Страница 19 из 56
Роман улыбнулся, но на меня не посмотрел. Я заметила, как легко чужие люди вписывают нас в привычную историю. Вчера это было приятно. Сегодня, после его «не только», захотелось хоть кому-нибудь сказать, что никто ничего про нас не знает.
Хозяин ушёл к коробкам. Я поставила выбранный сборник рядом с кассой и подошла к Роману.
— Ты хотел поговорить.
Он опустил книгу.
— Да.
— Про вчерашнее.
— Про нас.
У меня свело живот. Слово оказалось слишком большим для магазина, мяты в пакете и нескольких дней знакомства.
— Здесь?
Роман посмотрел на хозяина, который перекладывал книги через занавеску в подсобке.
— Лучше выйдем.
Я кивнула, но не двинулась. Хотелось одновременно услышать всё и выиграть ещё десять минут, в которых он просто выбирает книгу. Я потянулась за сборником и попросила продавца завернуть его в бумагу, хотя на улице было сухо.
Пока тот искал пакет, мне позвонила Ирина. Я ответила с облегчением, которое постаралась не показать.
— Оля, я посмотрела расписание, — сказала она. — Давай в понедельник устроим прослушивание. Ты сможешь подключиться из отеля?
— Смогу.
— Там будет директор. И ещё я позвала человека, который делает нам свет. Ему надо понять, как люди будут стоять у записей. Пришли, пожалуйста, не только отрывок. Сколько есть.
Я объяснила, что остальные интервью ещё предстоят. Ирина сказала, что это не страшно: важен принцип. Потом добавила:
— И назови цену за продолжение. Не «потом договоримся». Нам нужно заложить бюджет.
Я растерялась. За пилот мы уже договорились, а продолжение до этой минуты существовало как удачная возможность, о которой не следовало говорить слишком громко.
— Я посчитаю.
— Посчитай до воскресенья. И, Оль, туда должны входить выезды, согласования, переделки. Ты в прошлый раз написала сумму только за готовые минуты. Я потом не смогу объяснить, почему всё стало дороже.
Я поблагодарила. Хозяин книжного подал пакет, Роман взял наш общий мешок с помидорами. Мы вышли на улицу.
— Хорошее? — спросил он.
Я кивнула, ещё держа телефон у щеки.
— Может быть. Мне предлагают посчитать всю работу. Я внезапно не умею.
— Сколько времени займёт?
— Если бы я знала.
— Значит, начни с того, что знаешь.
Я раздражённо выдохнула. Он посмотрел на меня и сразу поднял руку.
— Ладно. Не буду сейчас давать бесплатную консультацию, которую не просили.
Мне стало стыдно. Я сама начала разговор о работе, а он должен был угадать, что мне пока нужно просто порадоваться.
— Я боюсь назвать много, — сказала я. — Они откажутся, и станет ясно, сколько я стою.
— Работа стоит. Не ты.
Я посмотрела на него. Он замолчал слишком резко, словно тоже услышал второе значение своих слов. Мы стояли у книжного, и в пакете между нами шуршала мята.
— Да, — ответила я. — Конечно.
Роман сжал ручки пакета. Я подумала, что сейчас он признается прямо здесь. Вместо этого он спросил, можно ли зайти в кафе ещё на несколько минут.
— Зачем?
— Сядем. Поговорим.
Я посмотрела на небо. С противоположной стороны площади наползала туча, продавцы начали привязывать навесы. Мне захотелось сослаться на погоду, на автобус, на работу. Я услышала себя со стороны раньше, чем сказала это вслух.
— Вечером, — попросила я. — Сейчас мне нужно подумать про музей.
Он ответил не сразу.
— Хорошо. Только вечером я всё-таки расскажу.
Я кивнула и первой пошла к остановке.
По дороге я набрала в заметках сумму. Стерла, уменьшила, снова стерла. Роман шёл рядом, не пытаясь заглянуть в экран. Я вдруг поняла, что всю жизнь жду чужой реакции даже тогда, когда её ещё физически не может быть.
— Сколько ты берёшь за запись? — спросила я.
Он назвал обычный диапазон и объяснил, от чего зависит цена. Без похвальбы и жалоб. Я представила, сколько таких заказов помещается в девяносто тысяч, и убрала телефон.
— Я что-то не то сказал? — спросил Роман.
— Нет. Я считаю.
Он не мешал. Я снова открыла заметки и вернула первую сумму. К ней добавила расходы на поездки. Цифра стала такой, что захотелось немедленно написать Ирине извинение за наглость.
Я написала иначе: «Пришлю расчёт по этапам в воскресенье».
Роман посмотрел на меня, когда я убрала телефон.
— Получилось?
— Пока получилось не извиниться.
Он улыбнулся. Я сама взяла его под руку, прежде чем успела придумать оправдание. На другой стороне площади гремели пустые ящики, продавцы спешили убрать товар. Мы шли быстрее, но он не стряхнул мою ладонь.