентов зашла внутрь. К моему удивлению, столовая была больше похожа на элитный ресторан: много столиков, белоснежные скатерти, тяжёлые бархатные занавески на окнах, но без официантов. Длинная шведская линия тянулась вдоль всей стены, и, хотя ассортимент повторялся, выбор был очень неплох: свежие круассаны, яичница, омлеты, фрукты, йогурты, несколько видов кофе и соков.
Я взяла себе кофе и яичницу с круассаном, стараясь не привлекать лишнего внимания. Пробираясь через очередь из студентов, я выбирала, куда присесть. Почти все столы были заняты. Я добралась до стены и заметила свободное место за массивной колонной. Но, увы, когда я подошла ближе, туда уже успели сесть две девушки.
— Присаживайся с нами, ты, видимо, новенькая, — увидев моё замешательство, произнесла яркая блондинка и жестом пригласила меня присесть.
— Спасибо, — тихо сказала я. К моему стыду, я очень стеснялась общества незнакомых людей — особенно в такой обстановке.
— Я — Лиза, — сказала мне вторая девушка. У неё были короткие тёмные волосы и спокойный, тихий голос, который сразу вызывал доверие.
— А я — Катя, — подхватила блондинка. Она, напротив, была живой, энергичной и очень звонкой.
— Я, Анна, — ответила я и, вспомнив про правило «никаких фамилий», поспешно добавила: — Просто Анна. Да, новенькая. По мне, наверное, легко догадаться.
— Не то, чтобы легко, — улыбнулась Катя, — просто видно, что ты нервничаешь. Взгляд бегающий, пальцы теребишь.
— И не знаешь, куда сесть, — подхватила Лиза, мягко кивнув в сторону зала. — У всех здесь уже есть свои места, свои компании. Новички обычно мечутся между столиками, пока кто‑то не проявит инициативу и поэтому мы вас сразу идентифицируем.