Страница 15 из 41
Мир становится каким-то тусклым, словно его присыпали тальком, а моё новое тело покидает кабинку. Выходит в общий коридор, в котором, по случаю важного события, ни души.
Я (или правильнее сказать «мы»?) с самым невозмутимым видом разворачиваюсь. Иду уже знакомым маршрутом на верхние этажи.
Народу в здании немного, и меня совершенно не замечают.
Из занятного – навстречу попадается компания знакомых девиц во главе с Мирабель, и я слышу хмурое:
– Нет, вы вообще видите, что творит эта Рэйдс?
– Конечно, – недобро отзывается её крашеная подружка. И уже кривясь: – Вся академия видит. Сам лорд Дрэйк приносит Алексии кофе!
Пауза. Мы уже разминулись, но следующую фразу Мирабель я расслышала:
– Нам нужно помириться и подружиться с Алексией. Иначе точно куда-нибудь сошлют.
– Могут, – безрадостно согласилась ещё одна девушка. – Она вертит Дрэйком как хо…
А вот теперь обрыв, и я нафырчала на Арти за то, что не остановился.
«Да что они могут сказать, Алексия? И какое тебе дело до планов этих девиц?»
Дела действительно не было – на данном этапе неприятные аристократки не опасны. Будут ли они опасны в дальнейшем – покажет время. Вот тогда и разберусь.
А моё тело добралось до лестницы и начало подниматься по ступеням… Вверх, вверх, и ещё выше. До самого административного этажа.
Тут, к моей тихой радости, можно было пускать перекати-поле. Эрон принял привычную полупрозрачную форму, уверенно повёл вперёд.
Мы вошли в пустую приёмную, после чего я пронаблюдала новый магический финт – то самое проникновение со взломом. Я такого заклинания не учила, но Арти всё равно справился. Снова были магические линии, какие-то сложные структуры и ощутимое проседание резерва. Зато в двери, с которой соприкоснулось заклинание, щёлкнуло, а сама дверь ничем не полыхнула. После этого мы просочились внутрь.
Мы договорились действовать быстро, и за тем как Арти с Эроном вскрывают секретную панель, я, можно сказать, не следила. Активация заключённого в какую-то сложную металлическую рамку большого кристалла тоже прошла мимо меня.
Зато я чётко расслышала последовавшую за этой активацией фразу призрака:
– Вот этот рычажок сломай.
– Да легко! – отозвался… ну, собственно мой, голос.
По полу прокатилась какая-то дрожь, Эрон удовлетворённо крякнул, а вытесненная на периферию я старательно пыталась сообразить – за что такое важное зацепилось моё внимание? Я ведь что-то в этом кабинете увидела. Что-то, что очень меня привлекло.
– Всё. Уходим, – скомандовал призрак, и Арти развернулся.
А я…
«Стой!» – воскликнула мысленно.
Арти тут же застыл.
«Осмотрись, пожалуйста,» – попросила я.
«Зачем? – не понял артефакт. – Полагаешь тут есть что-то важное?»
Я не знала.
Но Арти начал медленно водить головой, разглядывая детали интерьера. Когда в поле зрения попала настенная полка, на которой были выставлены в ряд какие-то гравюры, я выдохнула:
«Оно».
Мы замерли вместе – и я, и управляемое ключевым артефактом тело, и сам Арти. Гравюры были заключены в рамки и стояли в этаком беспорядке, но первая из них просматривалась слишком хорошо.
Это был человек со вскинутыми к небу руками. Мужчина был облачён в нечто тёмное и бесформенное, а во лбу, в районе «третьего глаза», располагался овальный, выпуклый кристалл.
Даже не фотография, простой рисунок, но я опознала сразу.
«Арти,» – выдохнула чуть слышно.
Тот резко посерьёзнел и, указав на гравюру, спросил у призрака:
– Это что?
– Изображение жреца Первохрама, как понимаю, – отозвался тот и тоже застыл.
Дедушка, в отличие от ключевого артефакта, знал штуку в моей руке только по описаниям, но тоже догадался.
– Алексия, это оно? – прошелестел призрак. – Серьёзно?
– Точно оно, – ответил за меня Арти.
Эрон издал протяжный изумлённый стон. Потом всё-таки выпалил:
– Око? Вы уверены?
– Абсолютно, – отозвался Арти, и в этот момент где-то в отдалении грянули трубы, подавая этакий торжественный сигнал.
Пауза, и Эрон простонал опять:
– Алексия…
А взгляд Арти зацепился за следующую гравюру. Там тоже было нечто явно связанное с «оком». Я предложила подойти, аккуратно снять гравюры и как следует рассмотреть.
Ответ не порадовал:
«Не успеем, Алексия. Твоего резерва не хватит».
«Так верни мне контроль над телом, сними маскировку, делов-то!»
«Если сниму, на тебя среагируют нити защитного контура, – ответил сообщник. – Ты их сейчас не видишь, а они есть».
Теперь застонала уже я. Зато решение приняла мгновенно:
«Валим!»
Когда мы уходили, Арти прикрыл дверь, и там опять щёлкнуло. При этом снова ничего не полыхнуло, а Эрон прокомментировал довольно:
– Чисто сработали. Какие молодцы.
И через пять минут, когда Арти, под той же маскировкой, торопливо «вёл» к арене:
– Знаете, а с вами приятно иметь дело. Будь у меня такая команда во времена молодости…
– Лучше скажи как пройти в ложу пурпурного факультета, – перебил артефакт.
Резерв заканчивался, а «источник питания» силами Арти отчего-то не переключался. Словно эта переключалка завязана исключительно на меня.
– Конечно скажу!
То же время, арена при Столичной академии
*
Дрэйк стоял на поле и внимательно смотрел на трибуны. Они ломились от зрителей, все были возбуждены.
Участники боёв готовились в раздевалках, над самой ареной мерцал магическими всполохами защитный купол.
Ещё и день выдался солнечным, без тени непогоды… Казалось – стой и радуйся! Но имелся в этой картине один крайне неприятный элемент.
Все сектора и ложи были заполнены, но одна пустовала. Ложа пурпурного факультета – в ней сидело всего-то восемь человек.
Три девушки и пятеро не допущенных, в том числе по причинам плохой успеваемости, парней. Остальные студенты собирались сражаться и должны были подниматься в ложу после своих выходов.
Алексии Рэйдс среди сидевших в ложе девушек не было.
Её не было!
Дрэйк не знал что думать, да и злиться уже не мог.
Тот факт, что от Алексии можно ожидать чего угодно, напрягал и подстёгивал. Дрэйку пришлось стискивать зубы, чтобы не рычать.
Но вот пропели трубы, а судьи, сидевшие отдельно от остальных, встрепенулись. Высокий лорд отступил и махнул распорядителю. Тот объявил первых бойцов.