Страница 81 из 111
Ну конечно! Грюнштейн имел доступ к послужному списку Егупова, Грюнштейн смог выяснить подробности дела Ладыженских, Грюнштейн знал много такого, что простому солдату узнать неоткуда, Грюнштейн всеми силами рвался свести знакомство с приближёнными Елизаветы Петровны и в конце концов принудил Алексея ввести его в Смольный. А ещё Грюнштейн был участником организации памятной встречи Елизаветы с Шетарди и Нолькеном, тогда в июле.. Всё сходится. Это Грюнштейн — шпион Ушакова.
* * *
[3] вакансию
* * *
Вернувшись в казарму после праздничной литургии по случаю Рождества Пресвятой Богородицы, Алексей застал там графа. Встревоженный Владимир привёз письма — одно от Лизы, второе от неизвестного анонимуса.
Графу едва удалось уговорить перепуганную Лизу не сопровождать его. Филипп тоже рвался в столицу, но его убедить оказалось проще, Владимир просто объяснил, что, если князя узна́ют фискалы, в опасности окажется не только он сам, но и те, кто будет находиться рядом.
И теперь, сидя на солнечном пригорке саженях в пятидесяти от казарменных изб, Алексей уже по пятому разу перечитывал странную записку. Буквы крупные, угловатые без завитушек, без наклона, будто не рукой писаны, а отпечатаны в «Ведомостях», верно, тот, кто писал, хотел скрыть почерк. «Елизавете Ладыженской» — стояло на обороте.
— Тебе нужно уехать! — в третий раз повторил Владимир.
Алексей раздражённо дёрнул подбородком.
— Бросить жену с ребёнком и сбежать?
— Взять их с собой.
— Куда, Володь? Где я могу скрыться? У тебя в имении или у Филиппа? Сам подумай: письмо принесли в дом князя, значит, его автор знает про нашу дружбу. А знать об этом могут очень немногие. Тебя же и вовсе весь полк видел, ты и на манёвры со мной ходил, и к Елизавете.
Владимир насупился.
— Уезжай в Тверь!
— Это не поможет, раз знают про Филиппа, будет надо — найдут и в Твери.
— Что же делать? Нужно же что-то делать! — Владимир сердито ударил себя ладонью по колену.
Алексей хмуро пожал плечами.
— Ничего не нужно.
Он был уверен, что знает автора письма. Одно было непонятно, зачем его послали? Не затем ли, чтобы удалить из столицы?
— Тебя арестуют!
— Думаю, сие маловероятно. — Он задумчиво покачал головой. — По большому счёту им нечего мне предъявить..
Владимир обернулся и в недоумении уставился на него.
— Как?! Ты же в розыске!
Невдалеке сипло заголосил петух, и Алексей вздрогнул от неожиданности.
— Говорят, герцогиня Анна очень сочувственна к тем, кто пострадал от интриг Бирона. А других прегрешений за мной не водится. — Алексей помолчал. — И вообще, кажется, я знаю, чьих рук это дело. И если я прав, то Тайная канцелярия мне не грозит, во всяком случае сейчас. Но если хочешь помочь, попробуй удалить Лизу с Сашей, Элен и князя из Торосово. Хорошо бы отправить их в Тверь. А я покуда попытаюсь решить эту докуку.
* * *
Ехать в Тверь Лиза отказалась наотрез. Филипп отводил глаза и всё повторял, что будет лучше провести зиму в Твери, но когда Лиза впрямую спросила, велика ли опасность, угрожающая Алексею, князь, заалев скулами, заверил, что опасности нет вовсе никакой и письмо то писано людьми, которые просто хотят удалить её мужа из столицы.
Однако на робкие вопросы, когда они, наконец, вернутся в Петербург, Филипп хмурясь отвечал, что пока это невозможно, да и ни к чему, поскольку идёт война и Алексей плотно занят на службе.
Но несмотря на заверения зятя и письма, в которых Алеша также убеждал, что опасности нет, тревога не оставляла. Отчего-то не покидало чувство, что она знает нечто очень важное, знает, но никак не может выдернуть это знание из глубин памяти. Иногда казалось, что смутное ощущение вот-вот оформится в чёткий ясный образ, но тот так и не появлялся. Лиза измучилась, пытаясь угадать, где прячется воспоминание и найти его. Днём она впадала в задумчивость настолько, что порой казалась спящей с открытыми глазами, ночью же, напротив, не могла уснуть.
— Лиза! Ты скоро впадёшь в спячку, как медведь!
Лиза с неудовольствием взглянула на сестру. Как бывало уже не раз, ей показалось, что долгожданная мысль была совсем близко, и голос Элен спугнул её.
— Ты же вот-вот заснёшь над пяльцами! — продолжала та. — Впрочем, оно и понятно, здесь и летом-то не слишком весело, а осенью и вовсе тоска смертная!
— И как это ты прожила в такой глуши почти семнадцать лет, — не удержалась Лиза.
— Тогда я не знала, что есть другая жизнь, да и никто, кроме тебя, мне был не нужен, — рассмеялась Элен. — А нынче здесь просто сонная одурь! Главное, и соседей поблизости никаких нет. А давай завтра съездим к Володе? Он нынче увлёкся ловчими птицами, собирается по первому снегу соколиную охоту устроить.
— Съезди, конечно.
— А ты?
— А мне не скучно.
— Ну да, — Элен смешно наморщила носик, — оно и видно.. То-то ты спишь на ходу. Слушай, а может, пригласить к нам фрау Феерман? Филипп мне сам предлагал позвать её и выбрать что-нибудь из новых тканей. У неё и новые фасоны наверняка есть..
— Ты снова получила послание от своей портнихи? — рассеянно проговорила Лиза.
— Нет. Она мне прислала только одно письмо, но раз она помнит обо мне, быть может, согласится приехать к нам сюда?
Неуловимая мысль трепыхнула крылышками совсем близко, и Лиза невольно схватилась за висок. Что? Что укололо её сейчас? Что она услышала в праздной болтовне скучающей Элен?
Резко ударило сердце и мгновенно пересохло в горле.
— Ты сохранила то письмо?
Элен взглянула удивлённо.
— От фрау Феерман? Да, лежит где-то в будуаре..
Мельком отметив, что сестра назвала их прежнюю девичью горницу модным словом «будуар», Лиза попросила:
— Можешь дать его мне почитать?
— Конечно. — Кажется, ей удалось удивить Элен по-настоящему.
Почерк у фрау Феерман был аккуратный, чёткий, буквы округлые, без украшений и витиеватых росчерков. Лиза разочарованно отодвинула два бумажных листа, что держала в руках — ничего общего. Что ещё? Письма писаны на недорогой простой бумаге. Оба листа были небольшими, наверное, половинки от стандартного. Но это ни о чём не говорит. Многие разрезали бумагу из экономии, если писали не слишком пространное послание.
Лиза повертела в руках письмо, адресованное Элен. Ну да, вот след ножа для бумаги. Кажется, он был не слишком острый — в одном месте срез слегка размахрился, в другом пошёл чуть вкривь..