Дорогой из иллюзий

Но мощный удар встретил невидимую бетонную стену.

Кинетический щит отбросил нападающего с такой чудовищной силой, что парня отшвырнуло на несколько метров. Жесткое приземление на капот брошенного кем-то неподалеку седана выбило весь воздух из легких, а ребра жалобно хрустнули.

— Неплохой фокус, блоха, — Пятый медленно повернулся в воздухе, исказив лицо гримасой искренней брезгливости. — Но мой барьер реагирует на любые перепады давления и массы в радиусе двух метров. Ты не сможешь даже прикоснуться ко мне.

С этими словами телекинетик просто сжал кулак.

Седан под спиной брюнета затрещал. Металл начал стремительно сминаться, стекла лопнули, осыпав одежду сотнями острых брызг. Невидимый пресс намеревался раздавить наглеца всмятку прямо на месте.

Рывок. Хлопок.

Беглец вынырнул из-под смертельного пресса, материализовавшись в двадцати метрах позади, возле покореженного остова своей бывшей машины. Кровь тонкой струйкой бежала из носа, виски раскалывались от дикого перенапряжения. Противник оказался чудовищно силен. Это был не просто уличный бандит с монтировкой, а ходячая артиллерийская батарея с непробиваемой броней.

«Управляет материей. Останавливает пули. Рвет сталь, — лихорадочно анализировал юноша, стирая красную каплю с подбородка. — Но под этим щитом всё еще скрывается кусок мяса. Ему нужно дышать. И страдает он откровенным нарциссизмом, раз нацепил белый костюм на ночные разборки».

— Что такое, Двадцать Восьмой? — издевательски протянул Пятый, плавно плывя по воздуху навстречу. Картинно раскинув руки, этот псих поднимал в воздух всё вокруг: куски асфальта, оторванные двери машин, дорожные знаки. Целый рой смертоносных снарядов завис над эстакадой, слепо подчиняясь воле одного безумца. — Выдохся? Прыжки сжигают слишком много калорий? А я могу поддерживать этот шторм вечно. Преклони колени перед новой ступенью эволюции, и обещаю убить тебя быстро.

— Полегче, Аполлон. Костюм помнешь, — нагло ухмыльнулся беглец, хотя легкие горели огнем при каждом вдохе. — У тебя мания величия размером с небольшую галактику.

— Умри.

Телекинетик резко опустил руки. Десятки кусков бетона и искореженного металла обрушились вниз, превращая участок дороги в зону ковровой бомбардировки. Грохот стоял невообразимый. Пыль и едкий дым скрыли место удара плотным серым облаком.

Блондин победно завис над разрушениями, брезгливо отряхивая невидимую пылинку с лацкана пиджака.

— Скучно. Я ожидал большего…

Внезапно прямо перед его безупречным лицом воздух сжался с оглушительным звуком.

Хлопок.

Парень возник в полуметре от врага, находясь в свободном падении. На этот раз не было попыток ударить или выстрелить. Руки оказались заняты совершенно другим.

За долю секунды до пространственного скачка ловкие пальцы подцепили с асфальта оторванный топливный шланг разрушенной «Барракуды», из которого под бешеным давлением хлестал высокооктановый бензин.

Силовой барьер среагировал мгновенно, не пропуская чужое тело внутрь. Но щит был настроен на отражение твердых объектов и кинетических ударов. Жидкость, щедро выплеснувшаяся из шланга прямо в невидимую сферу, разбилась в мельчайшую взвесь и беспрепятственно осела на белоснежном шелке, платиновых волосах и коже самопровозглашенного божества.

Пятый инстинктивно зажмурился от едкого запаха топлива, попавшего прямо в глаза. Идеальные черты исказила гримаса паники и жгучей боли.

— Что ты наделал, грязная крыса?! — истошно завопил блондин, стремительно теряя концентрацию. Невидимая опора под ногами дрогнула, и телекинетик начал беспомощно падать вниз.

— Просто добавил огонька в нашу скучную беседу! — крикнул юноша, летя к асфальту вместе с ним.

Прямо в полете из кармана куртки появилась подаренная Лерой зажигалка. Яркая искра чиркнула кремневым колесиком. Крошечный язычок пламени полетел вниз, точно на пропитанный бензином белоснежный костюм.

Пространство вспыхнуло ревущим огненным шаром.

Истошный, нечеловеческий вопль разорвал ночную тишину эстакады. Пятый рухнул на дорогу, превратившись в мечущийся живой факел. Дикая боль и паника полностью разрушили хваленый ментальный контроль. Телекинетическая буря мгновенно стихла, и зависшие в небе обломки с грохотом посыпались на землю.

Сам авантюрист совершил финальный, отчаянный рывок, материализовавшись в безопасной зоне за массивным бетонным отбойником. Мышцы скрутило от крайнего истощения, перед глазами поплыли темные круги, но губы растянулись в торжествующей, злой ухмылке.

«Бог» с визгом катался по асфальту, пытаясь сбить пламя. От его глянцевого лоска не осталось и следа.

Тяжело опираясь на холодный бетон, парень достал чудом уцелевший смартфон и набрал номер своего личного управляющего.

— Боб… — хрипло выдохнул он в трубку под аккомпанемент воплей Пятого на заднем фоне. — Подготовь мне новую, неприметную машину. И да… нам понадобится огнеупорная база. Кажется, я только что развязал войну богов. И знаешь что? Мне это чертовски нравится.

Утро не предвещало конца света. Оно началось с сообщения от Боба:

«Шеф, нашел идеальный вариант. Неприметный, бронированный внедорожник. Оформляю»

.

Никакого предчувствия беды. Только легкая усталость после ночной битвы на эстакаде и желание поскорее забрать Леру из пентхауса, чтобы залечь на дно.

Очередной пространственный скачок перенес юношу на крышу соседнего с автосалоном здания. Взгляд голубых глаз скользнул сквозь стеклянный купол шоурума. Профессор сидел за столиком менеджера в своем безупречном твидовом костюме, элегантно подписывая стопку бумаг.

И в эту секунду мир взорвался.

Тяжелые бронированные фургоны пробили витрины салона, осыпав дорогие автомобили водопадом битого стекла. Десяток бойцов корпоративного спецназа в глухих черных шлемах высыпали внутрь. Никаких криков «Всем лежать!» или предупредительных выстрелов. Ликвидаторы работали молча и грязно.

Оглушительный треск штурмовых винтовок слился в единый гул. Боб даже не успел поднять голову. Десятки пуль прошили твидовый пиджак, отбросив старика вместе с креслом на полированный керамогранит. Белоснежная рубашка мгновенно пропиталась багровым.

— Нет! — вырвалось из груди наблюдателя.

Хлопок.