Энтропия

Глава 26

Групповые тренировки у Лафара стали частью моего расписания. Никаких больше турниров — только оттачивание заклинаний на манекенах, учебные дуэли с второкурсниками и отработка защиты. Я выходила победителем примерно в половине случаев, чтобы не вызывать у преподавателя ненужных вопросов. Например, а откуда такое мастерство? Да и мастерство штука личная: его без надобности не демонстрируют. Зато, когда понадобится, будет сюрприз. Противнику, конечно.

Близился день императорского приема. Я была к нему, в принципе, готова. Платье выбрала то же, в котором ходила в клуб, свое любимое. Черное, кружевное, с сеточным подолом. Во-первых, оно уже разок принесло мне удачу. Во-вторых, дурная я, что ли, покупать наряд за такие деньги, чтобы выгулять его всего лишь раз? Но надо подобрать аксессуар на голову — для пущей эффектности.

Я забежала в комнату перед ужином, после которого меня ждала смена в бутике. Идти работать настроения не было. Честно говоря, должность продавца мне порядком надоела. Свой максимум я выжала — лучше и больше продавать не получится. Денежка исправно капала, а вот радости и возбуждения от процесса не осталось. Ноль. Пора что-то менять.

На ладони зудел ожог от пропущенного на тренировке фаербола — ерундовый, но раздражающий. Я полезла за мазью в аптечку. Ее содержимое было скудным, под стать легкомысленному возрасту. Не удивлюсь, если той обезболивающей настойки у Ксары отродясь не водилось. Расследование ее смерти зашло в тупик, однако мне не давал покоя ее неизвестный любовник. Именно оттого, что неизвестный. Ибо зачем скрывать?

Девушка была из именитого рода, до проявления дара — завидная невеста. Избранник не соответствовал? Тогда должен обрадоваться ее изгнанию из Мунхантов. Никаких препятствий быть вместе! Ан нет, как в воду канул. Не объявился до сих пор. Очевидно, потому что связь держалась в тайне по какой-то другой причине. Он что, женат? И если любовничек был на той встрече в беседке, то является главным подозреваемым на роль отравителя. Как бы его вычислить?..

В дверь постучали. Наспех растерев мазь, я отложила аптечку и пошла открывать. На пороге стоял Хэстен — в плаще, с волосами, особенно задорно стоящими торчком. Я посторонилась, пропуская его внутрь. Он шагнул в комнату — впервые, между прочим. До этого мы виделись либо в гараже, либо на нейтральной территории.

— Как ты прошел мимо Одесты? — спросила я, закрывая дверь.

— Это та злобная тетка в холле? Которая сказала мне: «Куда это вы идете, молодой человек?»

— Ага, она самая.

— Я честно ответил, что к тебе. Ваша Одеста изобразила все признаки инсульта на лице. Я добавил, что не на ночь же. Она потеряла дар речи. Я и прошел.

Я расхохоталась. Представила Одестино лицо — каменное, с поджатыми губами и вытаращенными глазами… И не могла остановиться.

— А где искать твою комнату, мне подсказала Даяна Винтер, — добавил Хэстен. — Столкнулся с ней в коридоре.

Ну какая Даяна стала душка. И на лекциях со мной порой сидит, и гадости больше не говорит. Правда, продолжает тусить с Гислейн, Лайзой и Илоной, и когда она с ними — в мою сторону не смотрит. Прямо двойной агент.

Гость оглядел комнату — кровать, шкаф, стол с рассыпанными по нему тетрадями и косметикой, банку с давно увядшим букетом черных роз на подоконнике. Ворон сегодня куда-то улетел по своим делам.

— Ты не передумала идти на прием? — осведомился Хэстен. — Он уже в конце недели.

— Разумеется, не передумала. А ты пойдешь?

Уголок его рта дернулся, плечи словно затвердели.

— Меня на такие мероприятия семья не берет. Говорят, я не умею соответствовать. Будет Кэйл с отцом.

— Не переживай, — утешила я, — буду не соответствовать вместо тебя. Устрою там что-нибудь… запоминающееся.

— В этом я не сомневаюсь. — Он слабо улыбнулся. — Нужно будет подвезти тебя в столицу?

— Нет, дядя прислал телеграмму. Организует мне наемный экипаж в императорский дворец.

Хэстен грустно усмехнулся.

— Ты какой-то напряженный, — отметила я. — Присядь.

Стащив с него плащ, усадила на кровать, устроилась у гостя за спиной и положила ладони ему на плечи. Начала разминать их, медленно, с нажимом, и одновременно — почти неосознанно — потянулась магическим зрением к его искре.

Это было интимнее, чем все, что между нами происходило. Сейчас я касалась его сути. И он позволил — хотя напрягся еще сильнее, когда почувствовал мое магическое прикосновение.

Искра Хэстена была странной. Я ожидала увидеть ровное золотистое свечение — стандартную структуру благословлятеля. Но то, что я ощутила под пальцами, больше походило на сломанный кристалл: две половины, не совпадающие друг с другом. Одна — светлая, теплая, пульсирующая ровно. Вторая — словно приглушенная, сдавленная, с рваными краями. Одним словом — дисбаланс. Как трещина в колоколе, из-за которой тот не может звучать в полную силу.

Хэстен резко развернулся. Его руки легли мне на талию, и он поцеловал меня — но не так, как обычно. Отчаянно. С вызовом. Словно пытался что-то доказать — мне или себе.

— Эй. — Я уперлась ладонями ему в грудь. — Что бы тебя ни волновало — не волнуйся.

— Если бы это было возможно, — выдохнул он.

— Все возможно. Потому что все — в твоих руках.

— Сейчас ты в моих руках. — Хэстен сжал пальцы на моей талии.

— Обладание кем-либо — это лишь иллюзия.

Я отстранилась.

— Не силен в философии.

— Какие твои годы.

— А твои? — Хэстен глянул на меня испытующе. — Я вообще-то на два года старше тебя.

Ну, на самом деле я в три раза старше тебя, мальчик. Но вслух сказала другое:

— Существует еще ментальный возраст. Так что нечего тут. И вообще — идем ужинать.

В столовой мы, как обычно, собрали косые и не очень взгляды. Деймор и Илона, сидевшие за одним столиком, посматривали на нас с нескрываемым презрением. Деймор даже ложку отложил, чтобы зыркать было удобнее. Но мне было все равно. Хэстену тоже.

— Представляешь, — рассказывал он, накалывая на вилку кусок мяса, — я вчера урвал в ломбарде старый магографический аппарат. Сломанный. Пытаюсь починить.

— Разве у Эшлеров нет своего аппарата для магографий?

— Есть. Но интереснее самому! Я разобрал его до винтика. Там такая хитрая система линз — кристаллы нужно юстировать с точностью до микрона, иначе снимок выйдет размытым.

— Починишь?

— Обязательно. — Хэстен сверкнул глазами. — И первым делом сделаю твой снимок.

— Обещаешь?

— Клянусь гаечным ключом.