Страница 35 из 39
Учёба в Академии уже должна была закончиться, и все мои друзья наверняка уже были дома. Я хотела написать Кате и узнать, что было потом, когда я ушла: прочитал ли Максим моё письмо, отдал ли его вообще куратор, как Академия существовала без меня — все ли грустили по мне или же всё было как обычно. Я хотела знать, как переживал наше расставание Максим: продолжил ли он искать информацию обо мне или переключился на другую девушку. Рука постоянно тянулась к тому листочку, который дала мне Катя. Но было одно большое «но»: я не знала, что буду делать с тем, что узнаю у неё, и была ли в этом необходимость.
Как‑то случайно я узнала, что отец стер обо мне всю информацию в интернете — якобы перед свадьбой, чтобы журналисты ничего не нарыли. Но я знала, что причина была в другом: он боялся, что ошибся в своих убеждениях и что Макс ищет меня. А если он и правда искал, то как он бы мог меня найти? А может, он и не искал…
Впервые я вышла из дома на примерку свадебного платья — своего первого и, наверное, последнего. Это должно было поднять мне настроение, но этот приём не сработал. Так как у меня не было ни подруг, ни мамы рядом, на примерку я приехала вместе с организатором свадьбы.
Это было ужасно. В других примерочных слышался девичий смех и звон бокалов, а я стояла почти одна в платье, которое стоило огромных денег, но счастья мне не приносило. Да, шампанское у нас тоже было, и даже клубника в шоколаде, которая напоминала мне о Максе — он приносил её мне каждую неделю. Так что я была не совсем одна: со мной были воспоминания.
Платье было красивым: с атласом и кружевом, корсажем и струящейся юбкой. Я смотрела в зеркало и пыталась привыкнуть к новому статусу. Я представляла что в этом платье выхожу замуж за Максима, как он кружит меня в нашем первом танце, как мы целуемся у всех на веду, но это могло произойти только в моей голове, в моем мире, где нет никаких условностей и дурацких правил.
— Вы очень красивая невеста, Анечка, только немного грустная, — сказала Марина Александровна, свадебный организатор. Она назвала меня так, как иногда это делала моя мама. Нет, она не пыталась её сейчас заменить, но она знала, что я бы хотела, чтобы мама была здесь, рядом.
— Предсвадебный мандраж, наверное, — поддержала я светскую беседу.
— Не только у вас, но это нормально. Вы с Алексеем в надёжных руках, — попивая шампанское, проговорилась она.
— У кого ещё? — смотрела я ей прямо в глаза. — Мандраж?
— Ни у кого, — отвела она глаза.
— Марина Александровна, не лгите мне. Не здесь, — спускаясь с подиума и шурша дорогой тканью, настаивала я. — Что вам известно?
— Да ничего такого, — снова отвернулась она. — Ладно, но только по секрету, да? Словно мы с вами, Анна, подружки, — я закивала в ответ. — Я краем уха слышала, что ваш жених, ну, мягко говоря, не очень в восторге от свадьбы. У них там дома скандал.
— Это не удивительно, если честно, — немного разочаровавшись, присела я на кресло. — Нас ведь не по любви женят. Но вы и так об этом знаете.
— Да, работа у меня такая. Но это ничего. Как говорится, «лучше плакать в лимузине, чем в автобусе», — с улыбкой сказала она. — У вас будет шикарная свадьба. Вы познакомитесь с женихом уже через пару дней, и вдруг между вами вспыхнут чувства?
— Не вспыхнут, — тихо констатировала я и пошла переодеваться в своё. На этом примерка была окончена.
По дороге домой я зацепилась за то, что услышала от Марины Александровны: жених тоже протестует. А что, если это шанс? А что, если нам удастся поговорить и объясниться? Возможно, его сердце тоже занято. А что, если он поймёт меня, и мы вместе что‑нибудь придумаем? Сможем донести до родителей, что это не то, что нам сейчас нужно. Точно, нам нужно объединиться с ним. Это должно помочь — ну или хотя бы нужно попробовать.
Отец сказал, что торжественная помолвка состоится через пару дней. До её начала надо будет с Алексеем переговорить, хотя я даже не знаю, как он выглядит сейчас. В интернете я ничего не нашла, только то, что он — единственный сын промышленного магната, получил хорошее образование и участвовал в гонках. Но я могу попросить Марину Александровну, и она устроит нам встречу. Мне должно хватить пары минут, чтобы объясниться.
Впервые за долгое время я смогла задышать полной грудью. Мне очень нравился мой план. Только что будет дальше, если свадьбу отменят? Буду ли искать Максима? Отец точно мне этого не разрешит и не поможет. Но хотя бы я буду честна сама с собой и с Алексеем, а там посмотрим.
Придя домой, я даже впервые на радостях перемерила штук двадцать платьев, решая, что надеть на нашу решающую встречу с женихом, которая подарила мне надежду.
После ужина в дверь постучали.
— Слушаю, — ответила я, всё продолжая разбирать свою гардеробную.
— Анна, к вам гость, — послышалось из‑за двери. Мне сообщил это охранник сегодняшней смены. — Анна, вы слышите меня?
Я впала в ступор: кто может приехать ко мне? Я ждала только одного человека, но разве так бывает? Если только в сказке… А если вот она — моя сказка?
— Иду! — прокричала я в ответ спустя полминуты тишины.
Я вскочила на ноги, врезалась в дверной косяк и, на скорости открывая дверь — буквально вырвавшись из комнаты, — побежала вниз по лестнице.
— Анна, подождите! — остановил меня охранник. «Нет‑нет, не порть, пожалуйста, этот момент, не останавливай меня!» — пронеслось у меня в голове. — Вы даже не спросите, кто?
— Кто? — тихо спросила я, с ужасом медленно разворачиваясь в сторону охранника. Я не хотела слышать ответ. Я была уверена, что он назовёт кого угодно, только не Макса, потому что я уже взрослая девочка и мне уже давно надо перестать верить в сказки.
— Алексей Воронов, — это имя прозвучало как раскат грома.
— Нет! — закричала я. — Нет! — продолжала я повторять. — Он всё испортил! Зачем он пришёл? Зачем? Ведь всё должно было быть по‑другому! Я не хочу его видеть! Передайте ему что‑нибудь типа: «Я заболела, отравилась, не знаю… У меня температура, мы с ним всё равно скоро увидимся, а сейчас я не готова. У меня вирус, да, кашель сильный!» Мой хаотичный поток слов напугал не только меня.
— Что ему сказать? — пытался узнать причину моего отказа охранник. — Он очень настаивал. Он сказал, это важно.
— Нет, я сказала — нет! — прокричала я в его сторону. — Простите меня.