Страница 254 из 280
Глава 52
Я резко открыл глаза и от досады хлопнул себя ладонью по лбу.
«И чем я думал? – подумал я. - Идиот просто!.. Она не примет меня таким, какой я есть, ни за что и ни в каком виде!»
И от этого стало мерзко… Отвратительно от самого себя…
…
Проснувшись, я долго размышляла о себе.
Что-то было не так с моими снами, и я начала подозревать новое ментальное вмешательство. Но зачем было думать и гадать, если можно было спросить?
Одевшись, я направилась в лазарет, чтобы найти леди Сорель и прямо задать ей вопрос об амулете, который стал причиной моих странных снов.
Младший целитель смены подсказал мне, где искать герцогиню. Она проводила инструктаж лекарей, которые отправлялись в поход. Поэтому мне пришлось ждать под дверью, сначала пока она не закончит совещание, а затем не проведет беседу с одним из подчиненных.
- Лея? Ты что-то хотела? – спросила меня леди, выходя из кабинета.
Разговаривать в коридоре не хотелось, но Элине уже куда-то спешила, и в её движениях читалась нервозность.
- Я хотела спросить насчёт амулета… — понизив голос, сказала я.
- Какие-то проблемы? – вскинув брови, спросила меня леди Элине.
- Да, - ответила я честно и закусила губу, не решаясь продолжать.
Целительница наконец поняла, что этот разговор не для посторонних ушей, и, взяв меня под локоток повела к ближайшей пустой смотровой.
Как только дверь закрылась, она спросила:
- Сны доставляют тебе беспокойство? — нахмурилась герцогиня.
Говорить о личном было неприятно и стыдно, и, немного посомневавшись, я спросила:
- Вы же не обидитесь, если я сниму этот шнурок?
- Неужели всё так плохо?! – удивилась она и снова нахмурилась. — Так! — решительно произнесла целительница, потерев переносицу. — Ты, конечно, можешь снять его, но… Я дала тебе амулет, чтобы ты не переживала глубоко события прошлого. Обычно после разрушения сташа наиболее тяжелые воспоминания, заключенные в нем, долго терзают пациента кошмарами.
- Я вижу странные сны, — призналась, ощущая сейчас толику сомнений. – Они тоже о прошлом, но не о том, что было со мной в детстве. Они другие. Мне кажется, кто-то снова ментально влияет на меня через сновидения. И в этом виноват ваш амулет.
- Исключено! – возразила леди Сорель решительно. – Наоборот, амулет создает определенную защиту. Но если хочешь, давай снимем его. Посмотрим, что будет.
С этими словами герцогиня дотронулась до моей кисти, легко сняла веревочку с бусиной, отдав ее мне. Несмотря на ее уверенность в словах, я видела, что в глазах герцогини отразилось чувство вины.
Нет, я не думала, что жена дяди лгала мне и имела злой умысел — это было бы подло с ее стороны, — но она что-то недоговаривала.
Покинув госпиталь, я чувствовала себя довольной и счастливой.
В гарнизоне уже полным ходом шли приготовления к отправке ротационной части Южных войск. У полигонов стояли лошади и ящеры, готовые двинуться к форту Тар, а груженые повозки постепенно покидали ворота, доставляя обмундирование и личные вещи военных к кораблям.
К обеду прозвучал сигнал общего сбора. Я уже знала, что таких сигналов будет три: первый созывал всех на плац, второй оповещал о построении шеренг, а третий об отходе войск. Между каждым сигналом было около получаса, поэтому я не спешила.
Когда я переодела форму и пришла на плац, как раз прозвучал второй сигнал. Верховые уже были выстроены, пешие занимали свои места. Курсанты с воодушевлением строились за основными войсками, и я поспешила присоединиться к ним.
Когда построение закончилось, офицеры, проверив свои отряды, стали рядом с солдатами. Высшие офицеры стояли напротив шеренг и наблюдали за происходящим. Тут уже стояли мой дядя, разговаривающий о чем-то с Элине (по рабочей форме целителя я поняла, что она остается в гарнизоне), комендант, камтенармус, полковник Лоуренс Содар, командовавший ротационным подразделением, ректор академии Сарнгейта, Корин Тенебрей, и другие офицеры.
Именно полковник, убедившись, что все построены, начал командовать отрядами. Всадники синхронно оседлали ящеров и лошадей. Прозвучал третий сигнал. По команде все воины, кроме нас, курсантов, развернулись к воротам, и стали ожидать последнего приказа. Приказ должен был отдать фельдмаршал Южного фронта, высший Темный маг, герцог Сорель.
Дядя лениво тронул бока лошади шенкелем, проехал вдоль шеренг, осматривая строй, и остановил своего коня напротив нас, курсантов. Никто, кроме меня, не понял медленного, незначительного движения пальцев в приглашающем жесте.
Будучи настолько маленькой, что не понимала всей серьезности происходящего вокруг, но уже освоив верховую езду на пони в Гланде, я очень полюбила ездить верхом. Однако пони медленно преодолевал дальние дистанции, а на большую лошадь меня еще не пускали. К тому же в Сарнгейте отродясь не водилось пони. Поэтому, когда я видела дядюшку верхом, я напрашивалась покататься. Мой дядя никогда не переносил слёз и воплей маленькой девочки; они приводили его в замешательство (я умела притворяться, когда это было нужно), поэтому он брал меня с собой, сажая на лошадь впереди. Со временем это стало нашей традицией, пока я не выросла и не научилась самостоятельно справляться с большой лошадью. Позже дядя мне даже подарил покладистую и быструю кобылу.
Сейчас дядя вспомнил о нашей давней традиции, и мои губы сами собой расползлись в улыбке от понимания того, что он приглашает меня поехать с ним. Хотя для курсанта такое поведение было недопустимо, я оставалась его любимой племянницей, и, несмотря на последние события, он по-прежнему любил меня. А в меня будто демон вселился, и мне захотелось хоть на мгновение окунуться в детство.
В несколько быстрых шагов я преодолела расстояние до лошади и запрыгнула на коня, поставив ногу на сапог дяди и держась за его протянутую руку, сев полубоком.
Я была счастлива. Я абсолютно счастлива сейчас, хотя норовистый конь дяди плясал на месте, пытаясь сбросить с себя дополнительную тяжесть, и сидеть было неудобно. Все-таки я уже была не маленькой, и подобные выходки были не по возрасту и не для этой лошади. Но дядя ничуть не утратил контроль над конем, крепко держа уздцы.
Подъехав к остальным офицерам, которые должны были сопровождать воинов в форт Тар, фельдмаршал махнул всем рукой, указывая направление вперед, и отдал последний приказ:
- Шагом марш!
Мы двинулись вперед, задавая темп. Залязгали латы, дружно зашагали сотни воинов, и прозвучал приказ еще одной традиционной команды:
- Запевай!