Энтропия

Я вернулась в зал. Вечеринка была в разгаре. Гислейн, Лайза и Илона стояли кружком и кидали на меня ненавистные взгляды. Уилльям и Лиам с кислыми лицами топтались рядом с Кэйлом, который держал лицо и вел себя как ни в чем не бывало. Ариана и Рой подошли ко мне с поздравлениями, но я слушала их вполуха, выискивая глазами Хэстена.

Нашла. Он стоял у стола с закусками, по-прежнему с моим кубком в обнимку.

— Давай уйдем, — выпалила я, как только подошла.

— Куда? — опешил Хэстен.

— К тебе в комнату.

Он совсем растерялся, но спорить не стал. Ну да, предложение-то звучало заманчиво.

Мы вдвоем покинули зал. По дороге я думала лишь о том, чтобы не встретить Эллиота. С него станется запихать сына в магомобиль и увезти. Это будет тот еще цирк, ведь Хэстену нельзя долго находиться далеко от Кэйла. Но все равно с точки зрения показательной порки — идеально.

Повезло — не встретили.

Мужское общежитие мало отличалось от женского — почти его копия. Дежурный за стойкой — пожилой мужчина с усами — проводил нас осуждающим взором, но ничего не сказал. Их с Одестой из одного инкубатора, что ли, выпустили? Мы поднялись в комнату Хэстена. Она была шикарной, наподобие моей, но довольно захламленной: на столе — детали от магоцикла, на полках — книжки по артефакторике, на кровати — скомканное одеяло.

Я забрала у него кубок и пристроила на полку.

— Пусть будет у тебя на память.

— Но это же твоя победа, — возразил он.

— Я одержала ее благодаря тебе. Точнее, полученной от тебя информации. Атаковала ваш с Кэйлом канал.

Хэстен расхохотался — громко, заливисто, до выступивших на глазах слез. Потом резко стал серьезным.

— Я видел, как наш охранник тебя вел в отцовский магомобиль.

— У меня был крайне непродуктивный разговор с архонтом Эшлером. Он звал меня в род на крайне неприемлемых условиях.

— Правильно, что отказалась.

— Мне и Винтеры предложили войти в их род.

Хэстен перевел дух. Покусал губу и выдавил:

— Рад за тебя.

— Я взяла время подумать, — поделилась я, сама того не ожидая. — Но уже подумала и поняла, что хочу создать свой род.

— Ты не можешь быть его главой, — напомнил он.

— Зато ты можешь.

Хэстен грустно усмехнулся.

— Ты же знаешь, я не могу.

— А если я это исправлю?

— Ну попробуй, — сказал он с вызовом, кажется, совершенно не веря в успех сего мероприятия.

Приблизившись, я осторожно положила ладонь ему на грудь — туда, где билась «сломанная» искра. Благодаря Кэйлу лучше узнала, как устроен канал. Просканировала на арене.

Я сосредоточилась. Нащупала нить — тонкую, еле видимую, уходящую от Хэстена куда-то вовне. Канал, настроенный три года назад. Высасывающий половину силы. Тщательно концентрируясь, я наложила на него ускорение вероятности. Точечно. Так филигранно, как в старые добрые времена. Канал — это заклинание, а у любого заклинания есть срок. Рано или поздно оно развеется. Я просто форсировала его собственное будущее.

Нить дрогнула. Истончилась. И лопнула.

Хэстен глубоко вдохнул — так, словно до этого дышал через соломинку. Его плечи расправились, спина выпрямилась. Я убрала руку и вытерла пот со лба. Уф… Даже по спине течет.

— Получилось, — прошептал он пораженно. — Но как?

— Главное — результат.

Я смотрела на него. Тяжело вздымающаяся грудь. Платиновые волосы, упрямо торчащие во все стороны. Глаза, в которых загорелась надежда.

— Так что? — спросила я заговорщицки.

Хэстен окинул меня долгим пронзительным взглядом и ответил:

— Я с тобой.