Энтропия

Мы прошли во дворец. Коридоры были под стать фасаду. Сводчатые потолки, расписанные фресками, на которых герои из легенд вершили свои великие дела. Стены, облицованные светлым мрамором, ниши со статуями императоров прошлых династий. Мозаичный пол. Одним словом — роскошество.

Лориус явно нервничал, его пальцы подрагивали на моей руке.

— Вы не пожалеете, что пришли, — сказала я тихо, — и что меня взяли.

— Я и не собираюсь жалеть, — заверил дядя Лори. — Это меньшее, что я могу для тебя сделать. Просто… — он огляделся по сторонам, — все напоминает о тех годах, когда меня брали на приемы в качестве будущего главы рода.

— Прошлое осталось в прошлом. Сегодня вы здесь со мной. И это — настоящее.

Лориус благодарно сжал мою ладонь.

Коридор вывел нас в парадный зал. Я замерла на пороге, впитывая открывшееся зрелище.

Высоченный потолок терялся в полумраке, подсвеченный магическими люстрами — многорожковыми, свисающими на длинных цепях. Их свет преломлялся в хрустальных подвесках, рассыпаясь по залу радужными бликами. На задрапированных бархатом стенах висели гобелены со сценами из истории Валорийской империи. Имелись длинные столы с закусками: канапе, фрукты, сыры, крошечные пирожные, фонтаны с игристым вином. Вкуснятина!

В дальнем конце зала возвышались два трона — массивных, позолоченных, с высокими спинками. Пока пустые. Их величества еще не прибыли. На небольшом возвышении расположился оркестр. Музыканты играли ненавязчивую мелодию — струнные, флейта, арфа. В центре зала было оставлено пространство для танцев, и я не сомневалась, что к концу вечера оно заполнится.

Гостей было человек сто, может, поменьше. С бокалами в руках, разбитые на группки. Я узнала Гислейн — в пышном лавандовом платье, с вычурной прической. С ней были дородный мужчина с огненно-рыжей шевелюрой, явно глава рода Фаермор, и девушка лет двадцати пяти, очень похожая на Гислейн, но более высокая и статная. Старшая сестра, надо полагать. Гислейн узрела меня, но не подала виду — только поджала губы. Чуть дальше я заметила Лиама и Уилльяма со своими родственниками. Оба семейства были какими-то безликими, словно сошли с одной и той же картины.

О! Матс — в темно-синем костюме, идеально сидящем на его широких плечах. Был в компании эффектного мужчины с ледяными глазами и элегантной женщины. Родители? И, конечно, брат — с такой же пшеничной шевелюрой, но более суровым лицом. Айк Винтер. Матс меня пока не увидел — был поглощен разговором с матерью.

Кэйл не отлипал от отца — типа с такими же темными волосами и властным лицом, который был при молоденькой спутнице, определенно не матери его детей. Будущий глава рода Эшлеров уставился на меня сразу — неотрывно. Я улыбнулась ему, но он не удостоил меня ответной улыбкой.

И, наконец, Мунхарты. Полный состав. Деймор — с крайне важным видом в «пингвиньем» одеянии, Илона — в лиловом платье. Риса — с жемчужными шпильками в волосах, Трион — с невозмутимым лицом. И во главе — старик с седыми волосами. Доран Мунхарт. Дедуля. Тот, кто вышвырнул Ксару из семьи.

Завидев Лориуса со мной под руку, все Мунхарты замерли. Риса побледнела, Трион нахмурился. Деймор скривился так, словно у него разом заболели все зубы, Илона потупилась. А Доран… Он просто смотрел. Тяжело, оценивающе, без тени теплоты.

Я выдержала этот взгляд и усмехнулась. То ли еще будет, мои дорогие!