Дорогой из иллюзий

Белый плащ мелькнул в темном пролете между гигантскими стеллажами. Внутри пахло картоном и стерильностью. Ряды коробок уходили под самый потолок.

— Посмотрим, что тут у нас, — пробормотал авантюрист, вскрывая ближайший пластиковый поддон трофейным ножом Шипа.

Бинго. Широкий спектр антибиотиков, мощные обезболивающие, стерильные перевязочные материалы, адреналин, антисептики. В Гранд-Сентрал за одну упаковку этих таблеток Рокко отдал бы руку, а Мэр Сайлас продал бы душу.

Взяв с соседнего стеллажа три огромные, прочные спортивные сумки (видимо, приготовленные для какой-то промо-акции), юноша принялся методично набивать их медикаментами. Никакой жадности — только самое ценное и необходимое. Забрал всё, что могло остановить заражение крови, снять лучевую болезнь и заштопать рваные раны от когтей мутантов.

Через пятнадцать минут сумки были набиты до отказа и весили столько, что обычному человеку поднять их было бы непросто. Но телепортация не зависела от мышечной массы — лишь от способности удержать объект в своем поле.

Крепко перехватив лямки всех трех баулов, скиталец в последний раз окинул взглядом ровные ряды фармацевтического клондайка. Охрана так ничего и не заметила. Идеальное ограбление.

Вдох. Концентрация на замерзшем городе по ту сторону реальности.

Шелест.

Тяжелые сумки с глухим стуком упали на промерзший пол нью-йоркского пентхауса. В родной вселенной прошло не больше часа, но этого времени хватило, чтобы обеспечить команду Рокко и собственную новую базу запасом медицины на годы вперед.

Двадцать Восьмой расстегнул молнию одной из сумок, глядя на блистеры с таблетками, переливающиеся в тусклом свете звезд. Капитал был собран. Осталось лишь эффектно спустить его в экономику подземного мира и посмотреть, как засуетится местная элита, когда поймет, что Фокусник держит в руках ключи от их жизней.

Радиоактивная метель наконец-то улеглась, уступив место пронзительному, звенящему морозу. Сквозь рваные свинцовые тучи даже пробился бледный, болезненный диск солнца, осветивший мертвые каньоны Манхэттена.

Отряд двигался по замерзшему проспекту стремительно и слаженно. Это была не просто вылазка за металлоломом, а настоящая охота, ритм которой задавал человек в белом кожаном плаще. Фокусник шел в центре, расслабленно, но собранно, словно хищник на прогулке. Шип скользил впереди, сливаясь с тенями рухнувших эстакад, а тяжелая поступь Рокко и Гвоздя замыкала строй, прикрывая тылы вместе с огненной Искрой.

— Не нравится мне эта тишина, — прохрипел гигант-проходчик, перехватывая свой чудовищный дробовик. Усы Рокко покрылись инеем, а дыхание вырывалось густыми клубами пара. — Собаки попрятались. А когда гончие прячутся, значит, на улицу вышли твари похуже.

— Брось, командир, ты просто стареешь! — задорно отозвалась рыжеволосая огнеметчица. В ее зеленых глазах плясали искры адреналина. — С нами парень, который ловит гранаты на лету. Пусть твари боятся. Правда, красавчик?

— Я предпочитаю дипломатию, — бархатный голос скитальца прозвучал с легкой, дьявольской иронией. — Но если дипломатия потерпит крах, обещаю оставить тебе самых поджаристых.

Они ускорили шаг, переходя на легкий бег, чтобы не дать морозу сковать мышцы. Забег по мертвому городу напоминал безумный паркур: перепрыгивая через обледенелые остовы машин, ныряя под рухнувшие рекламные щиты и пробираясь сквозь разбитые витрины довоенных универмагов. Авантюрист наслаждался этой динамикой. Его тело, наполненное энергией после успешного межмирового скачка, работало как идеальный механизм.

Внезапно Шип, бежавший на двадцать метров впереди, резко вскинул кулак и рухнул за ржавый кузов старого пикапа.

Инстинкты сработали мгновенно. Отряд синхронно рассыпался по укрытиям за секунду до того, как тишину улицы разорвал оглушительный треск автоматных очередей. Свинец ударил по асфальту, высекая фонтанчики ледяной крошки и высекая искры из брошенных автомобилей.

Засада.

На втором этаже полуразрушенного кафе, прямо над перекрестком, мелькали фигуры в грязных шкурах. На их плечах красовались грубые нашивки в виде оскаленной собачьей морды.

— «Ледяные Псы»! — рявкнул Рокко, вжимаясь в заледенелую стену. — Люди Барона! Какого черта они забыли так далеко на юге?!

— Они ищут меня, — спокойно ответил Двадцать Восьмой, доставая из кармана темные авиаторские очки и водружая их на нос. — Слухи по пустоши расходятся быстро. Видимо, местный авторитет решил, что я порчу его монополию.

— Выкурим сук! Гвоздь, дай им прикурить! — скомандовал бывший главарь.

Здоровяк с квадратной челюстью лишь кровожадно оскалился. Тяжелый пулемет в его руках радостно зарычал. Длинная, злая очередь прошила фасад кафе, выбивая куски кирпича и заставляя бандитов пригнуть головы.

— Мой выход! — Искра с диким смехом выскочила из-за укрытия. Ревущая струя напалма ударила в оконный проем второго этажа. Пламя жадно лизнуло деревянные перекрытия, и оттуда тут же раздались истошные вопли заживо горящих мародеров.

Но «Псы» были опытными убийцами. Заметив огнеметчицу, снайпер бандитов, засевший на крыше соседнего банка, взял рыжую девчонку на мушку.

Красная точка лазерного целеуказателя скользнула по комбинезону Искры.

Взгляд пронзительно-голубых глаз выхватил угрозу за долю секунды до выстрела.

Хлопок.

Брюнет исчез со своей позиции. Пространство на крыше банка сжалось, выплевывая пришельца прямо за спиной у снайпера. Тяжелый армейский ботинок с хрустом обрушился на затылок стрелка, впечатывая его лицом в промерзший рубероид.

Хлопок.

Скиталец материализовался уже на втором этаже кафе, прямо посреди хаоса, огня и дыма. Трое уцелевших после атаки Искры бандитов в панике пытались перезарядить оружие. Появление белого призрака прямо из воздуха лишило их дара речи.

Легкое, почти танцевальное движение — и трофейный нож Шипа, одолженный перед вылазкой, со свистом вонзился в горло ближайшего «Пса». Второго юноша просто схватил за воротник шкуры и швырнул в пролом стены, навстречу ледяному асфальту. Третий попытался поднять обрез, но встретил лишь пустоту — Фокусник совершил микро-прыжок, оказавшись сбоку, и элегантно сломал мародеру шею коротким, выверенным рывком.

Улица погрузилась в тишину, нарушаемую лишь треском разгорающегося в кафе пожара.

Авантюрист невозмутимо отряхнул белую кожу плаща от сажи и подошел к краю пролома, глядя на свою команду внизу.