Страница 47 из 72
Ведь с другой стороны окружение же сомкнулось. И там стоял уже командир разведчиков, тот, кто и водил именно наш отряд. Пушку он снова где-то оставил, но, судя по трём телам упырей, что остались без голов, она свою роль сыграла. А, судя по безногому принцу, что пытался ползти прочь, а также по залитым кровью упырям, что головы закрывали… ну, командир со своим нодати мог завалить любого туманника и без этой пушки.
— Этого добей, — кивнув назад, сказал он одному из своих бойцов, в котором был как раз тот командир наёмников, в отряде которого был забывший о манерах мудак.
И очень быстро всё ущелье было завалено трупами. Они были повсюду, потому что окружение не было кучным. Однако бежать туманникам было некуда. Со стороны входа встал сам командир с лучшими бойцами-ближняками из всех наших трёх отрядов. С тыльной стороны оставались мы и огонь. По флангам — горы и арбалеты.
Им следовало бы переть в одном направлении всей толпой, тогда бы, может, что и вышло, но тоже вряд ли. Потому что у нас ещё была взрывчатка и куча коктейлей Молотова. Впрочем, тратить мы их не могли. Туманников очень много, и тут вопрос не в том, как бы убить их, а как при этом не вскрыть НЗ, потому что пополняются такие запасы годами. И одно дело болты тратить, которые потом достать можно и вернуть, а совсем другое — даже из той пушки стрелять, газ для которой синтезировать сложно, ну или вообще использовать термобарические боеприпасы, которые, вроде как, вообще нигде не производят уже, ну, может, на Катуне каком или в Союзных Городах, но уж точно не продают.
Это была не война за настоящее, это была война за будущее. Как и категориями «победа любой ценой» в этом мире в целом никто не мыслил. Те, кто так мыслил, уже победили, давным-давно. Теперь надо было выжить хоть как-то. И в Безродном это понимали лучше других, потому контроль ресурсов был крайне грамотным и аккуратным.
Хотя и в то же время за жизни людей и в целом всех причастных тут цеплялись тоже сильно. Потому что… ну да, гранаты эти очень полезные, но опытный разведчик, да и просто воин, — ресурс куда более ценный. Поэтому у нас было по две гранаты с собой всегда. Одна, чтобы спастись, и она была жизнью, что давал Безродный и запрещал тратить её в ситуациях, где на кону не стояла жизнь. А вторая была смертью, но всё же выбором и свободой, чтобы не отправиться на пытки, которые ждут любого, кто попадётся в лапы туманников.
Это и была вся идеология, которая нигде не записывалась и которая даже никому не навязывалась. Ведь навязывать её смысла и не было. Потому что если кого-то устраивают другие варианты, то они найдут себе дом в другом месте, но уж точно не в Безродном.
— Неплохо получилось, — довольно произнёс командир разведки, шагая уже навстречу нам и спускаясь с небольшого холма из трупов, что образовался из-за орды всех тех, кто попытался прорваться через него. — Ещё раз десять так сделаем — и отлично.
— А потом?
— Потом отобьём наши теплицы. Ведь когда туманники поймут, что они дохнут и не могут нас поймать, то они сунутся на наши дома. Пойдут на аванпосты, из которых наши отступят, а потом и теплицу найдут. Хотя скорее всего и так уже нашли. И от неё отступать никто уже не будет, — спокойно ответил командир, после чего вздохнул и поднял голову, чтобы посмотреть на тусклое из тумана солнце. — Эх, будь у нас возможности создать снабжение получше… но да ладно, пока работаем как есть. Скоро сюда начнут стягиваться другие туманники. Надо перегруппироваться к оставшимся схронам, ну и подловить тех, кто на запах гнили прибежит.
После чего мы собрали болты, и охота продолжилась. До того, как туманники закрепятся или окрепнут, надо нанести им максимальный урон. И мы это сделаем, после чего всем местным падальщикам будет что покушать. А значит, и скорпионы-сколопендры снова расплодятся, а мясо в Безродном станет чуть дешевле.
Главное — только самим не сдохнуть в процессе.