Небесный город

4. Ахилья

Когда Ахилья и Наиля подошли к внешнему лабиринту, остальные уже ждали их. Младший архитектор проложила путь прямо от храма, но им обеим пришлось остановиться, чтобы Наиля сменила униформу на одежду, лучше подходящую для джунглей. Теперь на ней была более короткая курта, очень похожая на курту Ахильи, а длинные волнистые волосы были собраны в аккуратный узел. Вместе они поспешили во внешний лабиринт, к Дхруву и Оаму, пробираясь сквозь густые заросли ежевики.

Там, где раньше была терраса Накшара, теперь раскинулась тенистая роща с высокими деревьями и мягким, пружинящим под ногами мхом. Вечерний солнечный свет падал между деревьями, окрашиваясь в полупрозрачные оттенки зеленого. Высоко в ветвях щебетали и пронзительно кричали городские птицы. Возможно, все это выглядело мирно, но Ахилья застыла как вкопанная, пораженная такой знакомой картиной, что сердце у нее чуть не выскочило из горла.

Поляна так сильно напоминала ту самую рощу, где они с Ираваном поссорились несколько месяцев назад. В следующее мгновение она вспомнила нежный занавес из жасмина у входа в храм и то, как он смотрел на нее, такой холодный, такой непреклонный. Наверное, это он построил внешний лабиринт. Это было очень на него похоже – знак для нее без слов, мрачное извинение. Дыхание у Ахильи участилось, и она почувствовала себя неловко, как будто неожиданно столкнулась с ним лицом к лицу. Вина давила на плечи.

Материальные узы всегда имели решающее значение для траектирования архитекторов, и их очевидным признаком был здоровый брак. А Ахилья оставила Иравана, зная об этом. Ее поступок был порожден холодной яростью, но до сих пор у нее в памяти всплывало, как он хватает свою одежду и уходит после ссоры. Он так долго наказывал ее молчанием, хотя она не сделала ничего плохого. Немного взбунтовалась. Но чем был ее маленький бунт по сравнению с его? И теперь они ходили кругами, злясь друг на друга. Она уже не могла вспомнить, было ли так всегда. Желудок у нее скрутило от растерянности и гнева.

– Ахилья, – позвал Дхрув, ворвавшись в ее мысли. – Иди сюда.

Она моргнула и отвела взгляд от рощи, повернувшись к нему. Высокий и долговязый, в очках в тонкой оправе, Дхрув выглядел непревзойденным гелиотехнологом. Его курта в желтую полоску переливалась в последних лучах заходящего солнца. Он указал на блестящие устройства в сумке, стоявшей у его ног.

Ахилья сглотнула и подошла к нему. Наиля уже присоединилась к группе, поворачиваясь туда-сюда, поправляя ремни рабочего снаряжения, надетого на нее Дхрувом. Еще один участник экспедиции стоял, прислонившись к дереву, и наблюдал за происходящим с непринужденным весельем, ремни его снаряжения были расстегнуты и просто висели.

– Оаму нужна помощь, – сказал Дхрув. – Помоги ему, пожалуйста, пока я закончу с Младшим архитектором.

Ахилья глубоко вздохнула. Роща, казавшаяся такой знакомой, воспоминания о ссоре с Ираваном, наступающие сумерки – все это, словно сговорившись, усиливало ее дурные предчувствия. Но сейчас она не могла позволить себе отвлекаться. Сейчас значение имела только экспедиция. Ахилья ждала ее слишком долго, боролась слишком упорно.

Она кивнула Дхруву и заставила себя вернуться в

эту

рощицу и сосредоточиться на том, что она представляет собой на самом деле, а не на том, что она ей напоминает. Рядом с гелиотехнологом стоял Оам, на лице которого при ее приближении расплылась порочная улыбка. Он широко раскинул руки, словно приглашая Ахилью броситься в его объятия. Ростом он был с Ахилью, а по возрасту – ровесником Наили. На нем до сих пор был костюм медбрата из лазарета, но он хотя бы собрал дреды в хвост в качестве уступки ради экспедиции. Когда Ахилья протянула руки к ремням его снаряжения, он заулыбался еще шире, и выражение его лица навряд ли можно было назвать уважительным.

Ахилья сдержала унижение, волной накатившее на нее, и ответила натянутой улыбкой. Не стоит обманываться: Оам рвался в экспедицию из-за увлечения ею, а не ради исследований. Но со временем он станет ее первым настоящим учеником и вторым археологом Накшара. Ее работа будет продолжаться и после завершения ее жизни. Она должна быть благодарна, что совет вообще позволил ему сопровождать ее.

Оам опустил руки, когда она затягивала на нем ремни. Его пальцы проникли в ее сумку, и, прежде чем Ахилья успела отреагировать, он вытащил ее гелиопланшет и начал свайпить, просматривая заметки.

В Ахилье вскипело раздражение, но она глубоко вздохнула, заставив себя успокоиться. В любом случае она собиралась отдать планшет Оаму в джунглях, потому что его единственная обязанность во время этой экскурсии заключалась в том, чтобы зарисовать якшу-слона, которого они выслеживали. Краем глаза она увидела, как на стеклянном экране мелькают изображения, картинки, которые она рисовала сама в предыдущих экспедициях: якша-горилла с массивными плечами, якша-волк с грозным взглядом, якша-тигр, лакающий воду из пруда.

– Готов к приключениям? – спросила она, туже затягивая ремни у него на плечах. – Будет интересно.

– Никогда раньше не видел такого, – сказал Оам вместо ответа.

– Мало кто видел, – пробормотала Ахилья.

Якши были частью мира почти так же давно, как и люди, однако обычный гражданин мало что знал об этих существах. Якши вообще нигде не упоминались, разве что случайно, что было характерно для историй архитекторов, которые описывали вопросы полета и обеспечения жизни и быта архитекторов. В их историях редко упоминались даже люди, которые не умели траектировать, за исключением случаев, когда они были сторонними наблюдателями, и то только для того, чтобы подчеркнуть, насколько архитекторы превосходили их по всем качествам.

Ахилья жестом предложила Оаму повернуться, чтобы поправить фиксаторы спереди. Он повиновался, слегка нахмурив брови. Находясь так близко, она чувствовала его едва сдерживаемую нервозность, скрытую за юношеской бравадой, подергивание глаз, учащенное дыхание, капли пота.

– Знаешь, бояться – это нормально, – тихо сказала она. – Хотя страх может сбить с толку.

– Я не боюсь, – тут же ответил он, напрягаясь. – Значит, эти якши… они огромные, да? – спросил он, выдав себя. – А маленьких ты когда-нибудь видела?

– Нет, они всегда гигантские. Последний раз я видела якшу-слона высотой в двадцать футов. Архитекторы считают, что именно благодаря размерам эти существа выживают во время ярости земли, но дело, конечно, не только в этом.

– Мои отцы говорили, что якша-птица чуть не напала на ашрам, когда они были молодыми…